электронная
180
печатная A5
500
16+
Кипарисовые четки

Бесплатный фрагмент - Кипарисовые четки

Объем:
302 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-9683-9
электронная
от 180
печатная A5
от 500

<textarea rows=«25» name=«text» cols=«60» wrap=«virtual» id=«textform»> АВЕ МАРИЯ

ПАССАЖИРСКИЙ самолет российской авиа-

компании сделал круг над островом Суматра,

вольготно раскинувшимся в изумрудных просто-

рах Индийского океана, и начал медленно сни-

жаться для захода на посадку. Утреннее солнце ще-

дро светило в иллюминаторы, заставляя пассажи-

ров жмуриться и отворачиваться от него в другую

сторону. Миловидная бортпроводница попросила

всех пристегнуть ремни безопасности и не ходить

по салону самолета. Затем в динамиках внутрен-

ней связи, которую она забыла отключить после

объявления, послышались едва уловимые звонки

оповещения экипажа о проходе границы дальне-

го привода. И уже через несколько минут колеса

лайнера ударились о серую бетонную полосу, за-

крылки максимально наклонились вниз, создавая

6

— Кипарисовые четки —

мощное сопротивление потоку воздуха, и много-

тонная машина стала быстро сбавлять скорость.

Пассажиры облегченно вздохнули и даже заулыба-

лись. Полет прошел спокойно. Впереди у многих

из них отдых, солнце и целый океан воды. После

зимних российских городов остров Суматра ка-

зался теплым, райским уголком с песчаными пля-

жами, огромными пальмами, красивыми корпу-

сами современных гостиниц и целым спектром

услуг туристической и развлекательной инду-

стрии, поставленной здесь на широкую ногу.

* * *

Молодой высокий брюнет, лет тридцати

пяти, с большими серыми, немного грустными

глазами и аккуратной бородкой, прибывший

утренним рейсом из России, взял на привок-

зальной площади такси и направился в гости-

ницу, где его ожидали новые коллеги по работе

для обмена опытом. Утро было тихим, и в небе

ни облачка. Местный худощавый таксист по до-

роге весело напевал ритмичную мелодию,

мало заботясь о том, нравится ли это пассажи-

ру или нет. Глядя на его непосредственность,

Стефан и сам заразился этим ритмом. Он любил

музыку, любил пение и просто любил жизнь.

— Аве Мария —

7

Неожиданная командировка вырвала его

из привычного петербургского бытия. Он от-

несся к ней с большим интересом, потому что

любил открывать для себя в этом мире что-то

новое и неизведанное. В Индонезию он ехал

впервые.

Автомобильная трасса пролегала недалеко

от побережья океана, и вскоре машина оста-

новилась у небольшой шестиэтажной гости-

ницы с зелеными газонами, пестрыми клум-

бами и старыми большими пальмами вокруг

здания. Неподалеку от нее у причала виднелись

яхты и катера, маленькие рыболовецкие суде-

нышки. Стефан расплатился с водителем и вы-

шел из такси. Затем он достал из багажника

вещи и направился в гостиницу. Бегло окинув

взглядом фасад, он увидел на балконе пято-

го этажа молодую женщину с книгой в руках.

Солнце играло в ее длинных светлых прядях

волос, и издали они казались золотыми. Она

была похожа на сказочную фею из его детских

книжек, и Стефан невольно залюбовался ею,

но его внимание отвлек быстро нарастающий

странный шум со стороны океана. Он обер-

нулся… Огромная волна стремительно неслась

на город, сея вокруг смерть и разрушение. Ужас

— Кипарисовые четки —

8

сковал душу Стефана, и едва он успел мысленно

воскликнуть: «Господи, спаси», как мощный по-

ток накрыл его с головой, швырнув о здание, как

щепку. Чудом вынырнув из воды, Стефан судо-

рожно ухватился за листья оказавшегося рядом

дерева. Цепляясь за него из последних сил и те-

ряя сознание, Стефан прошептал: «Пресвятая

Дева, спаси!»

* * *

Елена стояла на балконе гостиницы с кни-

гой в руках и любовалась великолепным

утренним пейзажем с необъятными просто-

рами океана. Вспомнив о книге, она наугад

открыла ее и начала читать: «Седьмой Ангел

вылил чашу свою на воздух: и из храма небес-

ного от престола раздался громкий голос, го-

ворящий: совершилось! И произошли молнии,

громы и голоса, и сделалось великое землетря-

сение, какого не бывало с тех пор, как люди

на земле. Такое землетрясение! Так великое!

И город великий распался на три части, и го-

рода языческие пали, и Вавилон великий вос-

помянут перед Богом, чтобы дать ему чашу

вина ярости гнева Его. И всякий остров убежал,

и гор не стало: и град, величиною в талант, пал

— Аве Мария —

9

с неба на людей; и хулили люди Бога за язвы

от града, потому что язва от него была весьма

тяжкая». *

Елена закрыла книгу и задумалась…

Курортная обстановка вовсе не располагала

к глубоким духовным размышлениям. Пытаясь

отвлечься от прочитанного текста, она обрати-

ла внимание на молодого мужчину, вышедшего

из такси. Он поднял голову, и глаза их встрети-

лись. Елена отвела взгляд в сторону и увидела

в нескольких метрах от себя огромную вол-

ну, несущуюся прямо на нее. Первой мыслью

было укрыться в номере, но резким порывом

ветра захлопнуло балконную дверь. Чувство

страха едва коснулось сердца, когда мощный

поток подхватил ее и выбросил на палубу яхты,

сорванной с пристани… Сознание померк-

ло. А разрушительная стихия неслась дальше

вглубь прибрежной зоны, круша и сметая все

на своем пути.

* * *

Елена с трудом приоткрыла тяжелые веки

и сквозь маленькие щелки увидела синий ло-

скут неба… «Слава Богу, я жива!» — медленно по-

* Откр. 16, 17–21.

— Кипарисовые четки —

10

думала она. В голове было такое ощущение, что

мозги заржавели, как металлические шестирен-

ки в каком-нибудь механизме и едва шевелятся

где-то там глубоко внутри. Глаза начало нестер-

пимо резать, и во всем теле ощущалась тупая

боль. «Где я? Что со мной?» — она попыталась

поднять голову, чтобы осмотреться вокруг, но та

была просто чугунной. Болел правый висок,

ломило кости. В горле пересохло, на зубах хру-

стел песок. «Раз я дышу и могу думать, то я еще

жива… Что же со мной случилось?» — пытаясь

хоть что-нибудь вспомнить, Елена почувство-

вала, как ее бросило в жар. «Бо-же-е-е-е! Спаси

меня!» — завопила она не своим голосом так,

что сама испугалась его. Это был не голос, а рев

боевого слона перед атакой. И такой ужас ско-

вал ее душу, такой страх, что она стала терять

сознание, только обожженные палящим солн-

цем губы, превратившиеся в сплошные корки,

продолжали шептать: «Боже! Спаси-и-и-и!»

* * *

Елена лежала на палубе яхты, которую мощ-

ной волной выбросило из океана на побережье.

Рядом росла молодая пальма. Женщина при-

шла в сознанание, когда тень от пальмы закры-

— Аве Мария —

11

ла ее от прямых солнечных лучей. Она хотела

встать на ноги, но правая рука металлическим

браслетом часов за что-то прочно зацепилась.

Рука болела у запястья. Елена с трудом расстег-

нула браслет и освободилась и, шатаясь, встала

на ноги. Глаза ее почти ничего не видели, толь-

ко различали синюю полосу воды и песчаную

полоску берега. Нестерпимо хотелось пить.

«Воды… — стучало в висках, — пить». И она,

превозмогая боль и слабость во всем организ-

ме, медленно стала обходить яхту по периме-

тру, придерживаясь руками за ограждение.

Выбившись из сил, Елена упала лицом вниз.

«Отче наш… Иже еси… на небесех… — медлен-

но, с паузами произнесла она и смолкла, словно

уснула, — … да святится имя Твое». Она снова на-

чала медленно вставать сначала на колени, по-

том на ноги. Шаг за шагом Елена передвигалась

вдоль яхты, пока не нашла лесенку и не свали-

лась по ней кубарем вниз на песок. Он был

влажным, как после дождя, и эта влага немно-

го освежила ее. Теперь нужно было просто до-

ползти до воды, и она, словно ящерица, пополз-

ла по песку к вожделенной лазурной полоске.

Ее локти нестерпимо болели, словно обожжен-

ные. Оставалось совсем чуть-чуть. Елена немно-

— Кипарисовые четки —

12

го передохнула и, стиснув зубы, встала на ноги.

Она сделала три шага и упала в спасительные

обьятия океана, но тут же взвыла от боли, когда

соленая вода попала на обгоревшее тело и стер-

тую кожу на локтях. Слезы катились по ее щекам

ручейками, как у маленького ребенка. Она сиде-

ла безвольно в воде, вытянув ноги… Затем огля-

делась вокруг: ни домов, ни гостиницы, ни лю-

дей — нигде НИКОГО и НИЧЕГО… Только она,

бескрайний океан и берег суши с пышной рас-

тительностью вдали, да еще большая шикарная

яхта под пальмой. Не осознавая в полной мере

всей трагедии случившегося, Елена нащупала

пальцами нательный крестик на цепочке и се-

ребряную икону Тихвинской Божией Матери

и поцеловала их. «Слава Богу за все!» — поду-

мала она и, набравшись сил, медленно побре-

ла вдоль берега, изредка оглядываясь на яхту.

Из-за небольшой вершины, покрытой гу-

стой растительностью, невозможно было

определить, остров это или нет. Несколько

часов Елена с трудом преодолевала незначи-

тельное расстояние до вершины. А добрав-

шись, с ужасом поняла, что она находится

на небольшом острове, омываемом, скорее

всего, Индийским океаном.

— Аве Мария —

13

«Приехала! — с горькой иронией подумала

она, все еще не веря своим глазам. — И не си-

делось мне дома? Отдохнуть «по-человечески»

захотелось? Теперь вся оставшаяся жизнь

будет сплошным отпуском…“ „Да, но есть

яхта! — мелькнула спасительная мысль. — Ага!

На суше… — тут же вспомнила она… — Какой

кошмар! Ангел Хранитель мой, помоги!» — про-

шептала пересохшими губами Елена, глядя

в бездонную синеву неба, и слезы опять пока-

тились по ее щекам. Затем она взяла палку и,

глубоко вздохнув, начертила на песке право-

славный крест, опустилась перед ним на ко-

лени и начала дрожащим голосом молитву:

«Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его, и да

бежат от лица Его ненавидящии Его. Яко ис-

чезает дым, да исчезнут; яко тает воск от лица

огня, тако да погибнут бесы от лица любящих

Бога и знаменующихся крестным знамением,

и в веселии глаголющих: радуйся, Пречестный

и Животворящий Кресте Господень, прогоня-

яй бесы силою на тебе пропятаго Господа на-

шего Иисуса Христа, во ад сшедшаго и поправ-

шаго силу диаволю, и даровавшаго нам тебе

Крест Свой Честный на прогнание всякаго

супостата…»

— Кипарисовые четки —

14

Чувство страха стало постепенно отступать.

Елена медленно вернулась к яхте. «На все Твоя

святая воля, Господи!» — твердила она себе, бо-

ясь впасть в уныние.

Яхта прочно сидела в песке, и в ее борту,

ниже ватерлинии, была пробоина. Девушка

поднялась на палубу и через боковую дверь

вошла внутрь. Просторная гостиная с дорогой

мебелью никак не сочеталась с той ситуацией

и настроением, в которых пребывала Елена.

Ей было дурно от одной мысли о том, что

она одна на безлюдном острове. Это не укла-

дывалось в ее голове, словно все произошло

не с ней, а с кем-то другим. Елена долго сидела

на диване, примеряя к себе сложившуюся си-

туацию. Душа противилась и разуму, и фактам.

Потом, немного смирившись с превратностя-

ми судьбы, она решила осмотреть яхту в поис-

ках воды, еды и медикаментов. Только сейчас

она по-настоящему ощутила голод и жажду.

Из гостиной одна дверь вела в спальню,

а другая в коридор. По обе стороны длинного

коридора было еще несколько помещений:

кухня, столовая, чей-то рабочий кабинет,

ванная комната, мастерская, кладовые с про-

дуктами. На верхней палубе располагался

— Аве Мария —

15

капитанский мостик с пультом управления,

радиостанция и большой компьютер. «С этим

разберусь потом, а сейчас есть хочется», — поду-

мала Елена и вернулась в гостиную. Она нашла

минеральную воду, сок, фрукты и плитку шоко-

лада, помолилась и перекусила. Затем, достав

из аптечки все необходимое, обработала себе

раны. Немного посидев и осмотревшись, Елена

пришла к выводу, что хозяева яхты покинули ее

так же внезапно, как она балкон гостиницы.

После еды начали постепенно восстанавли-

ваться силы, боль утихла и стало клонить ко сну.

Тут она заметила большое зеркало на стене и по-

дошла посмотреть на себя. «О ужас!» — Елена

отшатнулась, испугавшись отражения. На нее

взглянуло странное существо с бледным ли-

цом, огромным кровоподтеком на виске, за-

плывшим глазом и пересохшими, как потре-

скавшаяся земля в знойное лето, губами. Она

стала внимательно вглядываться в себя. «Я по-

старела лет на двадцать, — с ужасом подумала

она. — Впрочем, теперь этого никто не заметит,

кроме меня. Сколько же меня носило по океа-

ну на этой яхте? Суток трое, не меньше… Как

далеко могло унести яхту в океан и почему она

на суше? Есть ли я ответы на эти вопросы?..

— Кипарисовые четки —

16

Продуктов и воды хватит месяца на три-четыре,

а дальше… Найдут ли меня за это время здесь?

Как дать радиограмму и какие у меня коорди-

наты?» — задавала она сама себе вопросы и,

не найдя на них ответов, прошла в спальню

в поисках одежды.

В шкафу висели мужские костюмы и рубаш-

ки. Наконец Елена нашла футболки и шорты,

выбрала себе самые маленькие и переоделась.

Она поискала головной убор, но в этом от-

делении ничего подходящего не было. В со-

седнем шкафу за стопкой постельного белья

Елена увидела в стене ключик, повернула его

и открыла небольшую дверцу. За ней оказалась

дверца сейфа. Кодовый замок был открыт, и де-

вушка заглянула в сейф. В нем лежали какие-то

бумаги, схемы, два пистолета, запасные обой-

мы с патронами и деньги. Она достала один

пистолет, засунула его в задний карман шорт

и закрыла обе дверцы. «С оружием мне бу-

дет спокойней», — подумала она и прилегла

на кровать.

Сон свалил ее мгновенно, укрепляя силы.

И хотя тело и кости еще болели после про-

буждения, молодая женщина почувствовала

себя гораздо лучше. Она выпила стакан сока

— Аве Мария —

17

и съела немного шоколада. Затем расчесала

свои длинные волосы и заплела их в косу, что-

бы не мешали. Потом решила пройтись вдоль

берега и осмотреться. По дороге она вспом-

нила про пистолет, достала его, проверила

обойму. Затем ловко сняла предохранитель

и выстрелила в воздух. Пистолет был в пол-

ном порядке.

Обращаться с оружием ее научил покойный

муж, сотрудник спецслужб, погибший при вы-

полнении секретной операции в далекой чу-

жой стране. Елена снова положила пистолет

в карман и пошла дальше. Побродив по остро-

ву недалеко от яхты, она вернулась обратно и,

приняв лекарство, легла в постель. Мысли плав-

но перетекали из одной темы на другую, пока

сон не прервал их совсем.

* * *

Она проснулась утром и, открыв глаза,

осмотрелась по сторонам, пытаясь вспомнить,

где она находится. А едва вспомнив, засунула

голову под подушку, не желая ни о чем даже

мыслить, так ей тошно было от реальности.

«Я в предлагаемых обстоятельствах. Вопрос за-

ключается в том, как долго я буду в них? Может,

— Кипарисовые четки —

18

всю жизнь… пока продукты и вода не закон-

чатся. А может, кто меня найдет? А что это во-

обще было? И как я осталась жива? Не пони-

маю… Что с остальными людьми в гостинице?

Ой! — вдруг вспомнила она. — Я же телевизор

где-то видела. Может, он мне что-нибудь рас-

скажет». Она высунула голову из-под подушки

и посмотрела по сторонам. Прямо перед ней

на стене висела панель ЖК телевизора. Елена

поискала глазами пульт и увидела его на тум-

бочке рядом с кроватью. Она дотянулась до него

рукой и нажала на кнопку. По экрану пошли

полосы и рябь. Женщина переходила с канала

на канал и только на одном услышала мужской

голос и английскую речь. Она всячески при-

слушивалась к передаче, но понимала толь-

ко отдельные слова, из которых нельзя было

определить, о чем там говорят. Елена впервые

пожалела, что не знает английского языка,

и с досадой выключила телевизор. Полежав

еще немного, она сползла с большой кровати

из натурального дерева дорогой породы и по-

шла в столовую, чтобы приготовить себе кофе.

«Что ж, — решила она, — раз я в предлагаемых

обстоятельствах, то в моих силах сделать эти

обстоятельства для себя более комфортными.

— Аве Мария —

19

Другие вон в каких условиях жили, и ничего…

А мне грех жаловаться. У меня все есть, обо всем

Господь позаботился. Даже кофе, без которого

я день не начинаю, и тот есть. Спасибо Тебе,

Боже!» Немного повеселев, Елена нашла плиту

и сварила в турке ароматный кофе. Поставив

чашечку из тонкого фарфора на небольшой

круглый поднос, она отправилась на верхнюю

палубу, чтобы оттуда наблюдать за островом

и пить кофе.

За ночь на острове ничего не изменилось.

Яхта продолжала стоять на том же месте, что

и вчера. И на морском горизонте наблюдалось

все то же однообразие: небо слилось с океаном

синевой и ни корабля, ни самолета, ни верто-

лета нигде не было видно. Девушка повернула

голову в сторону зеленых зарослей и от неиз-

вестности, что там в них, ей стало жутко: в эти

дебри она даже с пистолетом не рискнет идти.

«Эх! Хоть бы какая живность была рядом,

и мне бы стало веселей. Может, дельфины при-

плывут? А может, хоть обезьяна из леса прибе-

жит. Не с кем словом перекинуться, — вздохнула

Елена. — А в центре сейчас обход, потом планер-

ка, и никто из моих сотрудников не знает, на ка-

кой отдых они мне купили путевку. А может,

— Кипарисовые четки —

20

снова будет наводнение и яхту обратно уне-

сет в океан… О! Вот там я точно пропаду в пер-

вый же шторм. И почему я не научилась управ-

лять яхтой?»

Немного успокоившись, Елена прочитала

наизусть молитвы из утреннего правила и по-

шла дальше осмотреть остальную часть судна.

В капитанской рубке она включила бортовой

компьютер, но так и не смогла определить

местоположение яхты. Она вернулась в свою

спальню и включила телевизор. Шел какой-то

концерт. печальный и унылый. Елена тут же

выключила его: «И так тошно, а вы еще тут

распиликались на своих скрипках — с раздра-

жением в голосе кинула она в сторону экра-

на. — Пожалуй, посплю, пусть силы восстанав-

ливаются, а потом погуляю по острову». Уснуть

долго не получалось, в голову лезли разные

мысли, и Елене пришлось выпить снотворное.

Зато к вечеру она проснулась бодрой и даже по-

тянулась в постели, не ощутив при этом боли,

как было раньше. Она перекусила в столовой

фруктами и шоколадом, выпила минеральной

воды и отправилась гулять вдоль берега. А что-

бы не падать духом, она начала громко читать

стихотворение:

— Аве Мария —

21

Пока победно шествует эпоха,

Не лучше ли спокойно жить в глуши?

Под маскою шута и скомороха

Скрывать порывы скорбные души?

И будь во всем наивен и беспечен,

Пусть думают, что жизнь твоя легка.

Ведь никого не напугают речи

Придворного шута и дурака.

Когда ж грядут внезапно перемены,

Услышатся иные голоса —

Участников немых финальной сцены

Определят по списку небеса.

Метель утрат восторг души осудит,

Застынет в реках черная вода,

Но все-таки Господь веселых любит,

А верных — не оставит никогда.

И пусть кружат во мгле миры и меры,

В кромешном мраке исчезает путь,

Держись поближе православной веры,

А там Господь подхватит как-нибудь.*

* Дмитрий Мизгулин.

— Кипарисовые четки —

22

«Надо же, какие правильные слова: «Господь

подхватит как-нибудь»», — подумала Елена, гля-

дя себе под ноги. За ней на мокром песке остава-

лись глубокие следы женских ступней. Она под-

няла голову и посмотрела вдаль. Там на берегу

виднелось что-то похожее на корягу, а из воды

торчали листья огромной пальмы. Но чем бли-

же подходила Елена, тем меньше это «что-то»

походило на корягу. На сердце стало тревожно,

девушка прибавила шаг и вскоре увидела, что

на берегу неподвижно лежит человек. Ей ста-

ло не по себе. «Жив ли он?» — стучало в висках.

Она замедлила шаг и подошла ближе. Это был

высокий, худощавый мужчина. Густые темные

волосы закрывали его лицо. Рубашка была ра-

зорвана, а штанины брюк превратились в лох-

мотья, словно их драла стая собак. На правой

ноге виднелся черный носок.

— Вы живы? — громко спросила Елена.

Но ответа не последовало.

Она подошла еще ближе и снова позвала.

Мужчина молчал. Тогда девушка перекрестила

его, наклонилась и убрала с лица волосы. «Боже

правый! — отшатнулась она. — Да это же тот муж-

чина, которого я видела у такси во дворе гостини-

цы! Борода, усы, густые темные волосы… У него

— Аве Мария —

23

должны быть большие светлые глаза…» — вспо-

минала Елена. Но глаза были закрыты. Тогда она

осторожно взяла его за руку и пощупала пульс,

он был слабым. Девушка перевернула его на спи-

ну, зачерпнула в пригоршню соленой морской

воды и побрызгала ему на лицо. «Боже мило-

сердный, спаси его!» — взмолилась она и стала

тормошить мужчину, бить его по щекам.

— Очнись! Как тебя зовут? Открой глаза! Да

очнись же ты, Христа ради! — теребила она его

изо всех сил.

— Стефан я, Стефан, почему вы меня бье-

те? — возмутился он. — Я спать хочу, — еле слыш-

но добавил он с явным акцентом и открыл боль-

шие серые глаза.

— Слава Богу! Вы меня так напугали…

А я — Елена, — вздохнула она с облегчением.

— Простите, я не хотел, — медленно выгова-

ривая каждое слово, произнес Стефан.

— Я думала, что вы умерли.

— Нет, я спал… Вы меня разбудили. А может,

мне все это снится… — сказал он и начал снова

погружаться в сон.

— Что? Ну вы и шутник! Спал? Нашли место!

Вставайте! У меня тут домик есть небольшой.

Сможете идти? — спросила Елена.

— Кипарисовые четки —

24

— А я вон на том дереве… несколко суток

носился по океану (или мне так показалось),

а сегодня меня прибило к берегу, но я так устал,

что смог толко дойти сюда и уснул тут же, — го-

ворил Стефан, пропуская мягкий знак после

буквы «л». — У меня голова очень болит. Я сил-

но ударился, даже не знаю, как я остался жив

вообще.

— А меня выбросило на яхту с балкона,

и очнулась я уже здесь… Но я рада видеть вас…

Добро пожаловать! — сказала Елена, промолчав

про остров.

— Я тоже вам рад! Я видел вас где-то… на бал-

коне, правда? — говорил он, устало всматрива-

ясь в ее лицо.

— Наверное… Мне голос ваш кажется знако-

мым, но я никогда не видела вас раньше. Только

у гостиницы перед тем, как все произошло.

— А вы знаете, что произошло? — спросил

Стефан, пытаясь встать на ноги. У него кружи-

лась голова и болел затылок.

— Еще нет. У вас слабый пульс. Вы може-

те идти? Давайте я вам помогу. Держитесь

за меня, — Елена помогла ему встать.

— Спасибо. Но мне неудобно обременять

вас…

— Аве Мария —

25

— Пустяки. Тут недалеко. Вон яхту видно.

— У вас что, «Амфибия»? — пошутил Стефан.

— К сожалению, нет. А может и к счастью, —

загадочно ответила Елена. Она боялась оста-

ваться на острове одна, особенно ночью.

Появление живого человека, да еще и русско-

говорящего, было для нее настоящим подар-

ком. Они медленно добрались до гостиной.

Елена усадила Стефана на диван.

— Сейчас буду вас кормить, — сказала она,

переводя дыхание.

— Спасибо. У вас здесь очень уютно и кра-

сиво, — заметил Стефан, оглядываясь по сторо-

нам.

Вскоре Елена принесла на подносе мине-

ральную воду, сок, апельсины и шоколад.

— Угощайтесь. Вот вода. Вы, наверное, хо-

тите пить, но много не пейте сразу. Организм

надо постепенно насыщать влагой и пищей, —

предупредила Елена.

— Да, — согласился Стефан и сделал несколько

маленьких глотков. Затем поел немного шокола-

да и часть апельсина. Сон сильно одолевал его.

— Пойдемте, я уложу вас спать. Вам надо хо-

рошенько отдохнуть, — сказала Елена и повела

Стефана в спальню. Она постелила ему постель

— Кипарисовые четки —

26

и сказала, что в шкафу он может найти одежду

и переодеться, а если ему что-то понадобится,

то чтобы позвал ее. Она принесла ему бутыл-

ку воды и стакан, поставила их на столик воз-

ле кровати и, пожелав спокойного сна, ушла.

Стефан переоделся, лег и провалился в глубо-

кий крепкий сон.

Елена ушла в каюту рядом и тоже прилегла

на кровать. Несмотря на всю драматичность

ситуации, на сердце у нее отлегло, потому что

рядом появилась живая человеческая душа.

Человек, оказавшись совершенно оторван-

ным от людей и осознав это в полной мере,

начинает понимать огромную ценность воз-

можности общения. Быть одиноким в толпе

людей по собственной прихоти и быть оди-

ноким на огромном пространстве не по своей

воле — совершенно разные вещи. Второе на-

много страшней и опасней для психики, рас-

считанной на общение с себе подобными.

* * *

Стефан проспал беспробудно больше су-

ток. Елена периодически наведывалась к нему,

чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Еще

одну аптечку она нашла на капитанском мости-

— Аве Мария —

27

ке и перенесла все в гостиную. Найдя в аптеч-

ке необходимые лекарства, она положила их

отдельно. Затем пошла на кухню посмотреть,

что можно приготовить поесть. В холодильной

камере был хороший выбор морепродуктов,

и Елена пожарила рыбное филе. Потом свари-

ла себе чашечку ароматного кофе, как дома…

Сидя с подносом в руках на верхней палубе,

она вдруг вспомнила, что ужасно одета и от-

вратительно выглядит. Она быстро спусти-

лась к себе в каюту и внимательно осмотрела

себя в зеркало. Один глаз все еще был заплыв-

шим, зато губы немного порозовели, правый

висок пожелтел, как перезревший огурец…

Шорты и футболка на три размера больше.

Елена с горькой иронией осмотрела свое от-

ражение в зеркале и, тяжело вздохнув, отпра-

вилась на поиски приличной одежды. В одном

из шкафов гостиной она обнаружила несколь-

ко женских платьев, дорогих и нарядных. Елена

выбрала самое скромное из них и надела его.

Она рассмеялась над собой: так соответство-

вало лицо с синяком нежно-фиолетовому ве-

чернему платью. Второе платье оказалось про-

вокационно коротким. «Опасно!» — подумала

она, вспомнив о Стефане. Наконец-то нашелся

— Кипарисовые четки —

28

легкий брючный костюмчик, весьма скромный

и вполне по размеру. Елена надела его и одо-

брительно подмигнула себе в зеркало, потому

что всегда придавала большое значение одеж-

де и считала, что женщина не имеет права сво-

им видом омрачать окружающий мир, хотя

и не должна будоражить его.

День выдался тихим и солнечным. Елена

искупалась в океане, вытерла волосы большим

пушистым полотенцем и оделась в новый ко-

стюм. Все было готово к пробуждению гостя,

но он спал как медведь, даже не подозревая,

как много приятных хлопот доставил «хозяй-

ке» дорогой яхты своим внезапным появлени-

ем на острове.

Елена тихонько постучала в дверь его

спальни.

— Войдите, — сонно ответил Стефан.

— Добрый день. Как ваше самочув-

ствие? — спросила она, входя в его спальню.

— Спасибо. Я хорошо спал и чувствую себя

лучше, но немного болит затылок.

— Вы проспали больше суток, а затылок

я сейчас посмотрю. Возможно, была травма,

как и у меня. Она подошла к кровати и присела

на краешек, чтобы осмотреть голову. Стефан

— Аве Мария —

29

сел на постели. Голова кружилась, а во всем

теле чувствовалась слабость. Елена взяла его

голову обеими руками, осторожно поворачи-

вала то вправо, то влево, то наклоняла вперед,

то запрокидывала назад. На затылке она обна-

ружила затягивающийся рубец с запекшейся

кровью.

— Доктор, я жить буду? — слабым голосом

попытался пошутить Стефан.

— Лет триста, но недельку придется полежать

в постели… У вас сотрясение мозга. Сейчас я об-

работаю вам рану и дам обезболивающее и анти-

биотики. У вас нет аллергии на медикаменты?

— Не знаю, я их никогда не принимал, — отве-

тил Стефан, внимательно рассматривая Елену.

На вид ей было лет двадцать пять. Чуть выше

среднего роста, тонкая, изящная, с синими, лу-

чистыми глазами, маленьким, слегка вздерну-

тым носом, белоснежной улыбкой и длинными

золотистыми волосами. Лицо с гладкой барха-

тистой кожей и легким румянцем на щеках,

тонкие брови с красивым изгибом, прекрасные

руки с длинными тонкими пальцами. Она была

энергичной, но не суетливой.

Елена принесла аптечку, обработала рану

на затылке и перевязала голову. Стефан выпил

— Кипарисовые четки —

30

лекарство и откинулся на подушку. Кажется,

что его вполне устраивала роль больного при

таком докторе.

— Хотите есть? — спросила Елена.

— Хочу, — прямо ответил Стефан.

— А как вы относитесь к рыбе?

— Прекрасно!

— А вы не капризный пациент, мне это уже

нравится, — похвалила его Елена.

— Спасибо за комплимент! Вы тоже сегод-

ня замечательно выглядите, — сказал Стефан.

Елена покраснела до кончиков ушей. Она

вспомнила себя в этих нелепых шортах с за-

плывшим глазом и синяком на виске. «Надо

держать дистанцию», — подумала Елена, накры-

вая на стол.

Когда все было готово, она постучала

в спальню и, дождавшись ответа Стефана, во-

шла с подносом в руках. «Кушать подано, сэр», —

сказала она, ставя поднос на столик возле кро-

вати. А потом вдруг предложила: «Помолимся?

Читайте молитву». Она была уверена, что он

даже этой молитвы не знает. Стефан посмотрел

на этот образец «кротости и смирения», ожи-

давший его богословского крушения, и, при-

поднявшись на кровати, четко произнес молит-

— Аве Мария —

31

ву перед вкушением пищи. Девушка удивлен-

но подняла брови. Они перекрестились и сели

за стол.

— Вы кто? — спросила Елена, глядя на его на-

тельный крестик.

— Я католик, а вы?

— Православная, — ответила Елена.

— У вас есть семья?

— Нет. Родители уже умерли. Муж погиб.

Есть друзья и сотрудники, пациенты.

— Простите, я не знал и не хотел напоминать

вам об этом, — извинился Стефан.

— Ничего страшного. Хуже, когда забывают.

А вы женаты? — спросила Елена.

— Нет и никогда не был… кажется…

— Почему «кажется»?

— Я не знаю, я не помню… я ничего не пом-

ню, — Стефан схватился руками за голову. Он

пытался вспомнить хоть что-то из своего да-

лекого прошлого и не мог: часть памяти ему

словно стерли. — Я ничего не могу вспом-

нить о себе, ничего, кроме имени… Кто я? Что

со мной? Кто мои родители? Ничего, ничего

не помню… Что мне делать?.. — Стефан рас-

терянно смотрел на Елену огромными груст-

ными глазами. Елене хоть и было жалко его,

— Кипарисовые четки —

32

но она старалась сохранять спокойствие и ду-

шевное равновесие. Нельзя было поддаваться

панике.

— Успокойтесь. Ничего страшного не прои-

зошло. Это бывает при травмах и стрессах, а по-

том проходит. Память восстанавливается. Все

у вас будет хорошо, вы меня слышите, Стефан?

В моей практике уже были такие случаи, — обо-

дрила она его.

— Слышу и надеюсь на вас, помогите

мне, Елена, — жалобно, по-детски попросил

Стефан. — Вы теперь единственный человек,

которого я знаю. Все остальные — друзья и род-

ные — остались в темном для меня прошлом,

и я даже не уверен, что узнаю их, если когда-

нибудь встречу.

Елена утешала его, приводя множество по-

ложительных примеров из собственной прак-

тики. Вскоре он успокоился, решив, что так или

иначе надо приспосабливаться к новому поло-

жению. Елена сварила себе кофе, а Стефану за-

варила чай, и молодые обитатели острова уют-

но устроились на верхней палубе в шезлонгах,

которые Елена обнаружила в кладовой, с на-

деждой в сердце взирая на горизонт, не пока-

жется ли там хоть что-нибудь.

— Аве Мария —

33

— Как ваша голова? — прервала молчание

Елена.

— После вашего чая она стала совсем здоро-

вой, можно снимать повязку.

— Можно, но не нужно, чтобы в рану не по-

пала инфекция.

— Вас, наверное, любят ваши пациенты?

Расскажите о себе, — попросил Стефан.

— Не знаю, возможно, любят… Больные ча-

сто привязываются к своим врачам. Но я боль-

ше занимаюсь административными вопроса-

ми. А о себе рассказывать не интересно. Все уже

позади, словно это было в другой жизни. Мы те-

перь начинаем наши жизни с чистых листов:

вы не помните свое прошлое, а я из солидарно-

сти к вам забуду свое. Теперь я просто Елена или

Алёна, как вам будет удобно.

«Алёна — как нежно звучит. Именно Алё-

на», — подумал Стефан, а вслух заметил: — Значит,

мне повезло. Я у вас один и вы не заняты други-

ми больными и проблемами.

— Конечно, какие у меня могут быть пробле-

мы, кроме вас, — весело рассмеялась Елена.

— Чай прибавил мне сил, и голова уже не та-

кая тяжелая. Давайте прогуляемся к моей паль-

ме, — предложил Стефан.

— Кипарисовые четки —

34

— Принимается, но при условии, что вы

не будете падать в обморок при ее виде, — Елена

лукаво посмотрела на Стефана.

— Обещаю, что не упаду, доктор, — улыбнул-

ся он.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 500