электронная
126
печатная A5
426
16+
Хранитель талисманов

Бесплатный фрагмент - Хранитель талисманов

I

Объем:
334 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4483-0570-2
электронная
от 126
печатная A5
от 426

Пролог

Гроза шла издалека, освещая небо беззвучными вспышками. Ни дождя, ни ветра, только вспышки. На мгновение из темноты выхватывало верхушки деревьев, крышу центрального здания и больничных корпусов.

В коридорах стояла полная тишина. Пластиковые двери изолировали любые шумы в помещениях, даже тихие шаги медсестёр ночной смены.

Никита приложил руку к стеклу. За прозрачной преградой армада ночных облаков единым фронтом наплывала на россыпи городских огней вдалеке, поглощая золотые цепочки одну за другой.

— Только не проходи мимо, — с надеждой прошептал парень.

Вдали приглушённо прогремел гром, словно пообещав скоро быть, и снова все стихло. Никита отвернулся от окна. В очередной раз взглянул на стойку капельницы у своей кровати и едва начатые пакеты с лекарством. Медсестры это утром не одобрят, но он больше не мог. Вены искололи настолько, что кровь буквально выливалась из них, расползаясь в сиренево-синие пятна под кожей.

За дверью прошло большое светлое пятно, и в коридоре раздались приглушенные голоса. Голоса, ночью, в корпусе? Это глобальное событие для этого места.

Никита прислушался. Главный врач Евгений Николаевич, мама и кто-то ещё. О чём-то спорили. Особенно Евгений Николаевич. Его голос становился всё громче, хотя кричать посреди ночи для главврача было совсем не свойственно. Никита осторожно приоткрыл дверь.

Евгений Николаевич гневно говорил маме:

— Елена Алексеевна, я понимаю, что вы сейчас хватаетесь за любую возможность, но ведь это чистая авантюра! Ваш сын едва ходит, а вы хотите отдать его каким-то родственникам!

— Ни каким-то родственникам, — обиженно вставил кто-то.

— Я своё последнее слово сказал, — резко ответил главврач.

Никита приоткрыл дверь чуть шире. Спиной к нему стояла мама, все ещё в белом халате, так и не сняв его после смены, а сбоку в тени высокий мужчина. Судя по тому, сколько места он занимал в коридоре, очень здоровый. Стокилограммовый санитар рядом с ним казался скромным школьником.

На несколько минут воцарилась тишина. Мама молчала, сложив руки на груди.

— Елена, — наконец сказал Евгений Николаевич, — поймите разумность моих слов. У вас рука поднимется подписать отказ от госпитализации? Иначе я отказываюсь нести ответственность за вашего сына.

Мама повернулась к подпиравшему стену здоровяку.

— Иван, — произнесла она. — Это действительно невозможно. Ты просишь отпустить его с тобой на целых два дня…

— Всего лишь на два дня, — поправил тот. — Сорок восемь часов и я привезу его обратно. Хочешь, расписку напишу?

— Да нужна она мне… Иван, послушай, Никита должен постоянно находиться в стационаре. Существует высокий риск инфицирования или развития тяжёлого кровотечения. Он проходит курс лечения, который нельзя прерывать.

— Кто сказал? — Иван сложил руки на груди. — Ты своей медицине больше веришь или мне?

Мама при этих словах замолчала, ещё минуту раздумывала, затем утвердительно кивнула и повернулась к Евгению Николаевичу.

— Документы оформим завтра. Я поговорю с сыном. Думаю, он возражать не будет.

Главврач обречено отмахнулся:

— Это самая большая ваша ошибка.

Никита закрыл дверь. Смысл ясен, дальше можно не слушать. Хорошая идея — уехать из больницы хотя бы на два дня. Бросить к черту все процедуры и просто удрать.

Он вернулся к кровати, подобрал висящую иглу и ввёл её в вену. Болезненное ощущение от металла внутри заставило сердце замереть.

Витиеватая молния расчертила небо за окном, всколыхнулась листва на тополях и тонкие верхушки наклонились под натиском грозового ветра. Его сильный поток ударил в стекло, пробуя преграду на прочность.

Не найдя себе входа в наглухо закрытых пластиковых окнах, ветер ринулся в здание через вентиляционный канал, и наконец, пробившись внутрь, настойчиво застучал по жестяным стенкам.

Никита открыл клапан капельницы, слушая его зовущий гул.

— Не жди меня, — прошептал он.

Ветер взвился по шахте в то же мгновение, оставив парня в полной тишине. Но уже в следующий миг за окном мелькнула тень — ветка дерева с грохотом врезалась в стекло и исчезла, рухнув вниз. Никита лёг на кровать, разглядывая оставленный ею рисунок трещин.

— Тише, ветер, — кивнул он, закрывая глаза. — Уже скоро. Заберёшь меня в рай. Если примут.


Утро встретило ярким летним солнцем, на удивление приветливо светившим в палату сквозь покалеченное стекло окна. Капельницы, как обычно, убрали в четыре утра, так что Никита свободно потянулся на кровати. Боли нет. Уже неплохо. Он приподнялся на локтях, намереваясь посмотреть на часы над дверью, но вместо этого наткнулся взглядом на Ивана.

Тот сидел напротив него с сияющей физиономией, и при дневном свете Никита дядю не узнал. Ивану должно было быть около сорока, но на свой возраст он не выглядел. Коротко стриженные русые волосы и голубые глаза делали его похожим на семнадцатилетнего мальчишку.

Никита сел на кровати.

— Я, кажется, тебя видел последний раз в пять лет, — сказал он.

Иван улыбнулся:

— В четыре. Помнишь меня?

— Не очень. На улице встретил, не узнал бы.

— И я б тебя, — кивнул Иван. — Такой карапуз был, а смотри какой вырос. Вчерашний разговор весь слышал?

Никита вздрогнул, а дядя, заметив это, отмахнулся:

— Да хорошо, что подслушал, что решил-то? Хочешь отсюда выбраться? На машине с ветерком погонять?

Тон голоса стал серьёзнее, но смотрел он по-прежнему с весёлым огоньком. Словно сидел сейчас не в раковом корпусе, а на рыбалке и, закинув удочку, ждал — клюнет рыба или нет.

Никита не сразу ответил. Непривычно было за последние месяцы вот такую жизнерадостную улыбку видеть, и не поймёшь: то ли издевается, то ли правда верит, что сил хватит на поездку.

Он наконец кивнул:

— Да, хочу.

Иван с интересом смотрел на парня.

— А куда едем, не спросишь?

— Куда угодно, — ровно ответил Никита.

— Ну и нечего тут сидеть тогда, — сказал его дядя, поднимаясь с кресла. — Поехали.

— Что, прямо сейчас? — удивился Никита.

— Конечно, — невозмутимо кивнул Иван. — А ты хочешь больничного завтрака дождаться? Давай спускайся, я тебя жду у служебного входа.

Он быстро вышел из палаты, а Никита остался сидеть на кровати в размышлениях. Может, это все розыгрыш? Своё нахождение в онкологическом центре он давно воспринимал, как заточение в камере смертников. Лишь дата казни всё время переносилась на неопределённый срок. Мысль сбежать отсюда не ослабевала с первого дня и, несмотря на предупреждения врачей, назло всем Никита вставал, ходил и даже прыгал, превозмогая слабость каждый новый день. Но он чувствовал, что скоро силы закончатся. Их высасывали белые стены, гладкие полы, воздух, запертый между пластиковыми преградами, больничные запахи и тихие шаги — такие, словно все здесь боялись потревожить смерть. И ещё уставшая мама. Её заплаканные глаза и тяжёлое дыхание, так наполненное отчаянием. Она, конечно, улыбалась, едва поймав на себе его взгляд, старалась говорить весело и непринуждённо, но Никита безошибочно понимал её состояние.

Он сидел ещё минуту, потом встал, забрал одежду из шкафа и начал одеваться. Надо бежать! Пока никто не передумал.

Выйдя в коридор, Никита сразу натолкнулся на маму.

— Всё, я поехал, — он коротко поцеловал её в щеку, намереваясь быстрее добраться до улицы, но Елена с улыбкой удержала его за руку: — Не торопись! Иван только вышел. Сотовый взял?

— А-мм… сейчас, — Никита собрался было вернуться в палату, но мама отмахнулась: — Возвращаться плохая примета.

Она положила в карман сына свой второй телефон и серьёзно приказала:

— Будь на связи. Таблетки пить через каждые два часа, у Ивана в машине полный комплект, я ему все объяснила. Капельницу ставить умеешь, если что.

Никита утвердительно кивнул и спросил:

— Куда я еду?

— К дяде Ивану и тёте Софье. Это его жена, — ответила Елена, поправляя воротничок его рубашки. — В гости на два дня.

— Далеко?

— Точно не знаю, говорит километров сто.

— Всего?

Никита удивился. Таинственный дядя, известный только по открыткам и маминым словам, должен был, по меньшей мере, жить в Китае.

— Если он рядом с нами, почему никогда не приезжал? — спросил Никита.

— Откуда же мне знать? — невозмутимо пожала плечами Елена. — У каждого своя жизнь. А у Ивана она страннее некуда.

Она, наконец, оставила рубашку в покое и спросила:

— Как ты себя чувствуешь?

Никита энергично закивал головой.

— Конечно, — усмехнулась Елена.

Сына, когда не спроси, у него все прекрасно.

Никита обнял её:

— Ну, мам, пошли.

Иван ждал их у двери чёрного хода за рулём внедорожника «Тигр» гражданской версии с «зубастыми» военными шинами.

— Долго вашу светлость ждать?! — крикнул он, едва Елена с сыном вышли на улицу.

Никита, увидев машину, присвистнул — так просто такую не достать. Это на заказ и не дёшево.

— Счастливо, сильно не гоните, — заволновалась Елена. — И вообще, осторожней, хорошо?

— Ага, — откликнулся Иван и кивнул парню: Садись.

Выезжая с площадки, оба помахали Елене на прощание и «Тигр» направился к воротам. У контрольно-пропускного пункта охранник тоже с интересом взглянул на машину, осмотрел водителя и поднял шлагбаум.

— Гиблое место, — заключил Иван, глядя в зеркало.

Никита усмехнулся:

— Я тоже маме об этом говорю.

Через двадцать минут они уже миновали черту города и выезжали на трассу. Иван притормозил на перекрёстке, окинул взглядом бело-синее лицо племянника:

— Ну, ты как, нормально?

Никита откинулся на спинку сидения.

— Лучше не бывает, поехали.


Первые тридцать минут Никита молчал, мысленно собирая вопросы, которые хотелось задать. А заодно решая, стоит ли вообще что-то спрашивать. Встающее солнышко слепило глаза, и он щурился, смотря на дорогу. Цель их поездки пока оставалась не ясной, а предположение что цели нет, и Иван прикатил неизвестно откуда через двадцать лет после их последней встречи, чтобы покатать его на машине тоже не подходило.

Никита мало знал о своём дяде, вернее, ничего не знал вообще. Мама неохотно рассказала что он есть, и на этом закончила историю. По её словам, Иван неожиданно появился в очень сложный период их жизни. Он приезжал всего один раз, и после этого в одночасье решились все проблемы. А потом каждый год на праздники приходили открытки, письма и подарки.

— Если не секрет, — решился Никита, — чем занимаешься?

Иван расслабленно сидел в кресле, держа одну руку на руле. При словах племянника расплылся в улыбке:

— Да так, в одной организации работаю.

Никита хмыкнул:

— В мафии.

Ивана это явно забавляло.

— Бери выше, в колхозе, — засмеялся он. — Директор крупного сельскохозяйственного предприятия. Так, пойдёт?

— А это у тебя служебная машина? — в тон ему спросил Никита. — Ты на своем предприятии что выращиваешь? Танки? Или ракеты стратегические?

— Да всего понемногу, — невозмутимо ответил Иван. — Рожь, пшеницу… Поля большие, на коне долго объезжать, а на «тигре» за день можно.

— На коне… — Никита наконец засмеялся в голос. — Ну, ты даёшь.

— Погоди, ещё тебя научу верхом ездить, — довольно кивнул Иван.

Он взглянул на племянника, а тот покачал головой. На губах все ещё оставалась улыбка, но по глазам парня можно было понять, что он чувствует.

— Мама о тебе мало говорит, — сказал вдруг Никита. — Но уж если говорит, то ты прямо наш ангел-хранитель. Вытащил нас из всех бед, когда отец нас бросил. Привез для меня лекарство в детстве, спас маму от каких-то давних врагов. Я вот думаю, зачем ты приехал сейчас? Попрощаться?

— Нет, — уверено ответил Иван.

— Ты ведь знаешь, что мне конец, — Никита внимательно смотрел на него. — Зачем ты приехал? И куда на самом деле меня везёшь?

Иван насмешливо взглянул на парня.

— На самом деле везу к себе домой, — подтвердил он. — Моя Софья давно хочет с тобой познакомиться.

— Двадцать лет никто этого не хотел, даже ты, — заметил Никита. — Живёшь за сто километров, ни разу не приехал, ни на праздник, ни просто так. Не оставил ни адреса, ни телефона. Почему сейчас? То, что я умираю, ни к чему тебя не обязывает.

— Прости меня, — вдруг серьёзно произнёс Иван. Его лицо выражало искреннее сожаление. Он тяжело вздохнул: Это было не моё решение.

— Я тебя не обвиняю, — нахмурился Никита, — понять хочу, почему всё так сложилось.

— Объяснить тебе ничего не смогу, — покачал головой Иван, — но поверь моим словам: всё, что было сделано и сказано, было для твоего же блага.

Никита скептически усмехнулся:

— Ну, если так.

На лицо Ивана вновь вернулась добрая улыбка и он неожиданно увёл руль вправо. Машина съехала с дороги.

— Куда мы? — удивлённо спросил Никита.

Иван непринуждённо пожал плечами:

— Сократим.

«Тигр» помчался по полю, сминая высокую траву в направлении стены леса впереди. Не доезжая десятка метров, Иван остановил машину, вышел и кивнул племяннику на место водителя:

— Садись.

Никита даже не сразу поверил. Конечно, всю дорогу руки чесались добраться до руля, но зрение и реакция уже вызывали серьёзные сомнения. Сам бы не попросил.

— Давай, — настоял Иван.

Они поменялись местами, и «Тигр» послушно двинулся в лес, едва Никита надавил на педаль.

Дорога оказалась такой узкой, что внедорожник едва не задевал деревья. Салон погрузился в полутьму. Ни позади, ни с боку просветов не было. Казалось, мощные стволы смыкаются следом за проехавшей машиной.

Иван зачем-то внимательно смотрел в боковое зеркало.

— На что смотришь? — спросил Никита, и в этот момент ослепительно-яркий свет ударил во все зеркала.

Позади машины словно бесшумно взорвалась бомба, и воздушная волна толкнула тяжёлый внедорожник, как пушинку.

— Ходу, ходу, не тормози! — засмеялся Иван, заметив, что племянник перебросил ногу на педаль тормоза.

— Что это было? — Никита зажмурил глаза на секунду, чтобы избавиться от бликов и обернулся.

Прямо за «Тигром» шёл ещё один внедорожник, с мощным передним бампером, массивной решёткой радиатора и сильно наклонённым, тонированным лобовым стеклом.

— Да, ну? — высказался Никита. — Комбат Т 98?

Хотя спросить откуда он взялся, тоже было не лишним. Ни одного поворота, везде лес плотными стенами.

— Это наши друзья, молодёжь, — сказал Иван.

— Откуда такие машины берёте? — покачал головой Никита. — Это же бронированный автомобиль.

Дорога внезапно расширилась и «комбат» обогнал их, накрыв облаком пыли.

— Тебе приглашение, — засмеялся Иван. — Принимай.

— Гонка на лесной дороге? Я с тобой за машину потом не расплачусь.

— Сынок, это «Тигр». Давай, погнали!

Иван открыл окно, крикнул:

— Рир!

Боковое стекло второй машины опустилось. Молодой парень за рулём крикнул в ответ:

— До ворот!

— Я дорогу не знаю! — высказался Никита, и потерял время.

«Комбат» ушёл вперёд.

Иван отмахнулся:

— Тут одна дорога, потом чистое поле, хорош болтать!

Никита утопил педаль газа:

— Ну, ладно, сам хотел.

Бок «комбата» проплыл слева при обгоне, исчезая из виду, а в следующий миг вылетел справа, вырываясь вперёд.

— Фантом!.. — Никита беззлобно выругался. — Штурман, давай работай!

Это относилось уже к Ивану.

— Сейчас будет поворот, — усмехнулся тот. — Направо поворот будет, очень крутой.

Как все нормальные люди Никита стал ждать стоп сигнала. Не угадал. Не снижая скорость, «комбат» выехал в просвет небольшой поляны и с крутым заносом вписался в поворот почти под девяносто градусов! Никита едва не влетел в дерево, накручивая круги рулём. Сердце прямо перевернулось в груди, с силой толкнув в вены кровь. В глазах у парня потемнело. Он даже не успел разозлиться на такую жёсткую ловушку, хотя следовало — до дерева оставалось сантиметров десять. Но адреналин в крови дал неповторимое ощущение. В его теле ещё была жизнь!

Никита ринулся в погоню. «Комбат» двигался виртуозными зигзагами. Похоже, изображал смех.

— Как там его? — улыбнулся Никита перед манёвром. — Рир? Классно водит!

Он крутанул руль и, спасаясь от столкновения, «комбат» отправился косить траву на обочине. Иван засмеялся:

— Молодец! Пять баллов! А впереди яма, кстати.

Обе машины подскочили на подъёме, пролетели над целой траншеей, которую Иван назвал ямой, пропахали носами землю на приземлении, и неожиданно лес кончился. Они оказались в поле без всякой дороги.

В лицо ударило слепящее солнце, и навстречу мчащимся машинам стали быстро вырастать очертания двух деревьев.

Огромные стволы возвышались над высокой травой, словно смотровые башни. Верхние ветви образовывали арку, а нижние опускались до самой земли, переплетаясь в тонкую решётку. Они действительно напоминали большие закрытые ворота.

«Комбат» снова пошёл на подрез. На этот раз ощутимо задев борт. Вместе со скрежетом в боковом зеркале заискрило.

— Чёрт! — Никита крутанул руль, одновременно прибавляя газ. — Иван, извини!

— Заставлю Рира покрасить, — небрежно отреагировал тот.

Похоже, он вообще не волновался за машину. Подумаешь, половину борта ободрали.

— Ну ты даёшь! — покачал головой Никита.

Он посмотрел вперёд, вспомнив о решётке из ветвей, но… нижние ветви были подняты вверх, как будто так и росли. Удивиться этому не дали. Краем глаза Никита уловил новый подрез и успел отреагировать, резко сбросив газ. «Комбат» мгновенно вышел вперёд и вдруг его занесло…

Уже на тормозах «тигр» пахал колёсами землю, летя носом в его борт, но «комбат» по инерции развернуло, и машины разошлись под салют искр прямо у арки «ворот».

Никита проехал через них первым.

— Есть! — радостно крикнул Иван, хлопнув племянника по плечу.

«Комбат» прошёл между деревьев, но вдруг мигнул поворотником и развернулся.

— Они должны кое-кого встретить, — кивнул Иван. — Ой, стой, сворачивай!

Вместо этого Никита остановил машину. Голова кружилась, и рубашка прилипла к мокрой спине. Руки дрожали.

Иван, посмотрев на него, засмеялся:

— Ну-ну, дыши глубже. Я тебя живого обещал привести.

Никита и сам невольно усмехнулся.

— До твоего дома доедем, — кивнул он, осматриваясь по сторонам, — а вот назад…

Впереди возвышались холмы, справа, на сколько хватало взгляда, лежало васильковое поле, и слева лес. Никаких дорог, никаких строений, ничего. Ветер гнал длинные волны по высокой траве.

Иван кивнул в сторону леса:

— Нам туда.

Никита поставил ногу на педаль газа, едва нажав. На большее сил не хватило. Машина тихим ходом покатилась вперёд.

— Давай остановимся, — попросил он. — Мне отдышаться надо.

Иван кивнул:

— К озеру свернём.

«Тигр» плавно въехал в плотные ряды деревьев. Солнечный свет терялся в кронах, изредка ударяясь о стекло золотыми вспышками. Но скоро множество бликов побежали по стволам. Дорога круто повернула, и взгляду внезапно открылось огромное лесное озеро.

— Пошли, прогуляемся, — сказал Иван.

Никита остановил машину на берегу и толкнул дверь. Ноги ступили на густую траву, мокрую от росы, хотя было уже далеко не утро.

Озеро терялось где-то в зарослях на противоположной стороне. Деревья подходили к самым берегам, некоторые даже стояли в воде, словно росли из глубины. Ветви переплетались, образуя причудливые арки. Солнечный свет рассыпался сквозь сеть листьев, множеством лучей падая на поверхность, и вода озера сверкала, перекатывая его в тонкой ряби, неизвестно откуда бравшейся в полном безветрии. Под арками лучи света проникали в воду, и было видно, что корни деревьев тоже сплетаются. Угадывались призрачные очертания каких-то сооружений, теряющиеся в глубине.

— Тёмное озеро, — улыбнулся Иван.

Никита сел на землю:

— Что, так и называется?

— Ага.

Иван зашёл на длинный мостик. Деревянная дорожка вела от берега к центру озера, постепенно уходя под воду. Никита сначала следил за ним взглядом, но тишина опьянила, позвала лечь на мягкую траву и уснуть.

В тишине над озером столкнулись два падающих листочка, издав мелодичный звон.

— Никита… — растаяло в воздухе.

Вихрь листьев закружился над водой, громко звеня:

— Проснись!

Иван хлопнул перед его лицом в ладоши.

— Дома поспишь, — насмешливо произнёс он. — Здесь оставаться нельзя.

Никита поднялся. Приятный звон так и слышался в ушах.

— Почему нельзя? — спросил он.

Иван невозмутимо пожал плечами:

— Русалки утащат, если понравишься.

Ветер дунул в затылок, принеся странный звук. Словно лёгкий вздох прошёл под арками. Никита резко обернулся. Но над водой лишь спокойно летели листочки.

— Ветер просто, — улыбнулся Иван.

Он сел в машину, повернул ключ:

— Поехали, а то Софья будет ругаться за опоздание!


Лесная дорога заканчивалась у ворот огромного дома, больше напоминающего вотчину древнерусского князя, чем дом. Иван остановил машину, а Никита вышел осмотреться. Столбы раза в три превышали человеческий рост, да и сами створки производили впечатление противотанковой стены.

— Гости приехали! — крикнул Иван. — Открывай!

Массивные ворота распахнулись быстро и бесшумно. Сами. Никого за ними не оказалось. Никита осмотрел столбы в поисках какой-нибудь хитроумной системы открытия, но ничего не заметил. Взгляду открылся огромный, мощённый камнем двор, метров сто в диаметре и сам дом в два этажа, сложенный из ровных, мощных брёвен.

— Заходи! — весело крикнул Иван.

На крыльцо дома вышла женщина в красном сарафане до колен. Никита остановился, гадая — тётя Софья это или нет, но женщина не стала ждать, примчалась сама, обняла и поцеловала в щеки.

— Тётя Софья? — на всякий случай уточнил Никита.

— Только не «тётя»! — возмутилась она. — Софья!

— Понятно, — улыбнулся Никита.

Он так и разглядывал её, забыв о приличиях. В красоте женщины было что-то нереальное. Она словно сошла с новогодней открытки. На чистом лице играл румянец, зелёные глаза, спрятанные под черными ресницами, сверкали, как вода в солнечных лучах, и тяжёлым золотым локонам было тесно в косе.

— А ты красавец, — она тоже оглядела парня. — Только худой и синий, ой…

Никита и сам удивился, как его сорок пять килограмм с костями выдержали такие крепкие объятия.

Иван завёл машину в гараж и направился к ним.

— Где вы задержались? — спросила его Софья.

Вместо ответа Иван подхватил жену на руки и закружился с ней по двору.

Софья возмущённо забарабанила ладошками по его плечам:

— Ай! Поставь меня!

Но при этом довольную улыбку унять не могла.

Иван бережно опустил её, заодно целуя в красные губы.

— Нас мальчишки встретили, — ответил он на вопрос. — Никита с ними наперегонки гонял.

Глядя на эту пару, Никита не сдержал улыбку. Если по внешнему виду сложно было определить сколько дяде Ивану и его жене лет, то душевный возраст сомнения не оставлял. Словно два школьника, они также держались за руки, и Софье недоставало лишь тяжёлого портфеля, который Иван мог бы за ней понести.

На крыльцо дома вышла ещё одна женщина и, увидев прибывших, тоже пошла навстречу.

— Это Дарья, — кивнула на неё Софья, — наша подруга.

Высокая черноволосая женщина в синем сарафане, подойдя, обняла Никиту и поцеловала в щеки.

— Я тебе не родственница, — улыбнулась она. — Но друг из меня хороший. Как доехал? Иван боялся, не довезёт тебя.

— Да? — удивился Никита. — А в больнице он ничего не боялся. Ты хоть капельницу взял?

Последнее относилось к Ивану. Тот только отмахнулся:

— Взял. В багажнике валяется.

Никита засмеялся. Надо бы сказать Ивану спасибо за то, что он из его болезни трагедии не делает.

За воротами раздался гудок, и они снова открылись без посторонней помощи, впуская во двор серебристый «комбат». За ним въехал чёрный УАЗовский «Патриот». Обе машины остановились в центре двора. Со второй на каменную кладку ступили каблучки. Вышли две девушки.

Одна сразу крикнула:

— Иван! Мы опять что-то сломали!

— Коробку передач вы сломали, — недовольно прогудел Иван. — Первый раз что ли? Не дам больше машину!

— Ива-а-ан…

— В прошлый раз в дерево въехали!

— Мы не специально!

— Привыкли на шеях ездить, ножки свесив! Это вам не дракон! Рулить надо!

Девушки со смехом повисли на Иване.

— Не сердись!

— Куда уж тут, — отмахнулся он, поднимая капот.

Никита вытащил таблетки. Уже давно было пора их принять, но самочувствие оставалось на удивление хорошим, словно свежий воздух с каждым входом наполнял тело силой. Боль ощущалась, но будто спала, не мешая думать и двигаться.

Хлопнула дверь пассажира, кто-то ещё вышел из машины. Человека не было видно из-за поднятого капота, только слышно приятный женский голос:

— Здравствуй, Иван. Ой, как давно я тебя не видела.

Никите показалось, что в ответ его дядя наклонил голову слишком сильно, будто сделал поклон.

— И тебе здравствуй, дорогая. Как тебе поездка на машине?

Он засмеялся и добавил:

— В первый раз не всем нравится.

Обратить внимание на странный разговор Никите не дали. Из первой машины вышли четверо парней, первым делом поздоровались с Дарьей, потом с Софьей, при этом назвав её «хозяйкой» и обратили всё внимание на «новенького».

Рассматривая их в ответ, Никита заметил, что все они похожи друг на друга. Все одного роста — высокие, крепкие, черноволосые и похоже, что одного возраста. Разве что по внимательному, серьёзному взгляду одного из них, можно было предположить, что он либо старший, либо лидер в этой четвёрке. В предположении Никита уверился, когда серьёзный парень коротко отдал распоряжения остальным:

— Севир, машину в гараж, Рир, отдай ему ключи. Вечером моете. Димка, осмотри повреждения.

Парни отреагировали с юмором.

— Началось, — засмеялся один из них.

Никита сразу узнал в нем водителя.

— Ты отдыхать приехал? Отдыхай!

Но, тем не менее, приказы «старшего» были выполнены в точности, ключи переброшены из рук в руки, Севир сел за руль и, дав по газам, с крутым разворотом заехал в гараж. Димка отправился следом.

А серьёзный парень протянул Никите руку:

— Здравствуй, я Станислав, — сказал он, — хорошо водишь, я думал «игольное ушко» не пройдёшь. Мы его и сами не всегда проходили, пока Иван нас водить учил.

Никита не нашёл что ответить, разве что отметил слова об Иване. Эта компания, похоже, была сбита давно, несмотря на разность возрастов. Ивану за сорок, а пацанам не больше двадцати пяти, и дисциплина такая, будто все из военного подразделения.

Станислав отошёл, дав возможность остальными подойти. Рир протянул руку.

— Тебя-то я сразу запомнил, — засмеялся Никита.

Рир хлопнул его по плечу:

— Хорошо покатались.

У него было доброе лицо, длинные густые брови и отменная улыбка. А на чёрных волосах белела светлая прядь ото лба до самого уха.

— Ага, хорошо покатались! — раздалось за его спиной.

Парень, который осматривал машину, подошёл к компании. Фигура у него была такая же крепкая, как у остальных, но черты лица изящнее и глаза выразительней.

— Хорошо, — передразнил он, — нам машину Иван тоже больше не даст, ты когда-нибудь подвеску доломаешь.

— Ой, доломаю, починю, — отмахнулся Рир. — Никит, это Димка, он у нас за маму, сестру и тётю — переживает, ноет, и требует, чтобы все были рядом.

— Иди ты лесом! — возмутился Димка. — Если вас баранов в кучу не собрать, вообще разбредётесь.

— Правильно, Димка, так их, — засмеялась рядом Дарья.

Оказывается, женщины с самого начала разговора слушали парней, тихо смеясь за их спинами.

Димка только отмахнулся:

— Тётя Дарья, это бесполезно. Ты, что ли прикажи.

— Зачем? — отмахнулась та. — Вон Севир, пока вы разговор ведёте, уже все дела ваши сделал.

За то время, что парни разговаривали, Севир действительно успел поставить машину в гараж, позвать Ивана, показать ему повреждения, вытащить ящик с инструментами для ремонта, принести вёдро воды и смыть грязь с колёс. А теперь тоже подошёл к компании.

— Вам бы концерты давать, — насмешливо сказал он, протягивая Никите руку. — Они тебя ещё не достали? Нет? Ну скоро, скоро.

При всей схожести парней между собой, Севир явно был младше. Рир и Димка, похоже, старались не уступать Станиславу, а вот Севиру, похоже было смешно наблюдать за ними. Никита вдруг понял, что все они братья. Все одного возраста, все четверо, но точно братья.

Спросить об этом он не успел, потому что парней растолкали две темноволосые красавицы. Представились Катериной и Полиной и, не стесняясь, откровенно осмотрели «новенького» с головы до ног.

— Окружили совсем! — возмутилась Катерина. — Дайте и нам познакомиться! Никита, пойдём!

Девушки вдруг ухватили его за руки и потянули за собой, не заботясь об остальной компании. Парни только засмеялись:

— Всё, так и утащили!

Иван и его знакомая как раз направились навстречу. Словно специально, Катерина и Полина ускорили шаг и, не дав недоумевающему Никите ничего спросить, подвели прямо к ней. На последнем шаге даже подтолкнули, чтобы поставить их лицом к лицу. И едва взглянув на девушку, Никита замер.

Время вздохнуло, останавливая свой бег, и по телу горячей дрожью пробежал ветер этого дыхания. Горящие синие глаза, в которые он смотрел, поглощали свет и затягивали огненным водоворотом в чёрную глубину. В мыслях вдруг поплыли незнакомые картинки, будто чьё-то чужое сознание объединилось с его собственным. Огромный белый волк возник из синего пламени, зарычал, и ринулся на него. Удар о землю погрузил сознание в темноту.


Взволнованные голоса заговорили наперебой:

— Солнышко, наверное, он с непривычки.

— Иван, ты бы хоть панамку ему дал.

— Дело не в этом, болеет он.

— А теперь ещё и шишка будет.

— Не шумите, не шумите, Никита… — позвала Софья.

— Живой, — ответил тот, открывая глаза.

С одной стороны над ним наклонилась хозяйка дома, а с другой девушка со странным гипнотизирующим взглядом. Но сейчас её глаза были просто голубыми, в обрамлении черных ресниц.

— Здравствуй, — улыбнулась она.

Никита кивнул. Было неприятно от собственной слабости. Вот так падать на глазах у всех совсем не хотелось. Он огляделся. Понял, что лежит на руках у Димки и Рира, которые поймали его при падении, а вокруг кружком гудят остальные. Софья провела рукой по его лбу, заглянула в глаза и, убедившись, что всё нормально, скомандовала:

— Поднимайте.

Парни одновременно подняли Никиту на ноги, но отпускать не торопились.

— Стоишь? — спросил Димка.

— Да, — кивнул Никита.

— Уверен? — усмехнулся Рир.

Станислав хмыкнул:

— А ну-ка отпустите его. Куда падать будет, вперёд или назад?

Парни засмеялись, а Софья, серьёзно сдвинув брови, взяла Никиту за руки и потянула за собой:

— Ребятки тут сами справятся. Давай умоем тебя холодной водой.

Через минуту Никита сидел в огромной кухне, а хозяйка дома протирала ему лоб мокрой марлей. Головокружение прошло на удивление быстро, после первых же её прикосновений.

— Как её зовут? — спросил он Софью.

Та засомневалась на секунду, но все же ответила:

— Арнава.

— Кто она?

— Наша подруга.

— Она… — Никита понял, что не может ничего сказать.

От взгляда этой девушки его разум едва ли не разорвало на части. Объяснить, что случилось десять минут назад, он не мог. В голове до сих пор, словно в пустом сосуде, гулял ветер, разгоняя мысли в разные стороны.

— Успеешь ещё с ней поговорить, — улыбнулась Софья. — Как в себя придёшь.

В переднюю со двора завалилась вся толпа, и Никита вытянул шею, выглядывая туда. Софья насмешливо шлёпнула его полотенцем.

— Сядь.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 126
печатная A5
от 426