электронная
36
печатная A5
365
18+
Игрок

Бесплатный фрагмент - Игрок

Начало игры


Объем:
224 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-2288-2
электронная
от 36
печатная A5
от 365

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1. Сделка

Валерка, не открывая глаз, беспомощно пошарил рукой возле дивана. Звон пустых бутылок известил его об окончании праздника души. Раскрыв непослушные глаза, Валерка застонал и обвел бессмысленным взглядом полупустую комнату. Мебель в этом доме, кроме: полуразвалившегося дивана, колченогого стула с брошенной на его спинку нестиранной рубашкой, да самодельного столика с остатками скромного пиршества в виде: недогрызенного соленого огурца, почти пустой банки с килькой в томатном соусе и пустого гранёного стакана со стоявшей рядом, такой же пустой бутылкой из-под водки — отсутствовала, как класс буржуазии после Октябрьской революции — по причине элементарной экспроприации оной. Короче говоря — была продана, ввиду крайней необходимости иметь более актуальную на тот момент субстанцию — огненную воду. Взгляд хозяина остановился на пустой бутылке водки, стоящей казанской сиротинушкой посреди стола с объедками, и — пустующий дом огласил стон раненной птицы.

Валерка осторожно сменил горизонтальное положение на полувертикальное — сел на полусгнивший диван; посидел, пытаясь вспомнить — какое сегодня число; но сей математический подвиг не увенчался успехом, и он беспомощно поглядел на дощатый, облезлый пол, усеянный пустой, разнокалиберной тарой. Немного еще посидев и сообразив, что чуда сегодня не произойдёт, и никто опохмелиться в этом доме ему не принесет; Валерка опустил ноги на холодный пол и нервно передернулся. «Надо было вчера вечером печку затопить», — проскочила ленивая мысль, но тут же упорхнула, как испуганный воробей. «Черт, а у меня деньги остались?», — это была вторая разумная мысль Валеры за это утро.

Пошатываясь, задевая звенящие бутылки, хозяин деревенской недвижимости подошел к своей рубашке и залез в нагрудный карман — пусто! Валерка беспомощным взглядом обвел комнату и сконцентрировался на пустой таре, разбросанной то там, то сям. Кое-как засунув себя в потертые, а местами и неумело залатанные штаны; натянув на голое, синюшное, тощее тело — видавшую виды рубаху, Валерка подошел к висящему на стене алюминиевому умывальнику и пару раз, наугад, ткнул в болтающийся металлический сосок ладонями, сложенными ковшиком. Набрал немного тепловатой, с затхлым запахом жидкости и плеснул себе в лицо, поморщился — и повторил процедуру. Посчитав, что этого вполне достаточно, еще раз, с растущей надеждой обвел взглядом разбросанные бутылки, и — провел в уме необходимые арифметические действия. Процесс подсчёта количества пустой тары и перевод количества в качество — в вожделенные рубли, удался ему гораздо лучше, чем вычисление сегодняшнего числа. «Есть! На родимую — хватает!», — от радости вслух крикнул Валерка и бросился на карачках собирать разбросанную тару в подвернувшуюся под руку старую, дырявую авоську, непонятно каким образом сохранившуюся в доме с времён оно.

Валерка выскочил из избы и резко остановился на давно не знавшем ремонта крыльце. Одной рукой он крепко держал, позвякивающую пустыми бутылками дырявую сетку, а другой — расчёсывал, через рваную майку, свою тощую грудь. Хищно оглядел горизонт и, увидев вдали вожделенную цель — местный продмаг, бросился стремглав вперед с крыльца, забыв про шатающиеся ступеньки и чуть не навернулся вместе со своими стекляшками. «Ё..п..р..с..т!» — только и смог произнести Валерка, сплюнул и помчался дальше — вперед к источнику наслаждений.

— Валер, ты куда ж в такую рань так бяжишь, спотыкаясь? Неужто конец света наступает? — раздался из-за покосившегося забора, насмешливый голос соседки.

— Не приставай, некогда мне, баб Мань, потом! — крикнул на ходу Валерка и не сбавляя ход побежал дальше.

— Ну, бяги, бяги, полоумный; изба пустая, все за бутылки свои проклятущие продал! — в сердцах, вдогонку соседу крикнула баба Маня. — Жанился бы что ли? Да кто ж за такого бяспутного пойдет-то! Разве что, такая же полоумная, как он сам!

Валерка в первых рядах ворвался в магазин и с криком «Я вчера еще тут занимал», — грохнул об прилавок свой выводок бутылок, — и тут же побелел от страха. «Тьфу, пронесло — вроде, все целы», — нервно и заботливо ощупывая бутылки, как своих родных детей, произнес Валерка.

— На все! — успокоившись, с важным видом, оглядев конкурентов по магазину произнес первый в очереди покупатель.

— Сдачу дать? — усмехнулась продавщица.

— Можешь оставить себе! — гордо ответил Валерка.

Прижимая к груди родимые, он осторожно, не дай бог, чтобы их не уронить, спустился с крыльца и … лоб в лоб столкнулся с черноглазой и огненно-красными волосами девушкой. Она шустро среагировала на появление Валерки и перегораживая ему своим здоровым бюстом дорогу домой, спросила:

— Не хотите, гражданин, поучаствовать в социальном опросе?

— Каком таком опросе — некогда мне, — пытаясь увернуться от неожиданно возникшего препятствия и покрепче прижимая к груди свою драгоценную добычу, пробормотал Валерка.

— А вы не торопитесь, гражданин; может мимо улыбки своей судьбы проходите! — весело ответила симпатичная девушка.

— Не нужна мне никакая такая судьба — я домой хочу, — ответил Валерка и попытался прошмыгнуть мимо нее.

— А вы все-таки попробуйте! Всего тринадцать вопросов, и может быть вы получите взамен что-то такое; о чем вы, скорее всего и не мечтали! — подставив свою немалую грудь на пути Валерки, ответила девушка.

— На какие такие вопросы? Не нужны они мне вовсе? — подозрительно посмотрев в веселые глаза собеседницы и скосив один глаз в глубокое декольте, настырной дамы, пробормотал Валерка.

— Я задам вам всего тринадцать вопросов. Заполняете наш опросник, распишитесь в нём нашей фирменной ручкой и фортуна, вполне вероятно, что уже сегодня может быть встанет на вашу сторону. Всего тринадцать вопросов, и мы даем вам удивительный шанс получить приз, который давно никто из людей не получал!

— А что это за приз такой? — облизнув пересохшие губы, и с тоской посмотрев на стоявший вдали родной дом, спросил Валерка.

— Пожизненную, беспроигрышную лотерею! — усмехнулась девушка.

— Таких призов не бывает, — быстро ответил Валерка и попытался снова протиснуться между стеной продмага и надоедливой, как он определил — работницей соцслужб.

— А вы попробуйте, гражданин! — не отступала девушка, призывно глядя ему в глаза и, на всякий случай, поплотнее прижимая своим мощным бюстом потенциального клиента к бревенчатой стенке.

— Где расписаться? — с надеждой глядя на свой дом, жалобно простонал Валерка.

— Нет, так не годиться! Сначала надо заполнить ответы на тринадцать вопросов — потом ваша подпись нашей фирменной ручкой и у вас появится шанс — получить совершенно новую жизнь, о которой вы никогда и не мечтали, и не здесь, в этом вашем Задрыпенске, а в центре Москвы или даже в Лас Вегасе? — завораживающим голосом произнесла работник соцслужб.

— Лотерея, что ли? Давайте, где тут расписаться?! Мне поскорее надо! Не могу я ждать! — поняв, что по-другому ему от навязчивой собеседницы не отделаться, выпалил Валерка.

— Вот опросник — отвечайте и, пожалуйста, будьте добры заполнить все графы и распишитесь — вот этой ручкой, — чарующим голосом произнесла девушка и протянула Валерке золотую перьевую ручку, инкрустированную переливающимися всеми цветами радуги прозрачными, как слеза, камнями, образующими стилизованную цифру «тринадцать».

На этот раз, взгляд девушки был строг и требователен. Валерка немного поколебался, и всё-таки взял, протянутую ему ручку, и тут же почувствовал легкий, почти безболезненный, укол. Камешки инкрустации ручки стали мгновенно красными. Валерка непонимающим взглядом посмотрел на девушку. Она теперь улыбалась и протягивала ему бланк-опросник.

— Осталось только заполнить наш опросник: он совсем короткий и несложный, затем расписаться в отведённом для этого месте, и теперь — я уже более чем уверена, что для вас действительно сегодня начинается новая жизнь, — весело улыбаясь, произнесла работник соцслужбы.

Валерка попробовал сконцентрироваться и прочитать первый вопрос, но неудачно. Буквы расплывались, н самого его мутило так, что — не было никаких сил больше терпеть. Он оторвал взгляд от казавшейся на ощупь: мягкой, шелковистой, чуть ли не бархатной бумаги, с каким-то немного мягко-розоватой оттенком, и беспомощно посмотрел на улыбающуюся ему девушку.

— Не могу! — только и смог прошептать пересохшими губами Валерка.

— А вы выпейте, полегчает, — с благодушной улыбкой ответила работница соцслужбы.

— А, что? Можно? — опасливо оглядываясь по сторонам спросил страдалец.

— Разве вам кто-то может запретить, если так сильно хочется? — вопросом на вопрос ответила девушка с ярко-красными волосами.

— Действительно, что это я так, — как подросток за углом школы?

Валерка вмиг приобрёл бравый вид и профессиональным движением — мгновенно скрутил металлическую пробку у бутылки. Живительная влага полилась в горло и кадык на шее жадно задвигался, проталкивая её по назначению. Отпив четвертак, Валерка распрямил плечи и стал гордо оглядывать проходящих мимо односельчан. Даже пару раз кивнул в ответ на приветствия.

— Ну, что? Где тут читать? — важно спросил новоиспечённый респондент.

— Вот: ознакомьтесь со всеми тринадцатью вопросами и отметьте в нужных квадратиках «ДА» или «НЕТ», остальное по тексту, — указала в первую графу опросника длинным, ярко-красным, наманекюренным ногтем соцработник.

На этот раз — читать стало гораздо легче. Буквы сами складывались в слова, но это не помогло Валерке понять смысл написанного, ибо первый вопрос гласил: «Хотите ли вы стать богатым человеком?». «Здесь и ежу ясно, что да — хочу!», — усмехнувшись, подумал Валерка. А второй: «Выберете из двух возможных наиболее подходящий для вас способ обогащения: тяжелый труд или способность выигрывать в играх на деньги?». «Опять же, без вопросов — конечно — выигрывать!», — что за идиотский опросник. Дальше: «Хотите ли вы постоянно выигрывать в любой игре на деньги?», — задолбали эти соцслужбы своими глупыми вопросами, конечно — «ДА». Валерка стал машинально ставить крестики в квадратиках, где было написано: «ДА». Дойдя до последней графы, Валерка уже явно притомился, поэтому напротив последнего вопроса: «Согласны ли вы, отдать собственную душу ради нескончаемого потока богатства?» –автоматически поставил «ДА» и тут же с надеждой на посмотрел соцработницу:

— Всё? — спросил Валерка и облизнулся.

— Совсем уже мелочь какая-то осталась — распишитесь вот здесь, и можете бежать куда хотите! — и, ухоженные пальчики указали на пустой квадратик в конце опросника.

— Да, пожалуйста! — важно ответил Валерка и поставил в указанном месте свою размашистую подпись.

— Вот и отлично! Теперь вы заполнили наш опросник и стали участником грандиозного конкурса, который проводится среди людей очень и очень редко, — загадочным голосом проворковала работник «соцопроса».

— А чего у вас чернила красные? — подозрительно спросил Валерка, только сейчас обративший на это своё внимание.

— О, в этом-то и вся суть: вы поставили подпись, которая с абсолютной достоверностью подтверждает, что именно вы согласились нам отдать свою душу, взамен на приобретение возможности выигрывать во всех денежных играх, — весело ответила работник «соцслужбы».

— Ну, и юмор у вас дурацкий пошёл, у соцработников! — попытался сплюнуть Валерка, но не удалось; обидевшись, он развернулся и направился сосредоточенной походкой к своему дому.

— Про десятый пункт не забудьте, гражданин! Для вас он — в прямом смысле жизненно важный! — крикнула девица вслед безмятежно уходящему Валерке, который безразлично, даже не оборачиваясь, отмахнулся, от, наконец-то, отставшей от него соцработницы. — Ну, как знаете, гражданин, я только предупредить вас хотела! Я же сегодня первый день на как работе! — пожала плечами «соцработник» и пошла в сторону чёрного, массивного «Линкольна», ожидавшего её через дом от магазина.

«Соцработник» открыла дверь и села на мягкое, обитое чёрной кожей сиденье. Поправив немного испорченную порывом ветра причёску, она посмотрела на пристально глядевшего на неё массивного, седовласого мужчину со слегка красноватыми глазами.

— Вы были в своей новой роли просто неотразимы! — усмехнулся её спутник.

— Я старалась, ваше высочество! — опустив глаза, тихо произнесла девушка.

— Вижу, что старались, а зачем вы ему про десятый пункт договора напомнили, он же совсем не вникал в смысл написанного и подписал его — только для того, чтобы отделаться от вашего назойливого присутствия и поскорее бежать к своему дружку, — такому же пропойце, как он сам?

— Ну как же, ваше высочество, а вдруг он влюбится, и тогда — вместе с нарушением нашего договора, он потеряет и полученное им свойство постоянного везения? Упустив клиента, мы будем вынуждены принять соответствующие меры, а это потеря нашего драгоценное время. В конце концов — вся наша операция, в этом случае, будет под угрозой срыва, и нам придётся всё начинать с начала!

— Эх, молодость — молодость! Да кто, ради какой-то там любви, откажется от обладания таким даром? — задумчиво ответил седой мужчина, глядя на открывающего дверь соседнего дома, Валерку. — И потом — его душа ведь теперь у нас, а как он сможет полюбить кого-то без души; ответь мне, стажёр?

Глава 2. Новость

— Васька, вставай, хватит дрыхнуть! Скорая помощь приехала, лекарство привезла! — с порога, не прикрыв за собой дверь, во всю глотку заорал, успевший немного поправить своё здоровье Валерка.

— Чё орёшь, как оглашенный, и без тебя голова трещит! –простонал Валеркин сосед, высунул из-под рваного одеяла недовольное конопатое лицо, скривлённое от резко возникшей головной боли. — Тише не можешь говорить!

— К тебе с самого утра такие дорогие гости приходят, а он, видите ли, недовольство проявляет!

— Ладно, чё припёрся-то?

— Как чё? Недогадливый ты мой! А на это посмотри! — Валерка, улыбаясь, скосил глаза на две бутылки беленькой, которые он держал в руках.

— Так бы сразу и сказал! А то орёт на всю избу, я чуть не обоссался со страху, думал — вор лезет!

— Да что у тебя красть-то, родненький ты мой? У тебя же в избе — не больше моего! — важно произнёс Валерка и оглядел полупустую комнату друга. — Во! Только телевизор у тебя ещё жив, не продал его, а зря-я-я, сколько бы поллитровочек за него бы получили?!

— Телек не трожь — это святое! Я по нему, может, футбол смотрю!

— Когда ты его смотришь? Мы же с тобой: не разлей вода — два гуся пара, никогда не расстаёмся и всегда при деле! — ответил Валерка и многозначительно слегка звякнул бутылочками друг о дружку.

— А вот это — не твоего ума дело! — обиженно ответил Васька. — Я может, когда ты уходишь домой, его смотрю!

— Под одеялом! — усмехнулся Валерка и нетерпеливо продолжил. — Ладно вылась скорей из своего рванья и тащи сюда огурчики — у меня трубы — страсть, как горят!

— На своё одеяло сходи, посмотри! — проворчал Васька, но тем не менее стал лениво вылезать из постели.

Валерка поставил бутылки на стол и подошёл к телевизору, лениво почёсывая бок. Поглядел вокруг, ища глазами пульт, но не нашёл.

— Васька, а пульт-то где?

— А чёрт его знает, где он; вчера, вроде, был на месте — не помню я!

— Во хозяин даёт, у своей святыни пульт пропил! — расхохотался Валерка.

— Ёкарный бабай, кто же это пульты в бочку с солёными огурцами засовывает! — возмущённо заорал из сеней Васька. — Небось твоя, Валерка, работа!

— Да, делать мне больше нечего — только твои пульты по бочкам с огурцами рассовывать! — в ответ возмутился Валерка. — Сам, небось, с пьяных глаз — пульт с огурцом попутал!

— Вчера ты, не лучше моего был! — огрызнулся Васька. — Телек для меня это святое — и я, ни в жизнь его не предам. Не совал я пульт в бочку! — проревел Валерка, ставя на дощатый, с бурыми от былого веселья пятнами стол щербатую, словно кем-то погрызенную, старую фарфоровую тарелку с огурцами.

Рядом с тарелкой Васька положил пульт: с длинной, проходящей через весь корпус трещиной. Из пульта, — через щель, на стол стал медленно вытекать огуречный рассол. Валерка вместе с хозяином пульта завороженно глядели, как вокруг него на столе образовывается ещё одно бурое пятно.

— А чё у тебя одна бутылка не полная?! — подозрительно глядя на Валерку, взвизгнул Васька, чем вывел своего друга из состояния медитации.

— А это: всё из-за одной дуры — привязалась ко мне со своим опросником, как банный лист к заднице. Заполни, да заполни! Чтоб её черти поджарили! Пришлось срочно поправить здоровье, а то сосредоточиться никак не мог! Всё из-за неё, окаянной, а так бы: зуб даю — донёс бы до тебя целенькую! Пришлось срочно немного приложиться, чтобы разобрать — чё там подписываю. Шо — не веришь?

— Как бы тебе сказать: не то чтоб не верю, но основания для недоверия есть! — твёрдо кивнул головой Васька.

— Да я тебя, разве, когда в жизни обманывал? — стукнул себя в немощную грудь Валерка. Ещё что-то там про душу и везение она мне плела. Расписаться дурацкой, колючей ручкой заставляла. Только не помню я сейчас ничего, — сконфуженно опустил глаза Валерка.

— У тебя, видимо, со здоровьем стало ещё хуже, чем было, — грустно констатировал Васька, присаживаясь за стол. — Тыркни в кнопку «телек» и садись — сейчас поправим твоё здоровье!

Валерка снова подошёл к телевизору, отыскал волшебную кнопку и, со знанием дела, нажал. Единственная новая вещь в доме, которой купленная Васька безмерно гордился была куплена с горя, в комиссионке, после увольнения с какого-то военного завода. Телевизор задумчиво помолчал, прогревая свои внутренности, а потом рявкнул на всю комнату голосом какого-то диктора: «А сейчас на наших экранах передача, ставшая поистине всенародной любимицей, передача — „Пять из тридцати шести“. Вы ещё не купили лотерейный билет? А зря! Вы упустили шанс: сегодня стать миллионером! Но не расстраивайтесь! Уже в эту пятницу вы сможете подготовиться и приобрести счастливый билет, чтобы, сидя у экрана своего телевизора, узнать о том, что очередной счастливчик — это вы! Покупайте билеты спортлото в кассах вашего города!». Картинка сменилась и на экране появились белые шары с цифрами. «А теперь — мы скоро узнаем сегодняшнюю счастливую комбинацию цифр! Внимание на экран!», — продолжал радостно кричать диктор. Валерка сел на стул, не отрывая завороженного взгляда от автомата, готового выкинуть белые шары с цифрами, которые сегодня могут принести кому-то большой выигрыш.

— Ты чего уставился на телек? Первый раз, чоли, его увидел, кинескоп мне протрёшь, а у меня денег на ремонт нету! Делом лучше займись! Разливать-то кто будет? — недовольно пробурчал Васька.

— Сам разлей! Я пока посмотрю, как шарики вылетают, — не отрывая взгляда от экрана, медленно произнёс собутыльник.

— Ты чего — заболел? Могу, конечно, могу и сам, но это ты же принёс? — подозрительно посмотрел на друга Васька.

— А я, кажется, знаю: какая сейчас цифра будет! — радостно воскликнул Валерка.

— Ну, одну цифру, и я в спортлото когда-то угадывал! — важно ответил хозяин.

— А я знаю все пять цифр! — повернувшись лицом к своему другу, не веря самому себе, произнёс Валерка.

— Ха, сказанул, — это знает только организатор лотереи и уже, небось: сообщил своим корешам, а ты же — не его кореш? — снисходительно глядя на товарища, произнёс Васька.

— Н-е-е я не из их числа, но я сейчас точно знаю, какие цифры будут выигрышные — неси бумагу! — быстро сказал Валерка.

— Зачем? — недоумённо вытаращив глаза, спросил Васька.

— Я запишу цифры, а ты, потом, проверишь меня!

— Во дурь в твою башку тюкнула! Ты случайно сегодня головой нигде не приложился? — ехидно спросил Васька, но, тем не менее, встал и пошёл за ручкой.

— Давай скорее, а то они уже сейчас начнут! — поторопил его Валерка.

— Да, на — пиши, юродивый!

Валерка нервно вырвал из рук хозяина дома ручку и обрывок старой, пожелтевшей газеты и, дрожащей от волнения рукой, написал пять заветных цифр. Быстро перевернув листок, он затравленно посмотрел на друга.

— Понимаешь, что-то во мне изменилось, Васька, но я никак не могу понять — что именно! Никак девка эта, зараза такая, меня сглазила! — простонал Валерка.

— Ты не стони! Сейчас по сотулечке дёрнем, потом ещё по столько же и всё будет в розовом свете. Мир для тебя снова станет большой и прекрасный! — сочувственно глядя на товарища, произнёс Василий, и начал разливать водку по гранёным стаканам. На экране телевизора белые шары падали в жёлоб один за другим, образовывая для кого-то счастливую комбинацию и с каждым шаром лицо Валерки становилось всё бледнее и бледнее. Наконец, последний шар лёг в отведённое для него место, и он бессильно опустил руки на колени.

— Всё! — выдохнул Валерка.

— Что всё? — непонимающе посмотрел на своего друга хозяин.

— Выиграл!

— Врёшь, не может такого быть! — уверенно произнёс, ухмыляясь собутыльник и схватил огрызок старой газеты, лежавший на столе недалеко от него.

Васька перевернул листок и посмотрел на коряво написанные синей пастой цифры. Паста в ручке была полузасохшей, а Валерка очень торопился и нервничал, записывая их, поэтому местами в написании цифр были разрывы, но это не помешало Ваське понять — что именно было написано. Он посмотрел на экран телевизора. Радостный диктор в это время перечислял те же самые цифры, которые он сейчас видел перед собой на огрызке пожелтевшей газеты. Передача закончилась и в комнате установилась напряженная тишина.

— Ты откуда эти цифры взял? — дрожащим от волнения голосом, как будто у него в руках выигрышный билет, спросил Васька.

— Не знаю, я просто почувствовал, что их знаю и написал, — с пришибленным видом глядя на друга, ответил Валерка.

— Странно, какую ты говоришь анкету с утра заполнял?

— Какая-то баба, соцработник что ли, попросила анкету заполнить. Буферами своими к стенке прижала: да так, что и не продохнуть! Куда мне было деваться? Ну я и заполнил. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Ты что-то говорил про везение? — оживился Васька.

— Ну, да, вспомнил! У неё вся анкета про удачу была, только в конце был какой-то дурацкий вопрос про душу, но я, кажется, забыл про что именно? — Валерка виновато посмотрел на друга.

— На нашей автостанции есть игральные автоматы. Надо проверить одну идею!

— А, беленькая? — простонал Валерка и жалобно посмотрел на призывно стоявшие на столе, наполненные до краёв стаканы.

— Если я прав — будет у тебя этих стаканов столько, сколько ты захочешь, Валерка! — воскликнул уже успевший подняться со стула, радостный Васька. — Пошли, мой друг!

Глава 3. Кафе

Автовокзал расположился почти что в самом центре соседнего районного городка, в трёх километрах от Валеркиной родной деревни. Идти надо было — по разбитой грузовиками и тракторами грунтовой дороге, испещрённой глубокими ямами с мутной жижей. Васька целеустремлённо нёсся вперёд, невзирая ни на моросящий дождь, ни на лужи под ногами. У него появилась цель жизни, и она его меняла и внутренне, и внешне. Расхлябанный забулдыга, почти что на глазах, превращался в уверенную и жесткую натуру. Валерка плёлся сзади и время от времени напоминал о себе нудным хныканьем.

— И на черта мы с тобой попёрлись не понять зачем, и куда? Сидели бы сейчас дома в тепле и уюте, подогретые и довольные жизнью.

— Не понимаешь — помолчи! Ради тебя же стараюсь! — резко ответил Васька.

— С какого такого перепугу ты ради меня стараешься? — приостановившись, подозрительно покосился на товарища Валерка.

— Я по жизни о тебе заботился, можно сказать — с детства! Кто тебя защищал от соседских пацанов? Я! Кто тебя за проступки выгораживал перед твоими родичами? Тоже я! Так что не ной, и слушай, что тебе умные товарищи говорят! И вытащи ногу из лужи! Сколько можно в ней топтаться!? — рявкнул инициативный товарищ.

Валерка посмотрел на свои ноги, и действительно — одна нога стояла аккурат в самой луже. Ещё немного и черпанул бы в старый ботинок грязной воды. Виновато посмотрев на товарища, Валерка вытащил ногу из лужи и поплёлся за ним дальше.

— Ну, а зачем мы всё-таки прёмся в город? — вновь заканючил Валерка.

— Зачем, зачем — буду твои способности проверять! Буду твоим спонсором! Ведь должны же быть у талантливых людей спонсоры, а я в тебе сейчас подозреваю талант! — расплылся в улыбке Васька.

— Да, нет у меня никаких талантов! — махнул рукой Валерка.

— А вот это, мы сейчас проверим! Заходи, — сказал Васька и втолкнул своего друга в здание автовокзала.

Пройдя через весь зал с разношёрстной деревенской публикой: с баулами, корзинами и вёдрами; два друга ввалились в небольшое кафе, которое в городе организовал новоиспечённый кооператор. Семь пустых столиков, каждый на четверых, барная стойка, за которой орудовала разбитная девица на фоне ярко освещённых, за её широкой спиной, полок с разнообразными напитками. Валерка остановился, как вкопанный, и завороженно уставился на сверкающую всей палитрой цветов сборище бутылок самых различных размеров.

— Пошли, — дёрнул его за рукав Васька, — мы не за этим сюда пришли!

— Чего изволите, граждане? — расплылась в улыбке деваха, подозрительно косясь на рваные Валеркины штаны. — У нас выбор богатый. Хозяин расстарался для своих посетителей.

— А чё тогда так пусто в вашем заведении? — спросил Васька для поддержания разговора.

— Так рано же ещё, у нас все порядочные люди только к вечеру и собираются, — лениво ответила девица. — Ну, так что будете пить?

— Пока ничего, — отрезал Васька, — нам бы на автомате поиграть?

— А деньги у игроков есть? — подозрительно посмотрела на друзей девица.

— А как же! — гордо ответил Васька и, порывшись в кармане, достал мятую тройку и пятёрку. Немного подумав, положил на стойку трульник.

— Откуда у тебя такие деньжищи? — удивлённо вскликнул Валерка.

— Для тебя берёг, знал ведь, что пригодятся! — усмехнулся Васька и, уже обращаясь к барменше, рявкнул: «На все!» и покосился на стоявший в углу единственный игровой автомат.

— На все — так на все, — проворчала деваха и высыпала на стол несколько жетонов.

Васька деловито сгрёб их в ладонь, и важной походкой направился к автомату. Валерка ещё раз жалобно взглянул на родимые бутылочки и, понурив голову, отправился вслед за другом. Автомат их ждал, радостно переливаясь разноцветными огнями. Василий осторожно подошёл к агрегату и с уважением погладил его по металлическому боку.

— Давай, Валерка, садись! Жми на кнопку счастья, и посильнее! — по-хозяйски, как собственное добро, оглядев автомат, приказал Васька.

— Зачем? Я не умею! Может, по одной, в честь утреца. Что мы, зря что ли, такой путь меряли и даже не угоститься? Вон какое богатство выложили, гады — только дразнятся! — с горечью в голосе произнёс Валерка и отвернулся, чтобы не видеть их, такие желанные бутылочки.

— А что тут уметь? Ты что, в кино не видел? Всё просто — жми кнопку, дёргай ручку и целая куча денег — твоя! — стал нетерпеливо объяснять Васька.

— Страшно! А вдруг я твои деньги проиграю — я же вовек не расплачусь!

— Не дрейфь — я спонсирую; но, чур, если выигрываешь — тебе три процента от суммы выигрыша!

— А почему так мало? — разочарованно воскликнул друг.

— А ты, что думал — деньги из воздуха у меня появляются? Я, может, своим собственным трудом их заработал, и сейчас вкладываю в очень рисковое дело. Тебе-то что — ты-то ничем не рискуешь. Дёрнул за ручку и всё! Никакого финансового риска, в случае неудачи. Так что, я считаю сделку весьма справедливой, — строго произнёс Васька и даже отвернулся, давая понять, что торги здесь неуместны.

— Вась, а Вась, — ткнул его в плечо Валерка, — у меня в доме за свет с прошлого года не оплачено. Надбавь, а? Хоть немного, а?

— Ладно, чисто из-за того, что мы друзья детства — пять процентов!

— Спасибо, Васька, я знал, что ты у меня настоящий друг. — радостно вскрикнул Валерка и полез обниматься.

— Ладно, ладно — вечно ты пользуешься моей простотой. Так с самого детства и вожусь с тобой — по доброте душевной. С тобой же, у нас в деревне, из пацанов, то и дружить особо никто и не хотел. Жена, и та — через неделю после свадьбы, от тебя с трактористом укатила в соседнее село.

— Это я виноват — запил с радости, целую неделю бухал, а Люська и не выдержала бедная — уехала. Я её понимаю, — опустил голову Валерка.

— А сейчас с чего пьёшь — тоже с радости? — усмехнулся друг.

— Не-е-е, сейчас — с горя! Любил я её, она в нашем классе самая лучшая была, и мне дураку повезло — она поверила мне, а я — так её подвёл!

— Ладно, хватит сопли жевать! Надо делом заниматься — жми кнопки! –приказал Васька и кинул в щель автомата жетон.

— А ну, её, такую жизнь! — в сердцах крикнул Валерка и дёрнул автомат за рычаг, даже не прикоснувшись ни к одной кнопке.

Звон жетонов, падающих в блестящий лоток: возвестил о первом выигрыше нашего Игрока. Васька остолбенело посмотрел на друга, потом на кучку жетонов, и с радостным визгом бросился на Валерку. Стал тискать и обнимать его, даже попытался поцеловать, но друг удачно увёртывался от его ласк.

— Мы выиграли! — завопил, Васька и победно оглянулся на заинтересованно глядящую на них барменшу.

— Может хоть пивка возьмёте? — обиженно, будто её обокрали, произнесла она.

— А давай! Гулять –так гулять! — ответил барменше Васька и потрепал по голове понуро сидящего Валерку.

— Ты что?! Радоваться должен, а он понурый сидит!

— Мне Люську жалко: помню, что любил я её, а сейчас, почему-то, в душе пусто — нет больше никаких чувств к ней. Почему? — обиженно произнёс Валерка.

— Да на что она тебе, теперь сдалась! Этих девок у тебя с этого дня будет немеряно и каких только захочешь! — засуетился вокруг своего друга Васька.

— А на что они мне, девки? Мне и без них хорошо? — безразлично ответил Валерка.

— Дурачок, ты просто ошалел от своего счастья, и не знаешь, что за чушь сейчас несёшь!

— Ваше пиво, граждане! Забирайте! Некогда мне тут с вами стоять — у меня дел полно! — резко произнесла подошедшая к ним барменша.

— Какие такие дела, если в кафе ни одного посетителя? — насмешливо произнёс Васька.

— А вот это, гражданин, не вашего ума дело! Говорю занята — значит занята! Забирайте своё пиво, — огрызнулась барменша.

— Да ладно тебе, не кипятись, — примирительно произнёс Васька, — лучше обменяй вот эту пятёрку на жетоны.

— А зачем вам жетоны? Вон сколько понавыигрывали! — завистливо произнесла барменша, но мятую Васькину пятёрку забрала. — Стоимость пива — вычту с этой пятерки.

— Да, пожалуйста, всё равно мы всю твою кассу сегодня порастрясём! — торжественно заявил Василий и сунул ещё один жетон в жадную пасть игрового автомата.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 365