электронная
288 201
печатная A5
675
16+
LINNARI
30%скидка

Бесплатный фрагмент - LINNARI

Объем:
676 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-4903-2
электронная
от 288 201
печатная A5
от 675

Пролог

Этот замок ещё никогда не переживал такой поистине ужасной погоды. Не смотря на то, что он удачно выстоял за свое долгое существование немало войн и баррикад, молнии с градом вполне могли серьёзно повредить как и крышу, так и стены. Любой смертный, увидевший как горят деревья, как ураган разносит остатки шатких домов, как река, вышедшая из берегов затопляет всё вокруг, невольно порадуется, что находится в замке.

Единственный раз в жизни порадуется этому факту.

Однако, не смотря на кошмар, происходящий вне стен, один лишь светловолосый мужчина не волновался по поводу погоды. Он быстрым шагом направлялся по тёмным и мрачным коридорам в самое дальнее крыло замка, а за ним еле поспевала испуганная рыжеволосая девочка, совсем ещё юное человеческое дитя. Она была бледна, еле сдерживалась от истерики, готовая в любой момент разрыдаться, но мужественно держалась, ведь не хотела показывать свою слабость.

Но мужчине было все равно на это. Ему было все равно на всех, кроме женщины, медленно умирающей в дальнем крыле. Сейчас он хотел лишь одного — побыть с любимой подольше.

— Поторапливайся, — нетерпеливо рыкнул он на девушку, что приостановилась, испуганно смотря в окно. Зрелище и вправду пугающее: вековые дубы, стоящие недалеко от замка, около которых любили играть дети, были подхвачены сильным ветром, который разнёс деревья в щепки. А ведь на улице в данный момент вполне могли находится и обычные люди…

— Я… Иду, — девушка шмыгнула носом, понимая, что сейчас заплачет. Ноги дрожали, но она продолжала идти, удерживая нарастающую панику.

Идти им оставалось недолго. В конце пути, мужчина чуть ли не срывался на бег, однако девочка шла все медленнее и медленнее. Оба думали об одном: лишь бы успеть. Лишь бы успеть увидеть её живые глаза в последний раз.

Дорога сопровождалась громом, яркими вспышками молний. Каждый раз, девушка молилась, чтобы замок выстоял в такую бурю…

И, всё таки, дошли. Ни на секунду не останавливаясь, светловолосый толкнул дверь, да с такой силой, что она чуть не слетела с петель.

Здесь, как нигде было свежо, если не сказать, прохладно. Ветер проникал в помещение через окно, не смотря на то, что оно было закрыто ставнями и шторами. Комната, куда пришли наши герои была маленькой, но вполне уютной: деревянный шкаф, рядом с которым расположено большое окно, сундук, в котором хранилось множество книг, и огромная кровать с шелковыми фиолетовыми простынями.

На этой кровати расположилась женщина, которой от силы можно дать лет тридцать. Некогда милое и красивое лицо сейчас было неестественно худым, щеки впали, под глазами громадные мешки. Карие глаза, которые часто можно было увидеть смеющимися, сейчас выцвели. На мягкой подушке были разбросаны волосы, ранее бывшие красивого каштанового цвета, сейчас же, скорее напоминали солому.

Рядом с кроватью сидела старушка, крепко держа за руку умирающую. По щекам старой бежали слёзы, женщина даже не хотела их скрыть.

Мужчина, увидевший эту картину, резко остановился в дверном проёме. Вид любимой женщины подверг в шок. Девочка, не успевшая остановится вовремя, врезалась в мужскую спину, и сразу же с испугом отскочила, готовясь извиняться и каяться. Однако, это делать не потребовалось.

— Вияна, — еле слышно произнёс мужчина, делая медленный шаг к кровати.

Однако, умирающая услышала. Она перевела взгляд на любимого, и, казалось, на секунду её глаза вновь стали живыми.

— Дакар, — очень нежно сказала она, отпуская руку старушки и протянув мужчине.

Пожилая женщина, встав с табуретки, подошла к испуганной девочке, которая вовсю плакала, и обняла. Им было очень тяжело наблюдать за мучениями близкого человека.

Дакар, севший на табуретку, взял руку, которую до этого держала старушка, и стал покрывать холодную кожу маленькими нежными поцелуями. Начиная с кончиков пальцев и заканчивая изгибом локтя.

— Я не готов прощаться с тобой, — произнёс Дакар, разглаживая волосы Вияны своей ладонью, — Я..не могу.

— Я прекрасно знала, на что иду, — слабым голосом ответила его любимая, другой рукой трогая изгибы лица мужчины, словно запоминая, — Я хочу, чтобы ты знал, что я не жалею, что это произошло.

Дакар вздрогнул, от прикосновения ледяной руки к его лицу, но даже такие прикосновения он старался запомнить: больше этого не будет. Эта женщина в последний раз дарит свое тепло, хоть и через холод.

— Иногда я жалею, что мы с тобой… Мы… Не одинаковые, — все так же тихо говорил мужчина, пытаясь как можно лучше запомнить лицо Вияны.

— А я нет. Не важно, кто мы, если любим друг друга. А я люблю тебя и… нашего ребёнка больше жизни. Думаю, я это доказала, — женщина слабо улыбнулась, — Единственное, что меня тревожит. Она может быть в опасности. Думаю, ты сам это понимаешь, Дакар! Защити её. Замени ей сразу двух родителей. Сделай это… Ради меня. Никто не должен знать, кто мать твоего дитя.

После такой речи, сил говорить почти не осталось. Рука, лежащая на щеке мужчины, безвольно упала — не было возможности даже поднять её.

Дакар, видя состояние своей женщины, наклонился и стал целовать ей лицо: лоб, нос, глаза, губы, подбородок.

— Конечно, я позабочусь о нашей дочери. Она будет под надёжной защитой. Никто не причинит ей вреда, можешь быть уверена, — после произнёс светловолосый.

— Я хочу, чтобы ты знал, — утихающим голосом говорила умирающая. Она понимала, что вот-вот наступит конец, а ведь она так многого не сказала ни любимому, ни дочери. Собрав все свои силы в кулак, Вияна, смотря прямо в глаза Дакару, продолжила, — это мой самый лучший момент в жизни.

Силы оставили женщину, какое-то время она смотрела в глаза мужчине, пока её очи медленно закрывались. Она продолжала жить ещё несколько мгновений, успев почувствовать, как Дакар крепко обнимает её, слушая последние слабые удары сердца.

Как только оно остановилось, Дакар готов был умереть — настолько ему стало больно. Казалось, будто одна часть его безвозвратно исчезла, испарилась вместе с душой любимой. Больше не будет ни нежных касаний, ни поцелуев, больше никто не будет спать с ним в одной постели. Боль настолько пронзила мужское сердце, что Дакар сжал в объятиях худое тело, стараясь услышать хоть намёк на вдох или удар сердца. Но прошла секунда, вторая… Ничего, кроме шума дождя и града, громких всхлипываний девочки и тиканья часов он не услышал.

— Не-е-ет! — Раздался протяжный душераздирающий вопль девочки, которая пыталась оттолкнуть старушку и подбежать к мёртвой женщине. Одновременно с воплем раздался гром, казалось, что даже земля заходила ходуном.

— Успокойся, — дрожащим голосом произнесла пожилая женщина, стараясь прижать девицу покрепче к себе.

— Нет!

Дакар старался не слушать вопли, которые могли перебудить весь замок, он прислушивался к телу, стараясь уловить хоть что-то, выдающее жизнь.

Не услышал.

Медленно отпустив любимую, он посмотрел ей в лицо: оно оставалось таким же прекрасным, как и при жизни. Казалось, будто Вияна спит.

— Я позабочусь о нашей девочке, — одними губами произнёс Дакар, прислонившись лбом к лбу женщины. В последний раз поцеловав её в губы, он встал и требовательно произнёс, обращаясь к девушке и старушке:

— Немедленно ведите меня к ребёнку.

Сейчас его голос был твёрд, словно кремень. Казалось, что смерть любимой женщины не коснулась его сердца, но все казалось в разы хуже — смерть любимой забрала с собой его сердце.

Девочка, вырвавшись из объятий старухи, подбежала к телу Вияны, обнимая и не прекращая рыданий. Дакар еле удержался, чтобы не вышвырнуть девчонку, но знал — его любимая не хотела бы этого. Пусть проститься.

— К ребёнку, — вновь раздражённо повторил он.

Если сейчас и она кинется прощаться с Вияной, то он точно выгонит обоих.

Старушка же, на удивление довольно уверенным шагом пошла к выходу, таким же шагом, как пять минут назад сюда входил Дакар.

Теперь они шли в центр замка, самое безопасное и тихое место, которое можно тут найти. Старушка помнила, что совсем ребенком, она любила только центр замка, где можно было спрятаться так, что тебя не найдут. Сейчас же в этом месте она укрывает не законорожденное дитя.

Путь был довольно долгий. Чтобы случайно не попасться на глаза охране, они шли длинным путем, слушая, как непогода стремится стереть замок, превратить его в пыль, а заодно и обитателей этого жуткого места.

Дакар думал же о Вияне. Если бы она не забеременела, то не умерла бы сейчас. Возможно, она прижалась бы своей маленькой щечкой к его груди, обняла бы своими горячими руками и не боялась ни грома ни молний — любимый защитит от всего.

Когда старушка зашла в маленькую комнатушку, скорее напоминающую кладовку, где с трудом поместиться двое человек, Дакар удивился. И разозлился. Его дочь достойна лучшего, а не житья в затхлой комнате!

— Ты что творишь, старая? — прорычал мужчина, еле сдерживаясь оттого, чтобы не сломать шею смертной, — ты что творишь? Моя дочь не будет здесь находится!

— Это единственное безопасное место, господин, — ответила старушка, даже не испугавшись.

Знала, что ничего ей не будет. Не посмеет он убить её, Вияна не простила бы такого.

Дакар молча взглянул в кроватку, которая была единственным экземпляром мебели.

Закутанный в старые лоскутки ткани, там лежал ребёнок. Девочка. На что обратил внимание мужчина, так это чёрные ресницы, густо обрамляющие глаза. Интересно, какого цвета у неё будут глазки? А волосы? На него она будет похожа, или на мать? Маленькие ручки, ножки, тельце. Девочка. Его девочка.

— Крошка, — нежно произнёс отец, едва касаясь ладонью маленькой головы дочери.

— Ей нужно выспаться, роды были тяжёлые, — произнесла старуха, — мы боялись, что не сможем спасти её…

— Да, понимаю, — мужчина убрал ладонь и выпрямился, — никто не должен знать, что она моя и Вияны дочь. Нужно что-то придумать. Но такое, чтобы дочка осталась со мной.

— А давно появился последний Верховный? — осторожно спросила пожилая женщина.

Дакар с удивлением взглянул на неё. Старуха навела его на мысль!

— А ты не глупа, — оценивающе протянул он.

Понимая, что он в долгу перед ней, он опустил глаза в пол и тихо произнёс:

— Спасибо.

Никогда он никого не благодарил. Разве что, кроме Вияны.

Старушка улыбнулась, обнажая не многочисленные зубы. Её поблагодарил сам господин!

— Девочка на тебе, — бросив это, Дакар вышел из кладовки. Ему нужно подготовить окружающих к появлению новой Верховной.

***

— Бабушка, давай я тебя заменю, — в дверях появилась рыжая голова девицы, что плакала из-за смерти Вияны.

— Не стоит. У тебя свой ребёнок, побудь с ним, я уж как-нибудь досижу остаток ночи.

Девушка поджала губы.

— Бабуль, я тоже хочу посидеть с самой дочерью господина, — настаивала она.

Старуха с подозрением посмотрела на рыжую. Хоть спать и хотелось, но ребёнка доверили именно ей, а не кому-либо.

— В случае чего, я смогу оказать первую медицинскую помощь, а ты нет. Девочка безумно слаба, а тебе лишь бы на неё поглядеть! Сама недавно только разродилась, вот иди и смотри на своё дитя! — громким шёпотом ругалась старая нянька, качая кроватку с младенцем.

Девушка все так же стояла в дверном проёме. Ей были обидны слова старухи, но она старалась это скрыть.

— Как ты окажешь первую помощь, если засыпаешь на ходу? Я выспалась, с дитем моим все хорошо, вот я его только покормила. Тебя я разбужу, если что-то случится, не волнуйся. Ложись в моей комнате, она неподалёку!

Этот аргумент подействовал на старушку. Спать как никак хотелось, а если уснёт, сильно попадёт от Дакара. Рисковать не хотелось. Однако… Почему эта девица так упорно желает занять место около кроватки? Но ведь ничего плохого не случится, старуха знает девчонку с самого рождения, даже воспитала её как внучку.

— Ладно, спасибо тебе огромное, — облегчённо произнесла пожилая женщина, напоследок поцеловав спящего младенца в лоб.

Девочка нервно сминала в пальцах кончик косы и покусывала губы. Будь сейчас день, старуха бы возможно заметила эти знаки, но сейчас она так хотела спать, что еле передвигала ноги.

Только шаркающие шаги стихи в коридоре, рыжая девочка подсела к кроватке, нежно поглаживая щёчку безмятежно спящей малютки.

Та открыла сонные глаза, которые оказались чёрными, будто две спелые смородины, взглянула на девочку, и снова закрыла, сжав ладонь рыжеволосой.

Девушка удивилась. Когда её ребёнок просыпался ночью, ей приходилось долго успокаивать его, кормить, качать на руках. Неужели, настолько слаб этот ребёнок?

***

Только началось утро, как бодрая старая нянька появилась в маленькой кладовой. И что же она увидела?

А увидела она то, что рыжеволосая девочка спит, сидя на неудобном стуле, перекинув руку через бортик кроватки, переплетаясь пальцами с младенцем.

— Уснула, все таки, — покачала головой старушка. Ребёнок все так же крепко спал, казалось, что за ночь поднабрал сил и выглядит более здоровым.

— Даже ругать тебя не буду, — первые слова, что сказала пожилая женщина проснувшейся девочке, — Устала вон как, зато ребёнок, смотри ка, поправился!

Старая нянька загляделась на это чудо. Слишком уж мило спала крошка.

— Кстати, говорила ли Вияна что-то на счёт имени? Не припомню.

— Кажется, она говорила про Минди, прежде чем отправила меня за Дакаром, — пожала плечами сонная девица.

— Минди… А что, неплохо! Я думаю, хорошее имя.

— Мне тоже нравится.

Слово за слово, женщины стали обсуждать, какая же будет Минди, когда вырастет, на кого будет похожа. Разговор их так увлек, что они не заметили, как Минди проснулась и открыла глаза.

Зелёные, словно изумрудные, глаза.

Глава 1

Ясное небо, золотистые солнечные лучи играющие по кронам деревьев, приятный аромат расцветающих цветов, именно такая погода не была присуща для Мира Темных. Здесь нельзя увидеть проблески света, только серое небо с частым мерцанием еще большей темноты. В некоторые дни, когда тьма особенно недовольна, бушует океан перерастая в легкий потоп. Черный, бездонный, напоминающий нефть.

Мир Темных состоит из двух величественных замков, расположенных по обе стороны от центра, где проживают лорды с демонической силой, человеческие слуги и Верховные. Всего существует два Верховных, они же являются Богами всего сущего. Верховные не поддаются уничтожению, смерти, нет ничего и никого сильнее их. Однако, законы природы присущи всем существам, особенно главный закон — потомства. В отличие от простых демонов, Верховные не могут совокупляться с жалкими человеческими людишками или с другими демонами женского пола. Простое тело не подходит для выноса ребенка с такой мощью, поэтому сосуд — тело напросто не выдерживает.

И, вот случилось чудо. Восемнадцать лет назад, в Мире Темных родилась девочка, причем не у кого-либо, а у Верховного господина Дакара. Ребенок рожденный у Верховного, это единственная возможность продолжения рода. С первого вздоха Минди, дочери Верховного, всем стало ясно одно, что она единственная возможная Верховная мать.

Именно, поэтому сегодня необычный день. День, когда Верховная госпожа Минди, пройдет посвящение в невесты Верховного господина Деметриуса.

— Линнари, — противный голос бородатого мужчины, лет за сорок, отвлек черноглазую девушку от восхищенного изучения неба.

Верховные, не просто так имеют звание Богов. В честь праздника, обычные черные облака обрели форму акьерли. Редкий вид цветов, напоминающий розу скрещенную с лилией.

— Простите, — девушка уважительно склонила голову перед владельцем участка.

— Вечно в мечтах летаешь, — пробубнил недовольный демон низшего ранга, который запивал свою слабость по утрам, — Сколько за день льна собрала?

— Пятьдесят четыре килограмма.

— Сколько? — возмущенно пропищал хозяин, — Из такого количества даже для ребенка одежды не сшить.

Линнари, чувствуя приближающегося наказания, поклонилась как принято кланяться рабам.

— Проку от тебя нет, на рынок поедем.

— Прошу вас, позвольте мне все исправить, — по белоснежно-серым щекам скатилась молящая слеза.

— Я и так на твою работу глаза закрывал, — упоительный глоток из стеклянной бутылки, придавал демону большей уверенности и власти. Единственной власти в его жизни.

— Помилуйте.

— Довольно, — заявил хозяин, смачно плюнув в сторону, — Скажи спасибо, что не получила десяток ударов кнутом, а сразу отправляешься на продажу, — проорал демон, чуть ли не захлебнувшись своим ядом, — Паршивка.

Люди в Мире Темных ценятся меньше, чем кобыла либо корова. Некоторые демоны обменивают человека на хорошую утку для ужина, некоторые на фляжку элля. Человеку повезет, если его возьмут во дворец. В таком случае он из раба становится слугой, значит имеет право на сон, еду, одежду, а главное теряет номер.

Хозяин Бронк слишком занят алкоголем, чтобы ставить нательные отметки в виде цифр, поэтому зовет по именам. Другие демоны не тратят свою память в пустую, поэтому используют клички: номер один, номер два, номер девяносто семь. Клички для людей, потому что люди- никто.

Линнари знала, что её ждет больший позор нежели продажа и нательная кличка. Девушку ожидает бордель. Несмотря на человеческую натуру, внешности черноглазой могли позавидовать любые демонессы. Пышные волосы спускающиеся вдоль талии, переливались кофейным оттенком, напоминающие мокрые стволы дубовых деревьев. Тонкие плечи покрытые родинками, создавали ощущение лунных веснушек. Острые лопатки и не менее изящные ключицы, слегка виднелись под тонкой тканью белого платья. Белоснежные ладони казались такими невесомыми, словно могут рассыпаться на маленькие хрусталики. И, пленительный аромат кожи создавал иллюзию вдыхаемого цветка, хоть цветы были непозволительной роскошью даже для большинства демонов.

— Пьюнериал, — радостно завопил не трезвый демон.

Пьюнериал, является наилучшим торговцем людей. Он покупает и продает, лучшие экземпляры для работы оставляет себе. Если ему понравится товар, человеческое тело, то он заплатит больше остальных. К нему идут в первую очередь, в случае его отказа тело ведут на общий рынок. Где вас может купить демон и сделать для себя рабыню, может купить демонесса для использования тела как подставки для ног.

У одного из таких людей, восемнадцать лет назад, купили и Линнари. Теперь продают.

— Бронк, — мужчина поправил черные волосы, переводя взгляд на очередного продавца, — Какими судьбами?

— Какими-какими, — ехидно повторил демон, почесывая бородку, — Товар принес.

Демон потянул привязанную к кистям девушки веревку, которая сильно впивалась под кожу оставляя кровавые следы.

— Что мне с ней делать?

— Что-что? Покупать.

— Ветки осины прочнее, чем её тело, — заверил Пьюнериал, сильно сжимая женские плечи, — Правда, лицо неплохое.

— Мои гости всегда на неё поглядывали, — задорно подтвердил Бронк, поднимая лицо Линнари за скулы.

Девушке больно, однако любое возражение ведет к наказанию. Проще терпеть боль, чем вечную агонию.

— Дам за неё десять темных.

— Десять темных? — удивился мужчина, — Она мне прибыль приносит в размере сорока темных.

— Значит, оставляй её у себя и уходи.

Однако, Бронк, старый демон, не собирался так просто сдаваться. Делать ему больше нечего, нежели девчонку с собой таскать и время тратить впустую. Раз пришел, значит продать надо.

«Несмотря на то, что её труд приносит деньги, приходиться ведь на питание выделять» — подумал мужчина.

Совсем забывая о худобе Линнари, которая питается не чаще раза в неделю, стаканом молока либо кусочком курицы.

— Двадцать темных, — прикрикнул демон другому.

— Десять, — Пьюнериал был не преклонен.

— Девятнадцать.

— Десять.

— Восемнадцать.

— Девять.

— Девять, — ошибочно согласился Бронк, но слово демона закон. Если сказал, значит дал.

Пьюнериал кинул в руки кожаный мешочек с нужной суммой. И, Бронк как падкий на деньги уже забыл о верной рабыне, убегая в сторону ближайшего кабака.

Линнари стояла смирно, её взгляд не сходил с кровавых следов на кистях от веревки, на которые плавно стекали соленные слезы, обжигая поврежденный участок.

— Твой номер, — в приказном тоне спросил временный хозяин.

Мужчина радовался покупке, но скрывал это. С таким лицом как у этой девчонки, он сможет выпросить сумму в несколько сот темных.

— У меня нет номера, — хриплым голосом промолвила девушка.

— Видать, Бронк окончательно спился, — цокая языком сказал Пьюнериал, — Становись в центр витрины.

Витрина представляла собой невысокую скамейку, на которой стояли люди наподобие вещей. Понравилось — купил.

Помимо Линнари сегодня в продаже были дети, несколько мужчин и две девушки. В отличие от взрослых, детей всегда продавали в раздетом виде, чтобы можно было увидеть любой изъян. Чем ребенок красивее, тем больше шансов служить внутри дома и спать на полу, а не на поле укрываясь влажной травой.

— Тощие, — вальяжно прокомментировала дама, глядя на детей.

— Вам собственно для чего? — незамедлительно включился Пьюнериал.

— Ко мне приезжает кузина, — мечтательно ответила взрослая демонесса, — У неё есть чудесный адский пёс, а вы знаете как псы любят мелкие кости.

— Мадам, для такого случая пройдемся в подвал.

— В подвал?

— Откормленные отпрыски для питания, не выставляются на витрины.

Линнари зная, что такой разговор вполне обычный для демонов. Все же не смогла сдержать нервный ком в горле, холод по спине и все большее отвращение к миру.

Мир Темных не относится к миру сказок, он относится к жестокой реальности в которой маленькая девочка росла в одиночестве. И, была бы возможность покончить с собой, но её нет. Души погибших людей по своей воли, направляются в адскую петлю времени. Они бесконечно переживают самый неприятный момент жизни, например битье палками или кнутами. Линнари уступила судьбе права решать за неё, хоть это было единственное право.

— Заходите еще, — провожая мадам к выходу, Пьюнериал начал подсчитывать прибыль и может бы продолжил, но резко выпрямил спину и поклонился.

Линнари незаметно улыбнулась от такой картины, за всю свою жизнь впервые видит унижение кого-то из высших.

— На колени, быстро, — прошептал в сторону рабов, мужчина.

Пьюнериал нервничал, втайне молился Тьме о помощи. К нему часто заходят покупатели, продавцы, однако из дворца? Раз в десяток лет, не чаще. Люди купленные в дворец живут долго, потому что отношение к ним намного лучше. Собственно, нет необходимости покупать новых каждый год.

— Долго будете кланяться или товар покажете? — недовольный мужской голос говорил о том, что времени в обрез.

Это был никто иной, как Эфрон. Коротко подстриженные волосы темного цвета, стальной взгляд. Сверху шелковый плащ, говорящий о его значимости. Главный управляющий слугами в замке Верховного Деметриуса. На рынке рабов он мог появится лишь по одной причине, Верховной госпоже Минди требуются новые слуги. Правила все чтут, особенно те кто их пишет. По правилам, с сегодняшнего дня будущая жена Верховного переселяется в его замок.

Так как бывшие слуги принадлежат её отцу, Верховному Дакару, то больше не могут сопровождать Верховную.

— Извиняюсь, ваша тьма, — замельтешил Пьюнериал, — Товара мало, но лучший. Прошу обратить внимание на прекрасные создания, — продавец схватил двух белокурых девушек за пряди, выдвигая вперед, — Близняшки, обеим по семнадцать.

Эфрон внимательно прощупывал каждую, вплоть до зубов. Его задача найти верную служанку, а не уродливую особу женского пола, которая так и пахнет рабством.

— Беру, — сказал главный управляющий, — Для очищения конюшни, сгодятся.

Лицо Пьюнериала на минуту засияло, так же быстро погасая. То, что человек с замка решает взять его товар на такую работу, говорит о некачественном выборе. К нему приходят с уважением, а что теперь? Когда демоны и демонессы узнают о том, что никто не подошел под роль служанки для Верховной госпожи, его могут сослать на дальний двор торговли.

«Позор, о Тьма, меня ждет позор» — кричал в голове мужчина.

— Есть еще одна, однако стоить будет немало.

Как Пьюнериал не хотел бы, оставить Линнари на лучшее время, долг работы зовет.

— Показывай.

— Её привели только сегодня, — бормотал хозяин, поднимая девушку с колен, — Не годится для полевой работы, но лицом вышла.

Девушка вздрогнула с тихим всхлипом, стоило задеть висевшую кровавую веревку.

— Что с её руками, вы считаете это товарным видом? — злой голос Эфрона не вызывал у Линнари страха, боль на запястьях перекрывала любые ощущения.

Из-за спины главного управляющего вышла женщина, лет тридцати с малиновыми волосами. На ней весела темно-зеленная накидка, которая подтверждала её деятельность. Она была врачом, их всегда берут с собой на рынок, чтобы до входа в замок определить качество товара либо оказать помощь уже выбранному.

— Твой номер? — спокойно поинтересовалась женщина, — Ко мне можешь обращаться, Раяна.

— У меня нет номера, — не поднимая лица, ответила черноглазая.

— Неужели, ты имеешь имя? — Раяна не хотела испугать девушку, ведь сама могла быть на её месте, если бы не подарок судьбы и рождение с малиновыми волосами.

— Линнари.

— Линнари? Кто дал тебе имя? — в разговор включился удивленный Эфрон, рабам не положено иметь имя.

— Родители, — с легким криком ответила девушка, чувствуя как прилипшую к ране веревку пытаются снять.

Родители, такое знакомое слово, но такое неизвестное значение. Линнари не знала своих родителей, они подбросили её в плетенной корзинке под железные двери приюта. В приюте дети не задерживаются: можешь работать-остаешься, не можешь- на продажу. От них осталось только имя, которое девушка будет хранить до самой смерти. Имя — это единственное, что позволяет не забывать ей о главном, она человек, а не животное.

— Подними лицо, — попросила Раяна, отбрасывая в сторону веревку.

Девушка нерешительно вздохнула, однако не командный голос Раяны заставил её послушаться. Просьбы без кнута, намного легче исполнять.

— Пятьсот, — четко сказал Эфрон, стоило ему взглянуть в глаза цвета бушующего океана.

Главный управляющий уже слышал будущие восхищение со стороны госпожи, за такой подходящий вариант служанки. Да и лишний раз побаловать проживающих в дворце демонов, будет к стати.

— Сколько? — удивленно сглотнул Пьюнериал.

— Пятьсот за..Линнари, — с непривычки протянул Эфрон, — Сорок за близняшек.

«Бронк продал меня за девять темных» — насмешливо проскочило в голове девушки, представляя как её бывший хозяин наслаждается дешевой выпивкой.

— Раны будут заживать не меньше двух недель, — мягкий голос Раяны исчез, меняясь на грозный и равный Эфрону, — Четыреста темных, сто снимаю за ущерб.

Пьюнериал хотел бы возразить, однако по статусу ниже.

Главный управляющий выдвинул руку вперед, заставляя вынести из кареты сундук с полной оплатой.

— Раяна, девушка на тебе, — начал наставлять Эфрон подводя к карете, — Вымыть, осмотреть, одеть. Верховной госпоже, я представляю лично.

Боль слегка уменьшилась, заставляя сознание девушки приходить в реальность. Линнари осмотрелась вокруг, а затем с непозволительно нервной интонацией спросила:

— Куда меня везут?

— Во дворец, — с легкой улыбкой сообщила Раяна, — Отныне, ты служанка.

Глава 2

Дорога в замок была долгой. Погода все так же оставалась пасмурной, навевая такое же настроение. Карета медленно ехала по лужам, которые, порой, были чуть ли не по пояс взрослому человеку. Благодаря магии, или же просто так везло (что сомнительно), карета ни разу не остановилась, даже не запнулась. Но Линнари беспокоила отнюдь не погода.

Если бы девушка продолжила работать на Бронка, то вынесла бы ещё года два, а потом наступила бы долгожданная смерть. Линнари не боялась смерти, наоборот, считала её своим другом. Другом, который освободит её из этого жестокого мира.

Сейчас же девушка была в смятении. С одной стороны, дворец — шанс начать новую жизнь, неплохую для раба жизнь. С другой стороны — неизвестность. Вдруг, её госпожа окажется тем ещё садистом, и ей будет приносить удовольствие слышать крики боли служанок. Линнари передернуло от этой мысли, что не скрылось от внимания Раяны. Однако, женщина ничего не сказала, лишь ободряюще улыбнулась черноволосой. Линнари стало чуть легче. Хоть врач ничем не могла помочь рабыне, но осознание, что теперь есть человек, который смотрит на тебя с какой никакой теплотой, успокаивало.

Изредка Линнари смотрела на Эфрона, стараясь по его лицу понять, долго ли ещё ехать. Но его лицо было непроницаемо, и это напрягало.

Близняшки, которых приобрели вместе с Линнари, сидели в обнимку и спали. В начале пути слышались всхлипы, но сейчас в карете была идеальная тишина.

Казалось, прошла целая вечность, когда карета наконец остановилась. Линнари, успевшая задремать, встрепенулась.

— Приехали. На выход, — наконец дал команду Эфрон.

У Линнари подкосились ноги от слабости при выходе, но Раяна была рядом и подхватила девушку.

— Первым делом я обработаю тебе запястья, — произнесла женщина, нежно приобнимая рабыню, — Ещё нужно что-то решить с твоей слабостью. Мне совсем не нравится, как ты шатаешься.

Однако, внимание Линнари было привлечено к замку, а не к врачу. Девушка с удивлением рассматривала чёрное здание, над которым сгущались тёмные тучи. Никогда ещё Линнари не видела такой пугающей красоты. Чёрные башни были такими высокими, что их концы не было видно. Стены окружены оврагами, наполненных водой. Смотровые площадки находились по всему периметру — к замку незамеченным не пройдёшь.

— Поторапливайтесь! — прикрикнул девушкам Эфрон.

Линнари стало очень жутко. Да, замок был красив, но, как говорилось ранее, ужасен. Не удивительно, если внутри куча орудий для пыток.

Девушка настолько была запугана, что и не заметила, как они уже оказались внутри. Раяна все так же обнимала её, близняшки с опаской шли следом, а Эфрон уверенной походкой вёл женщин по коридорам. По пути им попадались стражники, что провожали путников взглядами. Линнари было очень неудобно, ведь довольно часто это были хищные взгляды, направленные прямо на неё.

А ведь даже защитить её некому. Раяна приходится здесь такой же рабыней, что и сама девушка.

Вдруг, Эфрон остановился.

— Поклонитесь, сюда идёт госпожа Минди.

Линнари, зная, что может пойти наказание за неповиновение, склонила голову, видя только часть пола.

Слышались приближающиеся шаги, а после девушка увидела подол золотистого пышного платья и белоснежные туфли.

— Госпожа Минди, — поздоровался Эфрон, склонив голову.

— Эфрон, — в ответ улыбнулась девушка.

Линнари не видела, но слышала ухмылку в голосе демонессы. Будто она насмехается над низшим демоном.

— Я как раз хотел показать вашим новым служанкам их комнату…

— Я просила новых служанок ещё полчаса назад, — грубо перебила Минди, — они должны были помочь мне одеться. Тебе же было сказано, привести рабынь к полудню, а не через три часа после него.

— Я понимаю, но…

— Молчи! Эфрон, ты ведь не впервые меня подводишь. Смотри, как бы не пришлось конюшни чистить до конца своих дней.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 288 201
печатная A5
от 675