электронная
72
печатная A5
465
18+
Хранитель мира

Бесплатный фрагмент - Хранитель мира

Книга первая

Объем:
282 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-6511-8
электронная
от 72
печатная A5
от 465

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пролог

Сегодня истерзанная многолетней кровопролитной войной Акмелония могла вздохнуть спокойно. Затянувшееся жестокое противостояние между волшебным народом «Та́рас» и Королевством людей окончено. Погрузившийся на многие годы в пучину хаоса и разрушений материк залечивал свои раны — заново отстраивались города и деревни. Реки, очистив своё русло от грязи и обломков сражений, вновь наполнялись кристальной прозрачной водой, а в леса возвращались их постоянные обитатели — животные. Уже не было слышно рева боевых горнов и металлического звона схлестнувшихся в яростной битве клинков. Не докучали и свисты снарядов осадных орудий, оставлявших за собой лишь безжизненную пустыню и смерть. Жители двух королевств заплатили слишком высокую цену за алчность своих правителей. Тысячи унесенных жизней и поломанных судеб, стоящие в руинах города и лежащие в морской пучине корабли — это лишь малая часть того, что принесла эта война. Акмелония, каждый сантиметр которой наполнен магией и волшебством, с ее красивейшими пейзажами и чудесами природы, вздохнула спокойно, заиграв новыми красками. Люди, чьи сердца были скованы страхом за свою жизнь и за будущее своих детей обрели надежду на счастливую жизнь.

Не поделенная власть за нейтральные территории между королем людей Магнусом и предводителем альянса Тарас эльфом Эдалайром послужила поводом для великого противостояния, которое затянется на многие годы. Вождь волшебного народа, бескомпромиссным и жестоким правителем знал лишь одно решение проблемы — применение силы. Отдавая приказы он что есть силы стучал по столу, разбрасывая все вокруг. Заостренное лицо и хищный оскал наводили ужас даже на самых смелых командиров. Осмелившихся перечить ему он избивал прямо на месте, не давая сказать и слово в свое оправдание. Имея огромное преимущество он действовал очень решительно, а порой даже безрассудно вступая в бой, неся огромные потери. Не скупившись на потери и жизни своих солдат он руководствовался одним принципом — победа любой ценой. В одном из таких боев на границе близ реки Элвер, Эдалайр не рассчитал свои силы и угодил в западню, в которой и был сражен копьем неприятеля. Со смертью Эдалайра угасло и пламя войны, бушевавшее все эти годы. Король людей Магнус, будучи прямой противоположностью Эдалайру, увидел в этом шанс и смог убедить нового правителя Тараса пойти на сделку. Встретившись лично на мосту, разделяющем королевства они заключили мир — согласно его условиям границей между двумя королевствами была признана могучая река Элвер, разделяющая все Акмелонию на две части. Пересечение ее каралось смертной казнью для любого существа. Магию, как самую разрушительную силу заключили в кристалл и разместили его в подземелье священного города Эйден, чтобы не у кого не было даже соблазна применить ее в корыстных целях. Казалось бы, все хорошо, люди и волшебный народ, уставшие от войны поверили в чудеса, началось всеобщее ликование — все выходили на улицу, чтобы обнять друг друга, петь песни и танцевать. Но опьяненные радостью они и не думали, что даже священная клятва может быть нарушена….

Глава 1: Слухи

Спустя сотню лет после великой войны

С первым лучом солнца, озарившим небольшие улочки Альгорана, начался новый день. Пробиваясь чрез трущобы предместий и каменные дворцы, не испытывающий преград солнечный свет стремился проникнуть в каждый уголок великого града. Морозы, царившие в этих землях несколько месяцев, покорно отступали перед могучим светилом. Сегодня уже не ощущалось леденящего воздуха, при вдохе которого на одно мгновение стыла кровь в легких, а лицо, «обожженное» морозной струей съеживалось так, что теряло свои очертания. Сквозь белую пелену, рвущиеся к свету, появились первые цветы, ознаменовавшие приход долгожданной весны. Столица, погруженная в пучину предпраздничных хлопот, готовилась к священному Дню мира. Торговые лавки уже с раннего утра были переполнены людьми, стремившимися приобрести самые свежие угощения для своих близких. Сегодня в изобилии было все — рыба, мясо, морские деликатесы и фрукты. Дети, резвящиеся на улице, радостно встречали родителей, возвращавшихся домой с набитыми мешками продуктов. Их глаза, переполненные надеждой, заглядывали в этот мешок будто в поисках нового мира. Отодвигая еду друг от друга детское сердце билось все чаще, и наконец, обнаруженная долгожданная красно-зеленая бумажка заставляла их успокоиться и воскликнуть победное «Ура», подняв сжатые вверх кулаки. Колградский шоколад, завернутый в фирменную красно-зеленую обертку, был настоящим лакомством в королевстве. С трудом добываемы в южный чащах Колграда какао-бобы обрабатывались местными поварами и превращались в настоящий шедевр. В обычные дни люди из простых семей из-за высоких цен не всегда могли позволить себе такую роскошь и лишь сегодня, сниженная втрое цена по распоряжению короля давала им возможность побаловать своих детей. Быстрыми, но в то же время острожными движениями, дабы не уронить, маленькие ручки разрывали бумажку и вынимали долгожданный шоколад, сначала вкушая его аромат, а затем уже пробуя его на вкус. Медленно тая во рту, он вызывал состояние настоящего блаженства и умиротворения на душе каждого ребенка, заставляя забыть про все невзгоды и хлопоты.

На центральной площади города, у самого памятника великому королю Магнусу Тревору, разорвавшему кровавые цепи войны, местные жители участвовали в конкурсах на самую лучшую скульптуру медведя1 изо льда.

1 — Медведь — символ герба Магнуса. Тем самым люди отдавали дань памяти королю, принесшему в эти земли долгожданный мир

Ровно в полночь люди, державшие в руках зажженные свечи, выходили на улицу, чтобы почтить память солдат, заслонивших своей грудью орды неприятеля и не дрогнувших перед лицом врага. На расшитом огромном полотне можно было увидеть строки из стихотворения «Ушедшие в бессмертие» знатной столичной писательницы Элидии:

Мы вечно будем помнить лица ваши

Вступившие в кровавый бой

Вы от эльфийских орд закрыли земли наши

Своей железною рукой

И пусть на сердце вашем

Прибудет вечно радость и покой!

Днём, еще до начала празднований король Олаф, потомок династии великих Треворов, решил собрать очередной городской совет для обсуждения вопросов организации празднований и другой немаловажной темы — пресловутые пираты продолжали досаждать торговым кораблям близ портового города Прентиса, существенно подрывая экономику города. Каждый раз, слыша новость об очередном потопленном корабле, сорока правитель приходил в ярость от услышанного. Его неуравновешенный характер, который достался ему от отца, пугал до безумия все окружение. В порыве гнева он срывал шторы, разбрасывал предметы по комнате, пинал и ломал мебель. Такие вспышки к счастью длились не более минуты, затем к королю вновь возвращался рассудок и он был способен ясно мыслить. Небольшого роста, полноватый, розовощекий, восседая на своем троне Олаф возвышался над всеми остальными — золотые одеяния, украшения и посох, так же корона, каждый сантиметр который был усыпан драгоценными камнями. Личность правителя была весьма загадочна и противоречива — несмотря на выраженный нарциссизм и неуравновешенность характера, Олаф славился своей справедливостью и честностью к простым людям. Он никогда не обделял их продовольствием и не повышал налогов в королевстве. С пришедшими к нему с различными просьбами горожанами он был вежлив и приветлив. Если в зал входила женщина, он предлагал ей присесть, в случае отсутствия места он поднимался сам и разговаривал с ней стоя.

— Приветствую дорогие друзья! Воскликнул Олаф с радостью в голосе, открыв городской совет. Он не любил такого рода сборища, считая их бессмысленными, но на носу был праздник, который диктовал необходимость обсудить все до мелочей, дабы не упасть в грязь лицом перед всем королевством.

Члены совета неспешно занимали свои места, лениво рассаживаясь за столом. Их выдернули из теплых постелей рано утром, нарушив их привычный распорядок. Лица многих из них от подушки был помяты настолько, что становились похожи на вялый вилок капусты, который вот-вот развалится и рухнет на стол.

— Ну давайте быстрее, если вы так и будете тележиться мы и до ночи не закончим! Пробормотал Олаф, высказывая свое недовольство, чуть повысив тон

Когда скрежет выдвигающихся стульев больше не нарушал тишину в зале, а все члены совета были в сборе, король принялся произнести речь. Но едва они успели занять свои места, как двери в зал распахнулись мощным порывом ветра, издав чудовищный грохот. В проходе появилась хрупкая женщина, убегающая от преследующей ее королевской стражи.

— Стойте, стойте! Трясущимся голосом прокричала она, прежде чем упасть на колени и поднять руки вверх. Всем своим видом она старалась показать, что не имеет злого умысла, проникнув сюда.

Стоявший у нее за спиной запыхавшийся страж, чуть переведя дыхание, оголил свой меч и поднес его к горлу юной девушки. Лезвие по мере тяжелых вдохов стража, который гнался за ней от самых ворот, «бегало» по ее шеи, едва ее не касаясь. Какие-то пару сантиметров и трясущееся рука отделяли ее от смерти.

— Вы идиоты! Я вас всех отправлю на шахты работать! Неожиданно прокричал король

Стоявшая стража лишь в недоумении переглядывалась друг на друга, удивленно разводя руками.

— Как она смогла пройти сюда одна? Сколько вас там человек? Десять, двадцать! Указывая пальцем на девушку, с придыханием произнес Олаф, выражая свое недовольство. И в чем-то был прав.

— Прежде чем вы убьете меня, прошу выслушайте! Обрывисто произнесла таинственная незнакомка, стараясь подальше отклониться от пресловутого меча. От страха ее поднятые вверх руки тряслись так сильно, что это стало заметно окружающим.

— Ты настолько замерзла, что от дрожи тебя аж подбрасывает вверх или ты боишься умереть? С легким намеком на грозность произнес король, всем видом показывая кто здесь гость, а кто хозяин. На лице его, несмотря на самодовольные ухмылки прослеживались нотки жалости к этой девушке. Одна, в окружении врагов она стояла на коленях с поднесенным к горлу мечом, который в доли секунды мог оборвать ее жизнь.

От вопроса короля девушка лишь немного склонила голову вниз, не зная что ответить

— Отвечай, когда к тебе обращаются! Грозно повторил Олаф, сделав твердый жест рукой

— Да, я боюсь смерти… Тихо промолвила она, устремив свой взор в пол, на который уже успело упасть несколько слезинок, стекавших с ее переполненного страхом лица.

— Смерти не боится только мертвый! В этом нет ничего постыдного! Твердо произнес Олаф. Король понимал, что несмотря на весь этот цирк с трясущимися руками и слезами, нужно обладать львиной храбростью, чтобы ворваться сюда без приглашения. Что же такое важное подвигло это юное создание на столь безрассудный шаг? Эта мысль постоянно крутилась у него в голове

— Встань на ноги и сними этот драный балахон — покажи нам свое лицо! Громко, приказным тоном произнес он, сделав снизу вверх жест рукой, будто мысленно скидывая с нее этот капюшон. В этот момент легкий холодок галопом пробежал по его телу. Олаф до последнего надеялся, что это окажется кто-то из дворянок — тогда ему не придется в очередной раз очернять свою душу, вынося смертный приговор*

* В царстве людей существовало классовое неравенство. Что сходило с рук дворянам, никогда не прощалось простым жителям незнатного рода.

После сурового взгляда короля страж наконец-то убрал меч от ее горла. Почувствовав немного свободного пространства, девушка судорожно вздохнула и опустила поднятые руки вниз. Слегка привстав с одной ноги на другую она медленным движением сняла капюшон, приведя в зале настоящий переполох. В зале неожиданно наступила гробовая тишина. Слышен был лишь свист легкого ветерка, настойчиво врывавшегося в зал через узкие щелки в окнах. Перед советом предстала молодая девушка с ярко-голубыми глазами, который сверкали подобно сапфиру на солнце. Ее темно-коричневые по плечи волосы слегка развивались на сквозняке. Хрупкая талия и тонкое лицо с бледной словно снег кожей контрастом выделялись на фоне всех остальных. Но самой главной ее особенностью были уши, которые заострены подобно наконечнику стрелы.

От увиденного Олаф вжался в трон с такой силой, что тот заскрипел. Биение его сердца, рвущегося из груди, ощущалось прямо в горле. Ладони взмокли подобно летной траве после дождя, а лицо стало настолько бледным, что чуть-чуть не дотягивало до цвета кожи таинственной девушки. Мысли суматошно бегали в его голове, пытаясь найти себе место. Львиная уверенность покинула правителя как по дуновению ветра, заставив обомлеть перед увиденным. Сделав несколько неполных вдохов Олав, обуздав свой страх, произнес:

— Так ты Эльф!? Сорвалось с его уст

— Да! Обрывисто ответила она, виновато опустив глаза вниз

— Я думаю ты понимаешь, что ждет тебя за нарушение священной клятвы! Немного «осмелев» продолжат твердить Олаф. Ровно сто лет миновало с тех пор, как нога эльфов ступала на эти земли. Соглашение, заключенное Магнусом, запрещающее любому магическому существу пересекать восточный берег реки никогда не нарушалась! Он постепенно переходил на крик. Последнюю фразу он произнес уже поднявшись с трона, угрожающе указывая пальцем на эльфийку

— Вы можете мне не верить, но я рискнула всем придя сюда!

— И что же такого побудило тебя нарушить клятву и прийти в чужие земли, да еще и ворваться без приглашения прямо к королю!

Сделав глубокий вдох девушка начала говорить:

— Месяц назад в столице клана Таланиусе произошел переворот и кучка заговорщиков во главе с друидом Марцессом захватила власть. Они уничтожили всю стражу, охранявшую священный кристалл в Эйдене и восстановили утраченную когда-то магию, именно благодаря ей я смогла попасть к вам. Теперь они собираются начать новую войну, и закончить когда-то начатое дело Эдалайра. Вы должны быть готовы. Скоро они нападут на границе. Предупредите своих солдат! Именно поэтому я здесь! Я пришла предупредить вас об опасности, так как считаю эту агрессию безумием!

— И почему же я должен тебе верить? Может ты сумасшедшая, которая все выдумала? Может они изгнали тебя с позором, и ты пытаешься им отомстить, подталкивая нас к конфликту? Своей слегка надменной интонацией Олаф пытался показать, что без веских доказательств он никогда ей не поверит

— Я могу доказать! Сказала она, выступив немного вперед

В ответ на такой выпад стража подобно цепным псам ринулась вперед и преградила ей дорогу, заставив отойти на прежнее место.

— Ну попробуй! Только без резких движений, ведьмочка, а то наколдуешь себе отрубленную голову! Засмеялся Олаф, пытаясь разрядить царившее вокруг дикое напряжение. Зал заполнился притворным смехом членов совета, старавшихся угодить королю любым способом, в том числе и смехом над его неумелыми шутками.

Сейчас взор всех без исключения был прикован к ней. Закрыв глаза, эльфийка пыталась отстраниться от множества взглядов, сверливших ее с ног до головы, оказывая сильное давление со стороны.

— У меня получится! Шептала она, пытаясь успокоиться. Напряжение росло, она ощущала каждый сантиметр своего тела, страдающий от дикого волнения. Эмоции и страх одолевали разум юной эльфийки, не давая глубоко вздохнуть и собраться с мыслями. Использование магии требовала повышенной концентрации, чего было трудно добиться в столь стесненных условиях.

— Да ты кажись шарлатанка юная девочка! Может ты и эльф то фальшивый!? Выкрикнул подобно дворовой шавке старый казначей Люткенс, погрузив зал в очередную волну смеха.

— Заткнулись все! Не мешайте ей! Гневно выкрикнул король, внимательно вглядываясь в ее ладони.

В попытке удержать трясущуюся правую руку она схватила ее левой и крепко сжала, пытаясь отстраниться от этого унизительно смеха, который словно каменная плита давил на нее. В этот миг, когда казалось что ничего не получится и силы покинули ее, она вспомнила своего отца — как он подбадривал ее после каждой неудачи. Отец учил видеть положительное даже с самых трагичных моментах. Жить и радоваться, не смотря ни на что. Лик улыбающегося отца на несколько секунд промелькнул у нее в голове, заставив воспрять духом. Она сделала глубокий вдох животом и задержала дыхание. К ней вернулось чувство самообладания и тиски ненавистного взора резко ослабли и с уст ее наконец сорвалась долгожданная фраза

«Momentum aut ignium!» Вскрикнула она, напугав всех в тронном зале непонятным языком

В доли секунды, развевая все сомнения в правдивости ее слов, в ладони юной эльфийки загорелось синее пламя, знаменующее свое магическое свойство! Лицо ее в этот момент озарилось улыбкой, символизирующей искреннюю радость за свой успех

— Вот видите, видите! Радостно вскрикнула она, чуть ли не бегая по залу кругом, в попытке продемонстрировать всем свой волшебный огонь!

Увидев искренность в ее глазах король, сомневавшийся в каждом ее слове, осознал в душе, что она не лжет. Да и доказательства были на лицо.

— Смогла бы я так сделать, если бы магия все еще была заточена в кристалл? В ее голосе уже чувствовались нотки уверенности. Огонь так же быстро погас по ее воле, как и появился. Олаф, несколько смягчившись после увиденного задал вопрос, с которого и стоило начинать диалог:

— Как тебя зовут юное дитя? Пробормотал Олаф, в очередной раз медленно вставая с трона

— Мое имя Ксайла, я жрица одного из кланов эльфов, живущих неподалеку от границы в деревне Иннак. И да вы правы! Меня действительно изгнали, но не за то что вы сказали. Я поделилась своими мыслями с теми, кому доверяла и они предали меня! Мне под страхом смерти пришлось покинуть свою родину и пересечь Элвер, чтобы попасть в земли, где за каждым углом меня может подстерегать опасность

— Твои слова очень убедительны, но у тебя нет никаких доказательств. Поэтому пока я не найду подтверждение твоим словам, ты отправишься в темницу. Стража, схватить ее! Указав пальцем на Ксайлу, прокричал он. Олаф рассуждал как любой здравомыслящий король — ведь если девушка лжет, то мобилизация армии и выдвижение ее к границе может спровоцировать настоящий конфликт, который никому не нужен.

— Вы совершаете страшную ошибку! Нужно действовать, они уже близко! Они скоро нападут! Пытаясь достучаться до короля изо всех сил кричала она, выйдя немного вперед

Один из стражников попытался схватить ее за руку. Краем глаза заметив его приближение, она ловким и резким движением увернулась от его хватки.

— Если хочешь жить не смей трогать меня и пальцем! Нахмурившись и бросив гневный взгляд в сторону стража, произнесла она. Страж, по своему телосложению раза в полтора больше юной Ксайлы, надменно усмехнувшись, преградил ей дорогу и произнес:

— Ты мне угрожаешь девочка? На его лице появилась корявая улыбка

— Я спасаю твою жизнь, дурачок!

Улыбка на лице стража стала только шире после ее фразы

Ты мне не веришь, да? Ну давай, протяни мне свою руку! Давай, смелей!

Страж удивленно посмотрел на короля, ожидая его одобрения

Олаф кивнул, дав свое разрешение

Ксайла лишь кончиком пальца провела по его ладони, как та в один миг стала синей. Сосуды на его кисти стали черными как ночь. Магия поднималась все выше, приближаясь к сердцу. От боли страж закричал на весь зал и упал, крепко сживая больную руку.

— Что ты сделала ведьма? Гневно прокричал Олаф

— С ним все будет хорошо, скоро рука его придет в норму. Этим я лишь показала что меня нельзя трогать! Несколько агрессивно произнесла она

— Это что, проклятье какое-то? С удивлением и опаской произнес король, ожидая ответа.

— Можно и так сказать! Я сама пройду в свою камеру, не нужно усилий!

В полночь люди по традиции вышли со свечами отмечать праздник, а после началась ярмарка и народные гуляния, но к сожалению праздник омрачил один из прибывших дозорных с заставы Вилстед, что близ реки Элвер.

За 2 минуты до прибытия в город

«Скачи, скачи Томсон! Мы уже рядом, еще немного! Говорил он своему коню. Люди должны узнать, держись! Дозорный Линкольн еле дышал, практически все его тело было покрыто ожогами. Он испытывал дичайшую боль от малейшего движения. Его конь остановился у ворот. На последнем издыхании с уст Линкольна сорвалась фраза «Красный дракон» — это был позывной для входа в город. Ворота открылись и солдат словно мрачное облако ворвался в город, наполненный праздничной атмосферой. Добравшись до площади, он рухнул с коня. Один из первых к нему торопливо подошел сам король

 Что случилось сынок? Едва отдышавшись, произнес Олаф

Из ран его сочилась кровь, он кричал от боли.

— Лекаря сюда срочно! Лекаря! Кричал кто-то из толпы зевак

— Меня уже не спасти! Слушайте и запоминайте — они пришли из ниоткуда! Огонь! Кругом огонь! Мы все сгорели, Вилстед пал! Линкольн захлебнулся кровью, так и не успев договорить

Глава 2: Переворот

за два года до событий в Альгоране

От радужного моря на западе до реки Элвер на востоке, от Южного моря до долины Лейкан на севере простиралось огромной волшебное королевство — Та́рас! Объединенные властью единого короля — друида Устина I магические существа жили в гармонии и согласии. Но спокойные времена к сожалению продлились не долго. Лорды и древние колдуны, ныне утратившие силу без своей магии искали различные уловки, чтобы вернуть оную в Акмелонию и вернуть былое могущество. Король Устин свято чтил клятвы мирного договора и пресекал всякие попытки провокаций, которые только возрастали. Особо активным участником сопротивления нынешнему правлению был лорд Элората, друид — Марцесс. Высокий, статный, златовласый, обладая прекрасным голосом и талантом убеждения он затмевал умы сотен солдат и молодых людей своими речами, подстрекая их на бунт. В скором времени единичные стычки переросли в настоящую партизанскую войну, в которую были вовлечены почти все области королевства. Распустив грязные слухи о нынешнем короле и заручившись поддержкой лордов Гротхела (столицы гномов) и Саула (столицы друидов) Марцесс объявил нынешнего короля незаконным и отправился со своим войском в столицу королевства Таланиус, чтобы предать короля народному суду.

— За что они так со мной? Тоскливым и тихим голосом пробормотал Устин, сидевший один за обеденным столом, перебирая ложкой ненавистную ему сегодня овсяную кашу — Оклеветали мою мать! Он отбросил тарелку от себя, словно помойную похлебку и со вздохом облокотился на спинку своего стула — Я! Потомок великой Династии Шангруа, которая правит этими землями уже тысячу лет! Да как они смеют вообще! Устин постепенно повышал тон голоса, переходя практически на крик, адресованный куда-то вверх! Он был жестких нравов и принципов, всегда держал обещанного слова и требовал от других того же. Неповиновение присягнувших ему на верность лордов он расценил как личное оскорбление и требовал расплаты. Гневливый монолог правителя прервала придворная целительница Елена, тихонько вошедшая в обеденный зал. Женщина эльфийского происхождения, невиданной красотой она завораживала многих мужчин в королевстве. Яркие сапфировые глаза, длинные каштановые волосы, тоненькое личико и изящная фигура никого не могли оставить равнодушными. Увидев ее, Устин немного затушевался, быстро поправляя свой картуз, который изрядно растрепался и помялся. Ему было стыдно, что она застала его таким неопрятным и несдержанным. Окинув ее лихорадочным взглядом, он вежливо спросил

— Чем могу быть обязан столь раннему визиту? Натягивая улыбку на унылую гримасу, спросил король

— Ваше величество! Осторожно поклонилась, придерживая своё длинное платье — Я вижу ваш разум терзают неумолимая тревога и обида!

После ее слов Устин глубоко вздохнул и опустил глаза

— Я специально для вас приготовила свое зелье, которое очистит ваш разум от ненужных мыслей и печалей! А главное обеспечит хороший сон! Улыбнувшись, она слегка навязчиво протянула правителю небольшой пузырек зеленого цвета. Устин колебался не долго:

— Спасибо Елена, ты всегда так добра ко мне! Твои снадобья не раз спасали меня от недугов и болезней! Я очень благодарен тебе!

Елена осторожно положила в большие ладони короля таинственный пузырек, который в знак благодарности похлопал ее по плечу

— Только запомните! Строго по три капли в напиток каждый день вечером! И не меньше! На этом слове она сделала особый громкий акцент. Молча кивнув Елена удалилась из королевской столовой.

Отобедав и выпив зелье целительницы, которое было кстати очень странным на вкус — горькое, с какими-то крошками, напоминающими песок, вечно застревавшими у него между зубами. А особенно неприятен был запах — возникало ощущение, что во рту сдохла столетняя краса, да еще и успела нагадить перед этим. Иногда Устину приходилось даже закрывать рот ладонью при разговоре со слугами, настолько был силен его запах. Но несмотря на столь неприятные вкусовые качества эффект этого снадобья он почувствовал сразу — его разум стал проясняться, тревожные мысли больше не посещали его, а сон стал как у младенца уже через неделю.

Тем временем Марцесс подкупая пограничных лордов без особого труда прошел сторожевые посты и вышел к Таланиусу. Даже в столице уже было полно предателей, готовых свергнуть своего короля. Честный, но в то же время очень наивный Устин доверял всем в своем окружении и даже не подозревал, что угроза уже проникла в его дом

Вечером он отправился со своей супругой Иреной на прогулку в городской сад. Украшенный славными разноцветными деревьями, родом из долины Лейкан, он напоминал волшебную сказку. Изгороди, выполненные из тысячелетнего плюща, как змея окутывали деревянные балки. У тропинки легкий ветерок разносил в стороны листья, невольно подбрасывая и кружа их в воздухе, создавая атмосферу умиротворения и покоя.

— Милый, почему ты все время так сильно трешь свои глаза, перестань! Выражая свое беспокойство за здоровье мужа произнесла заботливая Ирен

— Не знаю любимая, нестерпимый зуд одолел меня с самого утра. Я не могу смотреть на солнце! Моя глаза сразу наполняются слезами и я начинаю рыдать как отвергнутая девчонка на городском балу!

— Мне кажется это все зелье этой ведьмы Елены! Сколь раз я тебе говорила ничего у нее не бери! Сострожилась Ирен, грозя мужу пальцем

Устин продолжал тереть глаза — Но она столько раз лечила меня, как ты можешь ей не доверять?!

— Не знаю, у меня какое-то плохое предчувствие на ее счет! Идем домой, я приготовлю тебе вкусный чай! Она осторожно обняла его, поглаживая по голове

— С радостью! Вскрикнул он, не прекращая тереть свои многострадальные глаза. Но не успели они обернуться, как королевской чете дорогу словно частокол пригородили солдаты в белых плащах — служители храма Авилы1 во главе с конкордом2 Люсьеном

1 Служители храма Авилы — священный орден в Таресе, подчиняющийся исключительно воле богов.

Конкорд — верховная должность храма Авилы

В верованиях «Тараса» было четыре богини, каждая из которых возвышалась над другой. Высшим божеством была богиня Авила, царица воздуха и неба — она изображалась с широко распахнутыми крыльями птицы! Согласно легендам, тот, кто увидит ее хоть раз — будет счастлив всю жизнь! После смерти в ее царство попадали только избранные (Служители религии и герои войн). Второй богиней «Тараса» была Веста — владычица природы. В ее власти леса и поля, реки и озера. Покровительница целителей и крестьян. Все кто честно трудился, служил своему народу мог надеяться на ее милость. Третьей же богиней была Джустина — хранительница «нейтральной» зоны между добром и злом. Она была своего рода властителем судеб — от ее решений зависело — попадет ли существо после смерти в блаженные места Авилы и Весты, или же его злодеяния настолько сильны, что ему только одна дорога — в Халем! Это было самым страшным наказанием для любого существа в «Тарасе», которое обрекалось там на вечные мучения. Заслужить такую участь могли предатели, изменники, заговорщики и убийцы. Хранителем Халема была злая и жестокая богиня Пфеб! Огромная, с головой змеи, с четырьмя руками она день ото дня истязала своих узников жестокими пытками. Если среди родственников хоть один был удостоен такой «чести», на его род на всю жизнь накладывалось клеймо позора

— Уважаемый Устин I священным судом Авилы вы обвиняетесь в незаконном узурпировании трона великого Тараса! презренным гнусавым голосом произнес Люсьен. На противном, изобилующем морщинами лице появилась злорадная улыбка.

— Вы ответите перед народом! Продолжал он, давая своей страже команду словно цепным псам

— Схватить его! Предательски указав пальцем на Устина, он отдал приказ.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 465