электронная
90
печатная A5
300
18+
Кукловод для Ангелины

Бесплатный фрагмент - Кукловод для Ангелины

Объем:
90 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-8421-9
электронная
от 90
печатная A5
от 300

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Без цензуры. Разница в возрасте. Манипуляторы. Стервозная героиня. Вызывающее поведение.

Ангелина и змей искуситель

На улице бушевал ветер, по окнам стучали капли дождя. В очередной раз не пожалела, что, прикинувшись больной, не пошла в универ: утром действительно была температура тридцать семь. Учебники забросила подальше — чем бы заняться?

Подошла к зеркалу и окинула себя придирчивым взглядом. Хороша же стерва, недаром в универе от парней не было отбоя. Большие миндалевидные глаза, глубокого синего цвета, черные ресницы, красивое личико. Волосы, подкрашенные хной, тонкая талия и аппетитный бюст. Ах да, еще упругая выпирающая попка и спортивная фигурка.

«Красота — это же страшная сила! Кому нужны мозги? Главное — быть секси, и все у тебя будет в ажуре!» — так бы подумала тупая блондинка, но не я.

Женщина должна быть умной, красивой, расчетливой и сексуальной, а не как толстушка Марго из соседней квартиры, которая, наверняка, жрала бургеры и дрочила на мои фотки. А, совсем забыла, ей нечем, это был ее озабоченный инфантильный братец Андрюшка. Тот еще псих. Учился на программиста; пока нас не было дома, просверлил в стенке дыру и вставил микрокамеру. Идиот, а то я не заметила, что у моего любимого вампира из сериала «Настоящая кровь» появился третий глаз во лбу. На стене висели плакаты с любимыми монстрами, такими же похотливыми и жаждущими крови, как я. Всегда мечтала оказаться в объятьях Эрика, многие мечтали о Билле, для меня же он был староват и малопривлекателен.

— Ага… — я с задумчивостью трогала пальчиком свои ярко накрашенные губки. — Ну и как ему сломать кайф?

Пришлось смачно поцеловать в лоб героя. Так, чтобы мелкий засранец не видел всю комнату. Губы предварительно накрасила жирной розовой помадой. Пусть теперь извращенец все видит в розовом цвете. Пригладила ладонью короткую клетчатую юбку в широкую складку и тут же подняла руки, поправила лифчик, чтобы бюст казался выше и аппетитнее. Что-то мне не нравился бюстгальтер: слишком врезались косточки в грудь. Сняв белую майку и бюстик, надела черный короткий топ с огромным вырезом. Да таким, что соски чуть ли не выпрыгнули, когда пару раз подпрыгнула на месте. Для моей задумки трусики были ни к чему, поэтому без всяких раздумий стянула их с себя. Пусть тело дышит — полезно для кожи.

Предки уехали на дачу, понесло же их в такую погоду. Хотя рано утром светило солнышко. Позвонила родителям узнать, приедут ли обратно, на что мне ответили: погода на даче хорошая, их не будет пару дней. Гуляй не хочу, но не хотелось светиться, лучше уж посидеть дома. Гидрометцентр обещал, что к вечеру в городе прекратится ливень. Но веры ему не было совсем. У меня такое впечатление, что они пишут то, что видят за окном.

Пожалуй, посижу в чате. Во мне всколыхнулось желание — в последнее время залипала на виртчатах. Мне нужна была разрядка: парень мой, оставив в подарок розовый фаллоимитатор, отправился в плавание. Слово такое моряки терпеть не могут, и он сколько раз меня отчитывал, что моряки не плавают, а ходят. Ходок, бля, а то я не знаю, что в каждом порту у него по телке. А я тут одна истекаю от желания и каждый день мечтаю о жарких ласках.

Можно, конечно, по скайпу вечером с ним пообщаться, дразня его аппетитной попкой, мастурбируя только для него. Наивная, неужели думала, что все мои шалости будут инкогнито? Да сейчас хакеров, как кур нерезаных у бабушки в деревне.

Поудобнее усевшись в кресло, включила комп. Стасик позаботился, чтобы у его девочки было все самое лучшее. И экран большой, и клавиатура с подсветкой. И мышка ядерного розового цвета. Которую, кстати, терпеть не могла, ну да ладно, все девочки фанатеют от розового. Нужно держать марку, так сказать. Я же хочу быть искусительницей и жажду стать женой моряка. Побывать в разных странах, выгулять себя, родимую, на морских просторах. Как это все будет с трудом представляла, потому как меня нещадно укачивало. Как только видела лодку или корабль, сразу же бледнела и покрывалась холодным потом. А он думал, что пот скатывается с виска от предвкушения чуда. Чудес, как обычно, не происходило, потому как Стасику нужно было меньше бухать и больше заниматься спортом. Но, видимо, в шторм лучше пилось. А вот папик у Стасика был ох как хорош собой! С трудом порой верилось, что сынуля ему родной. Опасный мужчина, умный, расчетливый, из сына все хотел сделать мужика, пропитанного солью. Но пока что ему это плохо удавалось: пользуясь именем папочки, Стасик усиленно халявил. Невольно облизала губы, вспомнив папочку. Взрослые мужчины меня не привлекали, но этот экземпляр был особенным. Да и со Стасиком я встречалась, лишь чтобы видеть Максима. Неправильно это, знаю, но не могу потерять из виду свою мечту.

На большом мониторе установлена фотография, где стояли папа с сыном — Стасик и Максим Петрович. Отхерячить бы Стасика с фотки и оставить его, мечту всех девушек. Вспоминаю первую нашу встречу с ним. Секретаршами у него были лишь платиновые блондинки, папа рассказывал, что он их часто менял. Максим Петрович проходил по холлу, выйдя из спортивной дорогой синей ауди. Уверенная походка, на ухе гарнитура, а за ним походкой богини следует секретарша. Мой папа был охранником в фойе, я же подрабатывала разносчицей пиццы. На ногах ролики, короткие голубые шорты с бахромой, красная майка с логотипом пиццерии, за плечами рюкзак. Я уже двигалась в сторону выхода, когда столкнулась с недоумком Стасиком — это было ровно год назад. Да, не скрою, засмотрелась на руководителя концерна. Результат — падение и вдребезги разбитый телефон юного мэна. Ну и еще: лежу так уютненько, ножками дрыгаю, встать не могу. На помощь прибежали охранники, меня жестко вздернули вверх. А с пострадавшего начали пылинки сдувать. Ну как же, мальчик попу ушиб и головой ударился. Встав, Стасик увидел разбитый телефон и, побагровев, начал орать:

— Да ты, сука, знаешь, сколько телефон стоит? Да тебе год придется отрабатывать, мразь косорылая, на коленях.

Это он кого?! Меня назвал мразью, да еще и косорылой?! Во мне волной поднялись злость и ненависть ко всей задрыпанной золотой молодежи. Так захотелось пнуть ногой по яйцам. Желания, как говорится, сдерживать нельзя — подъехав к нему в плотную, согнула ногу в колене. Лицо Стасика, до этого красное, стало багровым. И, пока не очнулась охрана, с поднятым средним пальцем, укатила за дверь. Я лишь мельком оглянулась, когда меня от бедолаги отделяли стеклянные двери. Максим Петрович стоял в холле и смотрел на разыгранный перед ним концерт. Руки его были скрещены на уровне груди. Он смотрел на меня и хищно улыбался.

Вот так и попалась неопытная рыбка в золотые сети. Наверняка папочка постарался меня отыскать. Грамотно расставив сети, Стасик в итоге получил долгожданный приз. А я была безумно влюблена не в сына, а в отца. Со Стасиком у нас было не все гладко: как-то этот мурло поднял на меня руку. Ходила с фингалом, он же попал в больницу с сотрясением мозга. Он, правда, с детства ушибленный, надеюсь, диагноз не ухудшился.

Все резко поменялось после того, как Стасика выписали из больницы. Папа извинился за сына и сказал, что тот больше руку на меня никогда в жизни не поднимет. Как ни странно, я ему поверила: мировой он все же мужик. Если бы не он и редкие наши встречи с ним, забила бы на Стасика и послала бы в долгое пешее эротическое путешествие. Когда Стасика определили на судно матросом, он перевелся на заочное отделение в институте. Стал менее пафосным, более человечным. В общем, парниша менялся на глазах, но у меня не было уверенности, что он мне не изменяет. На улице провыла сирена, и я очнулась. Учебная тревога оповестила, что нужно припасть к экранам телевизора. Вспомнила, зачем включила комп.

Открыв почту, увидела видеофайл, где я в соблазнительном лифчике мастурбировала на своей кровати. Гладко выбритая киска представала перед зрителями своей бесстыжей порочностью.

Сообщение гласило: «Привет, жаркая сучка. Если не хочешь, чтобы все твои одногруппники и родители получили рассылку обнажёнки, следуй дальнейшим инструкциям».

Я скривилась: меня решили шантажировать моей розочкой? Серьёзно? Закрыв почту, заклеила видеокамеру. Ракурс записи шел именно с нее. Ну, сука Андрюшенька, я же тебя закопаю. Не дай бог, если личная информация выйдет в эфир. Дзынькнуло смс на телефоне.

«Серьёзно? — гласило сообщение, — да, я очень серьезен — знаю твой мобильный, номер банковской карты, а также твой адрес. Ты же не хочешь, чтобы я явился к тебе ночью домой и отодрал твой белый зад?»

Я поморщилась: вот что-что, а попка была святым местом, никого к ней не подпускала, оберегая от посягательств. Опять дзынькнул вацап.

«Занеси мой номер к себе в телефон и подпиши: «Призрак».

Мне надоел этот маскарад, сосед явно перебарщивал, заигрался мальчик. Во мне всколыхнула злоба. Мало того, что он за мной безнаказанно наблюдает, так еще решил шантажировать? Я ответила:

«Призрак, какого хера тебе от меня, ублюдок, нужно?» — я была очень зла на извращенца-соседа.

«Поаккуратнее в выражениях, киска, я теперь твой хозяин», — далее шли смайлики злобной рожи с рожками и безумный смех с соплями.

«Иди на хер, уебок малолетний, вскрыл почту и, видимо, мнишь себя великим хакером?»

«Тебя что, блядь, даже не смущает, что я могу видео прислать твоим родителям?»

«Сейчас мир технологий, придурок! Если ты этого не знал, то есть фотошоп, и все можно подделать. Мои родители в курсе, что я уже большая девочка и занимаюсь взрослыми вещами».

Конечно, я этого боялась. Но по себе знаю: дай слабину, и все, тобой будут крутить и вертеть, как того подскажет извращенная фантазия.

«Да? А это они тоже спокойно переживут? А твой жених?»

Сука, а это уже с камеры Андрея сделана запись. Я придавалась ласкам, а на компе была выставлена фотография Максима. О, да еще и со звуком, где я хрипло просила еще.

«Слыш, Андрюха, это уже перебор. Тебе осталось жить пару секунд, отчет пошел», — все, сосед попался: я была жутко злой и взбешенной.

Заблокировав телефон, взяла ключи от квартиры и отправилась в тамбур звонить соседям. Звонила долго и с упоением. Ко мне вышел Андрюшенька, на нем не было неизменных очков с толстыми линзами. С коротких мокрых волос срывались капельки воды. Сосед явно только вышел из душа. Торс оголен, бедра закутаны в банное полотенце. Он, как слепой котенок, уставился на меня, смешно морща нос. Парень, видимо, по запаху определил, кто перед ним стоит.

— Ангелина? — удивился сосед, — ты что-то хотела?

— Еще как хотела, — толкнула легонько щуплого Андрея в грудь. Но Андрей не сдвинулся с места: жилистый, однако, у меня сосед. Раньше под мешковатой одеждой не замечала, что он довольно-таки неплохо сложен. Руку задержала чуть дольше, чем планировала.

— Ну, проходи, — он посторонился, пропуская меня в квартиру.

Стал он так, что мне пришлось протискиваться — моя грудь проехалась по его торсу. Майка сразу же впитала капельки воды, оставшиеся после купания. Соски тут же затвердели, во мне поднялась волна желания. Рука же вскользь прошлась по полотенцу. Его проснувшийся дружок, от прикосновения моей руки, пожелал познакомиться со мной поближе. Андрей, видимо, не ожидавший такого эффекта, громко сглотнул.

— Куда проходить? — спросила у него, недобро прищурившись.

Порывисто подняв руку, показал на свою дверь. Ну, все ожидала… Расклеенные плакаты с моими обнажёнными портретами, фотошоп совместно с ним. Но там, кроме плакатов с «Настоящей кровью» и полуголыми парнями-геями, ничего не было. Странно, ожидала совершенно другое. У меня как-то сдулся воинственный настрой.

— Нравится сериал «Настоящая кровь», Андрей? — я уже видела соседа в другом свете, а недоразумение с его дружком списала на неожиданное мое появление.

— Да, а что? Я кажусь тебе странным?

Подошла к компу — у монитора черный экран; случайно сдвинула мышку рукой. На заставке полуобнажённые парни, жарко обнимающие друг друга. Кинула взгляд на Андрюшу, тот нервно покусывал губы.

— Ну почему же, сама люблю про вампиров. Тебе кто там нравится из героев, Соки? — я с интересом разглядывала парня.

— Нет, Эрик, а что?

И тут вся картинка сложилась: сосед-то наш гей. И ему, скорей всего, девушки не интересны. Решила спросить у него в лоб:

— Микрокамеру ты установил у меня в спальне?

— Нет, зачем мне это нужно?

— Да, думаю, действительно не за чем. Спасибо, выход найду сама.

***

Как только Ангелина скрылась за дверью, Андрей облегченно выдохнул: ему заплатили хорошие деньги и дали инструкцию установить камеру — он с этим облажался. Она сегодня ее обнаружила — Андрей ждал возможного визита и комнату обставил так, чтобы все указывало на его гей-ориентацию. Ангелина была права в своих предположениях: Андрюшка действительно дрочил на ее фотографии и видео. Она для него была недоступной, слишком красивой и раскрепощённой, он обладал ею только в своих мечтах. Хотел все ей рассказать, а там будь что будет. Уже сделал шаг в сторону выхода, но лежащий на кровати телефон пиликнул сообщением.

— Молодец, мальчик, все правильно сделал. Сообщать о сделке не советую. Жди дальнейших инструкций. Будь готов, твоя мечта скоро осуществится. Призрак.

***

Черт, черт, ну кто же это тогда, если не Андрей, и что от нее этот, сука, призрак хочет? Пиликнуло сообщение. Следующее видео показывало, что я наблюдаю за тем, как на вечеринке очередная блондинка насасывала у Максима. Мое лицо… Мои руки пришли на видео в движение.

— Еще прислать, сладкая? Или все же остановиться? А может, отослать это видео папе и сыночку? — разговор уже шел без дебильных смайликов.

— Что ты хочешь? — главное не сорваться, а то начнется истерика

— Соблазни своего соседа-гея.

— Тебе нужно — ты и соблазняй, удачи! — и выключила телефон, комп и ноут.

Пора браться за учебники, отвлечься от проблем, которые сама себе создала. Ну вот нельзя было не играть роль шлюшки и вести достойный образ жизни? Так нет же, захотелось экспериментов и приключений на голый зад. Вот теперь выбраться бы из этого болота и не захлебнуться дермищем. Из-за невеселых мыслей настроение шалить пропало. В расстроенных чувствах завалилась на кровать с учебником. Дождь на улице прекратился, выглянуло солнышко, а на душе паскудно орали мартовские коты.

***

Сидящий в кресле мужчина отшвырнул от себя ноутбук. Экран пошел мелкими трещинами. Эта мелкая сучка не желала играть по его правилам — он мог ее морально задушить. Разослать видео по соцсетям, но тогда и сам бы заляпался. А он человек серьезный — ему никак нельзя пренебрегать репутацией. Он делает шаг — она его игнорирует. Он делает другой и ждет от нее действий, а она просто обрывает связь. Девчонка такая развратная: чего только не вытворяла по скайпу, общаясь со Стасом. Но не ведется на угрозы!

Маленькому ублюдку повезло иметь такую шлюшку. Он хотел ее с того самого момента, как только она врезала сынуле по яйцам. Как его возбудила боль сына, ее голые ноги и задранная попка. Ох, отшлепал бы ее с удовольствием! А еще ему жутко нравилось наблюдать, быть зрителем, не иметь возможности дотронуться до предмета вожделения. Знать, что за ним тоже могут следить. В такие моменты у него были сильнейшие оргазмы, мозг просто плавился от переполняющих эмоций.

Мужчина пересматривал бесконечное количество раз видео, где Ангелина подсматривает за ним, и кончал, видя её лицо в экстазе. Как же сдвинуть её с мёртвой точки? На угрозы она не повелась, а его распирало от тайных желаний.

Позвонил Стас, сообщил, что Ангелина не отвечает на звонки. Её не было и в сети. Родители сказали, что она заболела и, возможно, спит. Но все же сын попросил послать водителя узнать, как она. У Максима появился предлог посетить маленькую сучку.

***

Звонок в дверь, настойчивый стук. Кулачками протерла глаза; звонили в дверь квартиры, значит, тамбур открыли соседи. Было уже темно — щелкнула выключателем, загорелся свет. Качаясь, дошла до двери, открыв, уставилась сонными глазами на предмет своего вожделения. Максим Петрович был одет в повседневную одежду: майку Polo и джинсы. Он, не говоря ни слова, притянул к своей груди. Я невольно обняла его за талию. От него приятно пахло дорогим парфюмом. Он поцеловал меня в макушку.

— Стас волновался, ты не отвечала на звонки. Войти могу? — с хрипотцой в голосе спросил Максим Петрович.

— Да, конечно, — мне не хотелось отпускать его от себя.

— Может, отпустишь? — в голосе почувствовалась усмешка.

— Да, конечно, — продолжала удерживать его в объятьях: вдыхала такой волнительный запах. Ещё чуть-чуть постою, мне так приятно прикасаться к нему.

— Ангелина, давай зайдём: мне кажется, твои соседи наблюдают за нами, — от этих слов я встрепенулась, разжав с сожалением руки.

— Хорошо выглядишь, Ангелина, думал, тебе совсем плохо. Стас переживал, что ты лежишь без сознания с высокой температурой.

От его слов кинуло в жар: вспомнила, насколько вульгарно одета. Да еще и без трусиков, надеюсь, он этого не заметит, но юбка уж слишком короткая… Стало стыдно: Стас беспокоился обо мне, а я тут его отца зажимала в тамбуре.

— Я сейчас переоденусь и напишу ему сообщение.

— Пожалуй, не стоит, — Максим Петрович смотрел на меня оценивающе.

— Что не стоит?

— Переодеваться, — в глазах зажегся огонь желания. Мужчине явно нравилась игра в недосказанность. — Мне нравится твой наряд.

У меня мало того, что покраснело лицо, так ещё и мысли заметались от испуга. Неужели ему отправили видео, и он тут лишь по этой причине? А на видео было, на что посмотреть. Чтобы скрыть смущение предложила:

— Может, чай, кофе будете или ещё что-нибудь?

— Ещё что-нибудь, Ангелина, — Максим облизнул пересохшие губы, голос его говорил о возбуждении.

Я нервно оправила короткую юбку. Он заставлял меня нервничать — мысли носились, как ошпаренные, многие бились в предсмертной агонии, издавая жуткие вопли. Я поморщилась. Максим Петрович попросил:

— Если можно, я бы выпил, — и секундная пауза, — воды.

— Ах да, есть вода из святого источника. Будете?

— Ты что, решила проверить, не демон ли я искуситель? — он скептически осматривал плакаты на моей стене. А я и не заметила, как мы вошли в мою комнату.

— Ну, типа того… — ничего умнее этой фразы на тот момент мне в голову не пришло.

— Ну, раз типа того, тогда неси воду из источника, да захвати закусить чесноком и солью, — пошутил он.

Я жутко покраснела; повернувшись, слегонца получила удар по попе. Очевидно, Максим Петрович со мной заигрывал. Пройдя на кухню, выдохнула: как же меня волнует его голос, его поведение, игра, которую он затеял. Налила воду в стакан. Моё сердце бешено колотилось: хочу его, и плевать, что он папа Стаса. Глубоко вздохнув, открыла дверь; Максим Петрович сидел в кресле и увлечённо что-то читал. Как только зашла, отложил телефон. Посмотрел он на меня, как хищник на жертву.

— Иди сюда, детка, — рукой похлопал по широкому подлокотнику кресла.

Подойдя к нему, протянула стакан — руки от напряжения мелко подрагивали. Он попытался забрать его, но я отпустила раньше, чем Максим Петрович успел перехватить рукой. Мужчина подскочил с кресла, случайно толкнув меня. Я приземлилась на пушистый ковер; при падении ноги мои задрались, как, впрочем, и юбка. Зрелище предстало перед Максимом Петровичем просто чудное. Мужчина, нервно сглотнув, опустился передо мной на колени и одернул мою юбочку.

— Надень трусики, детка, а то застудишь свои милые пухлые губки, — Максим одной рукой с силой сжал мою талию, а другой же скользнул на оголенное бедро.

Я смотрела на него, как завороженная. Он, поцеловав меня в висок, поднялся сам и протянул руку, помогая подняться. Жутко покраснев, понеслась в ванную надевать недостающий комплект белья. Еще попутно натянула домашние треники и растянутую красную майку. Умыла лицо холодной водой: совсем крышу сносит, когда он рядом. Никто раньше на меня так из мужчин не влиял. Вроде и играет со мной, а вроде ведет себя целомудреннее некуда. Я совсем запуталась, но от этого мне он все больше и больше нравится. Мне так хотелось прикоснуться к его торсу, познать мужскую тяжесть на своем теле…

Стянув треники вместе с трусиками, начала с усилием тереть клитор: если сейчас не получу разрядки, накинусь на мужика и изнасилую его.

***

Сонная Ангелина была прекрасна. С удовольствием наблюдал за выражением ее лица: девчонка по уши в меня влюблена, нужно покорить ее сердце, затянуть поглубже в сети. И тогда можно делать с ней все, что захочешь. В ней есть внутренний стержень, она хоть по поведению и по внешности кукла, но характер и силу воли не раз уже показывала. Юные девушки любили либо плохишей, либо благородных рыцарей. В роли первого выступил Стас и потерпел фиаско, ну что же, судьба ко мне благоволит. Сыграю роль благородного короля. До принца возрастом не дотягиваю.

Ели сдержался, чтобы себя прилично вести: когда она меня обняла, мой дружок активно зашевелился. Попытался ее вразумить, не хотелось, чтобы девчонка почувствовала мой интерес к ней. Тем более она девушка моего сына, а я благородный папаша… Какие же у нее формы, а какой запах!.. Запустить бы руки в ее волосы да засунуть язык в ее очаровательный ротик поглубже. Размазать розовую помаду по лицу, а потом властной рукой опустить бы ее на колени да и познакомить с дружком. Но роль ее будет другой, для этой сгодится и Кристина, тем более моя секретарша в этом профи.

Забавная она: когда предложила воды из святого источника, покраснела. Посмеялся: сама непосредственность, давненько я не общался с чистыми наивными душами. Откуда у девчонки столько порочности и в то же время чистоты? Странное сочетание: не дура же, но играет роль прожжённой сучки. Такое впечатление, что она подбирает себе наряды и смотрит, какой вариант ей ближе всего. Но вблизи, когда рассмотришь, неогранённый алмаз.

Вот же косорукая: облила меня! Подскочив, нечаянно толкнул Ангелину. А она, бесстыдница, без нижнего белья (или она сняла его специально для меня?)! Нельзя расслабляться с ней, держит все время в тонусе. Хочу наблюдать за ней со стороны, давать ей команды, чтобы безропотно их исполняла. Королям разве отказывают?

***

Я постаралась справиться как можно быстрее с нахлынувшими на меня эмоциями. Ну как выходить к нему после такой оплошности? Что говорить? Или сделать вид, что ничего и не было? Тянуть более нельзя с выходом из ванны. И так меня не было минут десять. Но я зря волновалась: Максим Петрович снял майку и кинул на спинку кресла. От увиденного зрелища, видимо, выпала в осадок, потому как мужчина моей мечты что-то спрашивал у меня, а я не понимала, что он от меня хочет.

— Ангелина, у тебя есть фен?

— Да, конечно, Максим Петрович. Есть, — все еще недоумевала, зачем он ему нужен.

— Не могла бы ты, Ангелина, майку высушить и штаны, а то, знаешь ли, не очень приятно ходить в мокром.

Я ринулась к косметическому столику, взяла фен в руки, включила его. Но мою руку перехватил Максим Петрович. Выключив фен, он попросил:

— Ты не могла бы посушить вначале мои брюки, а то мокрое пятно, а мне скоро нужно будет уходить.

— Да, конечно же, на вас посушить или снимите их? — я ждала его ответа, нервно покусывая губы.

— Ну, если я сниму штаны, то это будет не очень прилично выглядеть. Тем более, ты девушка моего сына. Так ведь?

— Да, конечно, садитесь в кресло, — рукой показала на кожаное кресло рядом с компьютерным столом.

Максим Петрович сел, удобно устроившись в кресле, широко расставив ноги. А мне ничего другого не оставалось, как расположиться между его ног. Включив фен на теплый режим, начала сушить промокшие джинсы. На штаны опустилась и майка.

— Заодно и ее высуши, а то, правда, нет времени, детка, — голос у Максима был очень взволнованным.

— Постараюсь быстрее высушить, — заметила, что бугорок под его ширинкой заметно увеличился, как только неосторожно задела ткань рукой.

— Я могу называть тебя Ангелом? Хоть ты и не похожа по внешности на ангелочков. Скорее, ты напоминаешь мне Лилит, первую искусительницу на земле. Волосы с рыжинкой, огромные глаза: в средневековье тебя бы сожгли на костре, а может быть, и утопили.

Я подняла глаза на Максима: вот о чем он сейчас? То порицает меня за поведение и внешность, то хвалит и восхищается. Как уловить в этом смысл? Какой он хочет меня видеть? И кого все же видит на самом деле? Невинную порочность с внешностью куклы? Долго внимательно на него смотрела, пытаясь уловить его намерения.

— Ангелина, детка, ты меня спалишь, горячо же. В начале намочила меня, потом решила поджечь? Проверяешь на прочность?

Я тут же выключила фен; моя рука находилась в одном положении — горячий поток воздуха бил в одно место. Уставилась на Максима Петровича.

— Нет, а нужно? — я облизала губы.

Мой идеал, наклонившись ко мне, взял за подбородок пальцами, чуть сдавив его. Наклонившись, выдохнул в губы.

— Не играй со мной, Ангел, можешь обжечься, — минутная пауза и, отстранившись от лица, произнес: «Спасибо, Ангелина, но мне уже пора. Рад, что с тобой все в порядке».

Одевшись, быстрым шагом покинул комнату, я даже его не проводила. Так и осталась сидеть в полном недоумении от его слов. После сегодняшней встречи начала его воспринимать не как Максима Петровича, руководителя большой фирмы, и даже уже не как отца моего парня. А как человека, который обрел лицо, фигуру, голос и запах. Человека, который стал ко мне чуточку ближе. Я же вижу, что его возбуждают мои маленькие проделки. Думаю, добьюсь его внимания к себе. Игра в «кошки-мышки» началась. И пусть я далеко не платиновая блондинка, но гораздо лучше, чем многие из них.

Зачем мне это дуре было нужно? Ну вот зачем? Он опасный противник, и я это знала, но с чувствами не поспоришь…

Кроме секса еще что-нибудь есть?

Грустный день: начало экзаменов. Аудитория постепенно заполняется теми, кто решился на отважный шаг: первыми сдать экзамен «монстру», которого зовут Сергей Пантелеевич.

— В твоей жизни, кроме парней, что-нибудь есть? Ты мне кажешься пустышкой по жизни, в тебе же интеллекта ноль. Иметь красивое личико и большие сиськи — не достижение! Ты, вообще, зачем пошла учиться? Задницей трясти ты и так прекрасно умеешь. Свободна, Смирнова, как выучишь — приходи на пересдачу.

По личику Ленки Смирновой градом текли слезы, смешиваясь с тушью, они превращались в скорбные траурные дорожки на бледном личике. Ярко-красные губы мелко подрагивали, сдавленные всхлипы вырывались наружу. Ее нежная психика не выдержала очередного посягательства. Дверь аудитории отсекла звук громкого рева.

Сергей Пантелеевич — гроза нашего института, единственный препод, на которого не действовали женские слезы. Усиленно шли слухи, что он исключительно по мальчикам. Но это всего лишь слухи, уверена, препод импотент по жизни. А может, все же нормальный мужик? Просто ему надоели дебилы в нашем лице?

— Котельникова, а ты чего сюда пришла? Ты не допущена к экзамену!

— Это еще почему? — справедливо возмутилась я. — По той же причине, что и Ленка: из-за бюста, что ли? — в аудитории раздались смешки.

— Очень смешно, Котельникова, у вас, похоже, тоже весь ум ушел в эту часть тела, да?

Я лишь пожала плечами: чего этому хрычу объяснять, почему вовремя не сдала курсовую работу.

— Я считаю, Сергей Пантелеевич, что вы предвзято относитесь к женщинам. А курсовую вовремя не сдала по причине болезни. И нет, спасибо, это была не опухоль мозга, — в зале заржали уже громче.

— Тебе, Ангелина, нужно было идти в актрисы, а ты подалась на экономический факультет. Такой талант погибает в душном зале! Пока есть время, переведись в другой институт.

— Сергей Пантелеевич, можно вам сегодня сдать курсовую? Ну пожалуйста, — я выпятила губки и состроила просящее личико.

— Можно, Котельникова, все вовремя сдавать, а не фигней страдать, как вы, молодежь, выражаетесь. Иди, Ангелина, раз ты у нас болела, сдашь мне ее сегодня. Через два часа будь у моего кабинета. Все ясно?

— Ясно, — во мне умерла актриса, зато возродился ботан.

— Ну, раз ясно, тогда свободна, можешь идти.

Одета сегодня была сверхцеломудренно, но это, конечно же, на первый взгляд. Я всегда выбирала наряд в институт таким образом, чтобы из скромницы в пару прикосновений руки можно было превратиться в похотливую кошечку. Что я и сделала. Расстегнула пуговицы чуть ли не до пупка на приталенном пиджаке, грудь сразу же вырвалась на волю. Черный кружевной топ на тонких бретельках гармонично сочетался с черной юбкой-карандашом, по бокам которой были молнии. Расстегнула их так, чтобы видна была полоска кружевных чулок.

Я договорилась встретиться с Марсом Фишером. Ох, и повезло же ему с имечком; о чем думали родители, называя так свое дитя в честь планеты? Хотя с отчеством Адольфович оно было и не столь уж мрачным.

Ботан должен был принести курсовую работу, еще он мне обещал ее объяснить. Очкарик наверняка рассчитывал еще на что-то, но у меня есть парень, так что ему обломится. Пусть радуется, что вообще на него обратила внимание. Боже мой, ну в кого я превратилась, пообщавшись со Стасом? Все же он на меня плохо влияет. Скромную девушку развратить до не узнаваемости, хотя кого я обманываю, ну когда я была скромницей? Мне всегда нравились мужские масляные взгляды, чувство эйфории и власть над мужчинами. В их глазах столько надежды и веры в свое превосходство. И на кой ляд мне это нужно? Такое впечатление, что во мне борются два человека: один ботан, а второй до безобразия похотливый, играющий на чужих эмоциях, заставляющий людей плясать под свою дудку. Ну что же, а ведь это нужно тоже уметь. Да… Не ту я выбрала специальность: нужно было идти учиться на психолога. Хотя самой вначале разобраться бы в себе. Но так далеко забегать не хочется. Сейчас курсовая на первом месте, отдать минимум, получить максимум.

— Привет, Марс, — проворковала я на ушко наклонившемуся над книгами ботану. — Курсовая готова?

— Ангелина, — встрепенулся Марс, как только услышал мой голос.

Парень, оглянувшись, начал пожирать меня глазами. Ну еще бы, как я его понимаю: дома видела себя в зеркале — ну очень соблазнительно смотрелась. Марс нервно сглотнул и беспокойно заерзал на стуле.

— Ма-а-арс, отомри, у меня не столь много времени, через два часа мне предстоит все это рассказывать нашему «монстру», — я собиралась впитывать в себя все знания, как губка. Все, что мне собирался сообщить бледный ботан, нужно было запихнуть на полочки памяти.

— Ангелина, ты могла бы не стоять за моей спиной, а сесть рядом? Мне так удобнее будет объяснять, — просипел страдалец.

— Конечно, дорогой, как скажешь, — отодвинув стул, села рядом, прижавшись плотно к нему бедром.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 90
печатная A5
от 300