электронная
Бесплатно
18+
Горечь на дне азарта

Бесплатный фрагмент - Горечь на дне азарта

Объем:
322 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-6367-6
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

«Иногда нам кажется, что в этом мире жить невозможно. Но больше негде».

Джек Керуак

Глава 1. Незваный гость

Линдси Эванс уже в сотый раз за день спускалась в банковское хранилище с очередным богатым посетителем, обещающим стать постоянным клиентом «Мершмеллоу». Девушка лишь иногда вставляла краткие ответы в кажущийся бесконечным монолог посетителя, посматривая постоянно на часы. Ей было всего 25 лет, а ведь она уже достигла невероятных высот, став заместителем исполнительного директора популярного банка Нового Орлеана. Для этого потребовалось получить два диплома по экономической специальности и информационным технологиям. И забыть про личное время. Вообще, общение с клиентами не входило в непосредственные обязанности, но для некоторых персон приходилось делать исключение. Ввиду своей занятости, названной Линдси личностной важностью, ее начальник Ричард был не в состоянии заниматься ВИП-клиентами и перекинул их на своего заместителя.

Девушка вновь взглянула на часы. Усатый мужчина, короткого роста и с головой, похожей на бильярдный шар, любовно перебирал драгоценные камни, чрезвычайно аккуратно выкладывая те в малый металлический лоток, оббитый внутри черной замшей. Пальцы предательски дрогнули от накопившейся внутри злости и стали медленно сжиматься в кулак.

— Вас все устраивает, господин Барберри? — ее тихий елейный голосок разнесся по небольшому круглому залу. — Мы можем теперь подняться наверх, чтобы Вы получили все надлежащие документы?

— Разумеется, мисс Эванс. Я и так польщен чрезмерной заботой с Вашей стороны. Можете ли Вы остаться столь же благосклонной и согласиться пойти со мной на не деловую встречу сегодня вечером, к примеру?

Он по-птичьи склонил голову набок, положив руки на живот, на котором с трудом соединялись две пуговицы пиджака. Линдси чуть улыбнулась и отрицательно закачала головой. Мысленно она уже была дома и принимала ванну.

— Ну, я бы на Вашем месте все-таки подумал над моим предложением. Вы могли бы неплохо провести со мной время, — он неумело подмигнул маленьким глазом.

Линдси передернуло, но она заставила себя опять улыбнуться. И что же это такое, пронеслось в мыслях, уже четвертый за день ВИП-клиент позволил себе приставать к сотруднице. Освободившись, наконец, от назойливого мужчины, Эванс подошла к зеркалу в человеческий рост, что висело напротив лестницы, и внимательно взглянула на себя. Не найдя ничего вызывающего в своей одежде, девушка облегченно выдохнула — Ричард бы лишил ее премии за фривольное поведение или заигрывание с клиентом, пусть даже несознательное.

— Все, по домам? — сзади подбежала пухленькая невысокая женщина. — Как же я устала от этих чмырей! Они считают, что, если у них есть деньги, то можно устраивать истерики персоналу банка и закатывать скандалы каждому подряд. Сегодня просто ужасный день!

Ругая клиентов, на чем свет стоял, Элен Спарке, тем не менее, ухитрялась быстро наносить на губы ярко-красную помаду и тушь на длинные наклеенные ресницы. Линдси рассмеялась, наблюдая за подругой.

— Зато сегодня пятница. И завтра наступит выходной, слава Богу! И мы с моим любимым Джимом сможем поехать на рыбалку в пригород. Кстати, ты его не видела? Его больше двух часов назад отправили на сахарную фирму для подписания договора, но он так и не вернулся.

— Он появился полчаса назад, закинул мне документы и умчался куда-то, весело насвистывая. Слушай, — осторожно добавила Элен, застегивая плащ, — он же вылез из долгов, правильно?

— Да, а что?

Линдси высвободила каштановые волнистые волосы, заканчивающиеся возле лопаток, из-под кожаной куртки и повернулась к собеседнице лицом, на котором отразилась тревога.

— Сегодня Купера искал какой-то мужчина, все спрашивал, где живет, как его можно застать на рабочем месте. Такой странный мужик, скажу тебе, коренастый, с проплешиной на голове, а лицо пересекал уродливый шрам.

— И что ты ему сказала? — собеседница затаила дыхание.

— Пообещала вызвать полицию, если он не уберется. Джим точно в порядке?

— Точно, по крайней мере, насколько я знаю. Ладно, это все обсужу с ним дома, не хочу портить себе настроение сейчас, звоня ему.

Линдси покинула четырехэтажное здание, цокая по плитке каблучками полусапожек, и села в ближайший пустой автобус. Заняв место у окна, она облокотилась на поручень и задумчиво уставилась на улицу. Еще в феврале у девушки была своя собственная маленькая машина, выкупленная из кредита за ее же зарплату, но именно тогда пришлось выбирать. Джим Купер, ее жених и по совместительству сотрудник банка «Мершмеллоу», буквально валялся в коленях, рыдая и признаваясь в своих грехах. Странно, но до того момента, увлеченная карьерным ростом и нескончаемым потоком работы, Эванс даже не замечала ничего тревожного в поведении тридцатилетнего мужчины.

Как оказалось, Джим был заядлым участником азартных игр, начиная от автоматов и онлайн-казино, заканчивая участием в собачьих и лошадиных бегах. С ужасом Линдси слушала признание любимого мужчины, что подсел на тотализатор он еще задолго до знакомства с девушкой и с тех пор пытался прекратить, но все старания были безуспешными. Парень стоял на коленях напротив побледневшей Эванс и клялся, что теперь точно завязал с азартными играми, но долги выплатить не в силах. Он умолял Линдси помочь ему в первый и последний раз. В его карих глазах было столько искренней боли, любви и покаяния, что девушка сдалась. Она отдала свою машину в счет долга, следуя за Джимом буквально по пятам, чтобы удостовериться в правдивости его слов. К сожалению или к счастью, Эванс так и не решила, но жених не солгал ей. С тех пор Линдси пришлось вновь пользоваться общественным транспортом.

Задумавшись, девушка едва не пропустила свою остановку. Схватив небольшую черную сумку за ручки, Эванс поспешила на выход. Но из головы не выходили тревожные мысли. Она и представить себе не могла, что будет, если окажется, что Джим заново подсел на азартные игры. Казалось, погода протестовала против испортившегося девичьего настроения. Сказывалась середина апреля: второй месяц весны дарил пахнущую зелень деревьев и влажное тепло, проникающее под верхнюю одежду прохожих. Солнце сидело низко над горизонтом, весело прогуливаясь золотистыми лучами по окнам многоэтажных зданий и крышам домов. Южный ветер качал верхушки оживающих деревьев, стряхивая с них птиц. Но Линдси не замечала этого, быстро и твердо вышагивая по чистенькому тротуару вдоль частного сектора, в котором они с Джимом проживали последние два года.

— Милый, ты дома? — Эванс захлопнула открытую входную дверь, сбросила куртку и кинула ее на вешалку, мгновенно разуваясь.

— Я на кухне, проходи. Тебя ждет я и вкусный ужин, приготовленный мною же.

Радостный голос жениха резко успокоил девушку. Босиком она пробежалась по тонкому цветному ковру, ведущему из коридора на кухню, и застыла в дверях. Джим выглядел довольным, а на столе лежал непонятный черный пакет, перевязанный тесемкой. Девичий взгляд скользнул по нему и насторожился.

— Что это?

— Первый взнос на твою новую машину, котеночек.

— Ты взял зарплату за год вперед, осмелюсь спросить? — Линдси неосознанно потерла пальцы друг о дружку. — Нет, лучше не надо отвечать. Я и так все знаю. Ты снова влез в эти чертовы автоматы, правильно?

— Перестань, котеночек, — Джим попытался обхватить сопротивляющуюся девушку в объятия, — я же все это сделал ради тебя! Да, неделю назад я получил аванс и в течение этих минуших дней сумел его оприходовать таким образом, что заработал кучу денег! Я тебе клянусь, что это было в самый последний раз. Я же виноват в том, что лишил тебя машины. Неужели ты думаешь, что меня не мучит совесть?

Наконец, ему удалось ослабить сопротивление Эванс, и теперь мужчина преданными глазами смотрел на невесту. Та вдруг выдохнула и легко поцеловала Купера в щеку.

— Я устала, хочу кушать и принять ванну. Оставим все разногласия на потом. Только поклянись, что у тебя нет никаких долгов.

— Разумеется, — жених развел руки в стороны, довольно улыбаясь, — иначе деньги были бы у коллекторов.

— Хорошо. Тогда приглашай меня за стол, — Линдси позволила себе улыбнуться.

Плотно перекусив пловом китайского происхождения вперемешку с угрем и запив все это неплохим виски, Эванс оставила парня убирать со стола, а сама направилась в ванную комнату. Она неторопливо шла по узкому коридору, разделяющему дом на части, и усмехалась. Ей нравилось местоположение здания и то, что позади него располагался небольшой, но ухоженный, сад. В виде нестандартного цветка были выстроены невысокие фруктовые деревья, еще не успевшие вырасти за прошедшие два года и дать плоды. А вокруг них Линдси разместила маленькие клумбы с различными цветами. Эванс было по вкусу ухаживать за своим садом, что служило своеобразным отдыхом после тяжелых трудовых будней.

К центральному входу же вела тротуарная черно-белая пятиугольная плитка, начинаясь прямо от бревенчатого забора в человеческий рост, окружавшего территорию участка. Слева от прихожей размещался гараж. Равно как и дом, он имел два входа — внешний и изнутри здания. По направлению часовой стрелки за гаражом находилась кухня в пастельных тонах, большая и просторная гостиная и такого же размера спальня влюбленных. Пересекая коридор, можно было наткнуться на несколько дверей, одна из которых являлась «черным выходом» и вела во двор, вторая — к туалету, а смежная с ней заводила в кладовку, где хранились немногочисленные запасы. Последней комнатой была, непосредственно, ванная. По центру прихожей была возведена винтовая лестница глубокого черного цвета, по которой можно было подняться на второй этаж. Она выводила к светлому и чистому открытому балкону, откуда Линдси любила обозревать вечернюю улицу. С левой стороны, прямо над гаражом, находился рабочий кабинет Эванс. Он был гораздо больше, чем соприкасающийся с ним, тот уже принадлежал Джиму. В это помещение и в следующее, спальню, вход производился из коридора. Между спальней и большой гостевой комнатой была прозрачная стеклянная дверь, за которой спускалась пожарная лестница в сад. Также на втором этаже располагалась ванная комната, соединенная с туалетом.

Линдси лежала в овальной ванне и наслаждалась тишиной, играя с душистой пеной различных оттенков. Девушка позволила себе добавить в воду соль с ароматом моря и толику цветочных пенных шариков, отчего уже через десять минут значительная часть помещения была забрызгана. Эванс что-то напевала себе под нос, становясь меж тем под душ и смывая с себя остатки геля для тела, когда раздался грохот.

— Джим? Джим, ты в порядке? — она достаточно громко закричала и высунула голову из-за ширмы.

Дверь резко распахнулась, и перед ошарашенной Линдси предстал мужчина, но отнюдь не Купер. Он был гораздо выше, плотнее и более накаченным, чем Джим. Его насупленный взгляд хранил в себе удивительную злобу, а тонкие темно-красные губы были крепко сжаты. Светло-русые волосы в стиле «ежик» сейчас были взлохмачены на темени, при этом голые до локтей руки собрались в грозные кулаки.

— Где Джим? — упавшим голосом спросила перепуганная Эванс.

— Этот обманщик? Жив, разумеется, — незнакомец сделал было шаг вперед, но потом отчего-то резко передумал. — Минута тебе, чтобы напялить на себя что-нибудь и перейти в спальню. И только попробуй убежать: догоню — заживо сгною, не догоню — убью твоего парня. Врубилась?

— Да, — едва сообразила ответить девушка.

В голове не было ни одной здравой мысли, пока Линдси судорожно смывала с себя остатки химии и обматывалась в махровое голубое полотенце за неимением халата. Но девушке некогда было раздумывать и мямлить, когда на кону стояли жизни двух людей, одним из которых являлась она сама. Эванс с трудом сумела просунуть мокрые стопы в тапки и, тряся волосами, с коих продолжала капать вода, ринулась в указанную комнату. Линдси вся тряслась, испытывая одинаковую силу холода и страха. Осторожно открыв дверь, она принялась медленно заходить внутрь. На коленях перед массивной двуспальной кроватью полусидел ее любимый, а, напротив, держа того на прицеле небольшого пистолета, стоял и ругался незнакомец.

— Что-то ты не торопишься! Не ценишь жизнь своего дружка? — он схватил цепкими горячими пальцами Эванс за плечо и притянул к своему боку.

— Что Вам от нас нужно? Кто Вы, вообще?

Линдси не сдержалась и всхлипнула от боли и тревоги. Мужчина выпустил ее из рук и подтолкнул к Джиму. В низком голосе слышалась жестокость:

— Купер, это и есть твоя девчонка? Та самая, наивностью которой ты хвастаешься все время пребывания в роли должника?

— Алекс, не трогай ее. Я ей ничего не рассказывал, — Купер привстал и отодвинул Эванс в сторону. — Она ничего не знает.

— Совсем?

Мужчина осклабился и направил дуло пистолета вниз.

— Совсем, — уже чуть более уверенно заявил Джим, делая маленький шажочек вперед.

— Мне наплевать! — незнакомец ударил Купера под дых, отчего тот зашатался и закашлялся. — Не трогай его лучше, девчонка, если не хочешь, чтобы и тебе досталось.

Линдси оставалось всего-навсего стоять и смотреть на муки возлюбленного, который пытался прийти в себя. Собравшись с духом, она перевела взгляд на мужчину. Тот поймал его и недобро усмехнулся, отчего внутри девушки все перевернулось. Эванс не успела раскрыть рот, чтобы задать волнующий ее вопрос. Незнакомец фамильярно склонился вперед:

— Алекс Коул. Рад представиться и даже услужить, по требованию изысканной публики. Ваше?

— Линдси. Эванс.

— Хоть и дура, но красивая. Ноги длинные. Особенно, когда в одном полотенце. Ты же исключительно в нем?

Серые глаза пронзительно смотрели с каким-то беспощадным любопытством, заставляя девушку покрываться горячим румянцем. Линдси закусила губу, едва сдерживаясь от крика:

— Ладно, пусть я — дура, но тогда Вы объясните мне, сделайте милость, что, черт возьми, происходит в моем доме?

— Твой парень…

— Жених.

— Твой жених задолжал нам денег столько же, сколько стоит этот дом. Отнюдь не ваш, кстати.

— Во-первых, этого не может быть, потому что всего месяц назад я отдала свою новехонькую машину в счет долгов! Во-вторых, дом — наш, — Линдси подняла подбородок выше, злясь, — так как два месяца назад мы с Джимом выплатили последнюю сумму по ипотеке!

Мужчина вдруг расхохотался и затряс револьвером, а потом, присмотрев себе место, плюхнулся на край деревянного стола, стоявшего напротив окна. Коул быстро провел рукой по волосам, не отрывая довольного взгляда от пары, после чего стянул с себя тонкое коричневое пальто и кинул его на кровать.

— Купер, Купер, и как тебе только не стыдно обманывать свою невесту? Слушай, ты хоть покажи ей свою любовь, что ли? Или хотя бы подари благодарственный поцелуй? Ну, же?

— Прекрати, Алекс, — проскрежетал пришедший в себя Джим.

— Целуй ее, я сказал!

Интонация вмиг сменилась на раскатисто-злобную. Мужчина прищурился, чуть наклонившись вперед, будто находясь в кинозале. Линдси замотала головой, когда парень обнял ее за талию и стал поворачивать к себе лицом.

— Я не буду этого делать при нем, ты что?

— Ну, милая, надо, что тебе стоит? — тихо упрашивал молодой человек, беря девичье лицо в руки и пытаясь прижаться к губам.

— Мне все равно, что надо! Я не понимаю, что здесь происходит. Говорят, что ты меня обманул, у нас в доме какой-то бандит, а мы должны еще и целоваться на его глазах?

— Если бы у меня было время, — вдруг раздался тяжелый вздох, — я бы поиграл с твоим телом, девчонка, уж больно ты задиристая. Но времени у меня нет, поэтому так — либо поцелуй твой, либо пули от меня.

— Черт бы вас всех подрал, — прошептала Эванс и быстро прикоснулась к Джиму устами.

Она тщетно пыталась забыть о постороннем человеке и испытывать полноценное удовольствие от касаний мужских губ, когда, наконец, незнакомец зааплодировал и позволил паре разъединиться.

— Вот нынче я верю в наличие между вами чувств. Было даже страстно, хотя и жутко коряво. А теперь, Джим, марш в угол и хватит корчиться от боли — не так уж сильно я тебя и побил. А ты, девчонка, слушай внимательно и заруби на своем маленьком носу следующее: дом никогда не был вашим. Сказать, почему?

— Ложь. Я лично вносила деньги на счет…

— На счет моих боссов. Ежемесячно в один и тот же день поступали деньги, заработанные тобой и твоим, как ты сказала, женихом? — прозвучала вопросительная интонация. — Часть их уходила на аренду, действительно.

— Что за чушь? Я видела документы, я общалась с юристом вместе с Джимом, мы все проверяли! Это просто какой-то дешевый развод, верно? Очередные махинации, чтоб заставить наивных людей избавиться от своей жилплощади?

Линдси уже и забыла о своем виде, рассерженно взирая на противника. Ее глаза перебегали с незнакомца на тумбочку, на которой лежал телефон.

— Если Вы сейчас не уйдете, я вызову полицию. Лучше бы Вам поискать других лохов!

— Что?

Алексу показалось, что он ослышался, но в последующее мгновенье, встретив полный ненависти женский взор, едва не задохнулся от ярости. Он резко вскочил и сделал выпад вперед, хватая девушку всей ладонью чуть ниже подбородка и практически ударяя ее тело о стоящий сзади шкаф. Линдси тяжело выдохнула, застонав от удара и от болезненного сжатия.

— Слышишь, девчонка, разве можно так доверять своему женишку? Так ведь легко и на неприятности нарваться, — будучи на голову выше Эванс, Коулу пришлось склониться, чтоб увидеть осознание на девичьем лице.

Линдси сморщилась, чувствуя отвращение к почти касавшимся ее лица чужим мужским губам, но возможности отвернуться она была лишена. С трудом девушка произнесла, отводя грустный взгляд в сторону:

— Думаете, если не получается ложью, удастся насилием?

Алекса обожгло горячим женским дыханием, и он остановился, будто вкопанный. Чертыхнувшись про себя, мужчина отпустил Эванс и вновь вернулся на свое место. Мельком взглянув на белого, как снег, Джима, Коул усмехнулся.

— Ты не думала, почему вам удалось так легко найти дом? Такая выгодная сделка с очень низкими процентами? Мы же хотели убить его в назидании всем игроманам-должникам, когда твой Джим упал на колени, обещая расплатиться в течение всего пары-тройки лет. Он показывал твои фото, судорожно рассказывал о ваших отношениях, о твоей готовности начать жить с нуля в новеньком доме.

— Этого не может быть, — Линдси искала позади себя опору, куда можно было бы свалиться, окончательно не опозорившись. — Джим бы так никогда не поступил. Ни за что.

— Мы сделали все, чтобы ты поверила в осуществлении сделки. Этот дом принадлежит знакомому знакомых, который давно на том свете ввиду своих собственных долгов. И это было очень легко, кстати. В общем, с теми долгами твой женишок рассчитался, не спорю.

Линдси едва сдерживала слезы горечи, глядя лишь вниз перед собой.

— Послушайте, можно я пойду, оденусь? Я…

— Нет, нельзя, — он бархатно рассмеялся, — У тебя привлекательные ноги, хочу на них полюбоваться.

— Ну, и идите к черту тогда! Ясно? Какого лешего Вы приперлись сюда именно сегодня, именно сейчас, когда дома нахожусь я? Нельзя было решить проблему в другом месте? В чем смысл, если вы так отлично все провернули и ежемесячно получали от меня деньги?

Девушка гневно взмахнула правой рукой, продолжая левой придерживать полотенце, и сбросила с тумбочки все предметы, включая фотографию молодой пары. Женское лицо было перекошено от бессильной ярости и обиды. Линдси с трудом сдерживалась, чтобы в присутствии этого нахального бандита с вызывающей усмешкой не наброситься на жениха с кулаками. Алекс осклабился, выдерживая многозначительную паузу:

— Да я и не знал, что ты будешь дома. Мой помощник сказал, что ты на работе задержалась, вот я и пришел в гости к Джиму. А то этот бессовестный все время от нас удирает, прячется то за спиной банка, то за твоей спиной. А так, с черта два бы я стал создавать лишний шум. Оно мне надо, вообще?

— Откуда я знаю, что Вам надо? — огрызнулась Линдси и внезапно швырнула в лицо Джиму подвернувшее маленькое полотенце, висевшее на стуле. — Как ты мог так со мной поступить, скотина? А те деньги, что лежат на столе…

Джим подскочил, будто ужаленный. Не обратив должного внимания на попавший в него кусок ткани, он постарался перебить девушку, начиная шикать и махать руками:

— Какие еще деньги? Я пошутил тогда, ты что? Котеночек, перестань, — на губах разлилась широкая улыбка.

— Сукин сын, какие еще шутки? Ты же сказал, что это — твой выигрыш! Ты меня и на этом моменте обманул? Снова у кого-то занял, чтобы отдать долги?

Купер тщетно пытался обнять девушку. Та ничего не хотела слышать, только вырывалась и отталкивала от себя парня. Алексу быстро надоело оставаться в стороне, поэтому он подскочил к ссорившейся паре, схватил за плечи Джима и буквально швырнул его в угол за кровать. Мужчина пребольно ударился об острые углы и тяжело засопел, потирая ушибленные места. Коул приблизился к еще не успевшей отдышаться Эванс и ударил кулаком в шкаф рядом с ее головой, заставив отступить к мебели впритык.

— На меня глаза, на меня, — Алекс бормотал, вынуждая девушку поднимать голову вверх. — Вот так-то лучше. Дважды спрашивать не буду: что за деньги?

— Нет никаких денег! — отчаянно возопил Купер, продолжая сидеть на коленях.

Мужчина резко повернулся к пленнику и навел на него пистолет:

— А, ну, цыц, а то в теле сейчас появится новая дырка! Итак?

Линдси со страхом и нарастающей ненавистью смотрела на напряженного противника. Ее выводило из себя то, как коллектор нависал над пленницей, как откровенно по-хамски держался, будто находясь в своем-собственном доме. Эванс ахнула про себя, вспомнив, что это построение ей больше не принадлежит, и от понимания этого на глаза набежали слезы. Девушка мгновенно опустила взгляд, не желая, чтобы нападавший считал, что он — причина. Наконец, она буркнула:

— Деньги лежали на кухне в черном пакете. Их хватит, чтоб Вы отстали от нас?

Алекс коснулся подбородка колючими пальцами и приподнял его. Линдси напряглась, вжимаясь в древесную стенку и сосредоточенно наблюдая за манипуляциями незнакомца. Продолжая держать в правой руке револьвер, Коул с любопытством рассматривал побледневшее лицо вынужденной заложницы. Девушка определенно злила его своей неспособностью запоминать данную им информацию, тем, как глупо и дерзко она вела себя, полагая, наверное, что этот эпизод является шуткой, мимолетным полетом фантазии, плохим сном. Он поймал вопросительный взор, в котором читалась печаль с оттенком ярости, и усмехнулся. Алекс резко наклонил голову и укусил за подбородок, вызвав у Линдси протестный вопль. Он больше не успел ничего сделать, потому что девушка толкнула его назад. Ее бросило в жар.

— Не смейте прикасаться ко мне!

— А ты не смей говорить такие глупости! — Коул развернулся к ошалевшему Джиму. — А ты чего там расселся? Бегом марш за деньгами, урод! Даже защищать не кинулся свою невесту, ишь ты. А если бы я ее сейчас на пол повалил, а?

— Алекс, перестань. Достаточно, ладно? Я все понял, — Купер поднял руки вверх, будто сдаваясь, и вскочил на ноги. — Обещаю тебе, что все деньги будут возвращены в срок…

— Который кончился полгода назад? Джим, ты знаешь, что ты самый везучий должник в мире? Никто не похищал твою девчонку, не разделывал тебя на органы. Да тебе даже ничего ни разу не отстреливали! И ты еще смеешь выкаблучиваться, утверждая, что ты все вернешь?

— Алекс, послушай…

— Джим, милый, — вдруг раздалось со стороны шкафа, — пойди, наконец, на кухню и принеси эти чертовы деньги, потому что я, если ты забыл, стою здесь из-за тебя практически голая и вынуждена терпеть этого мерзавца в своем доме! Что бы кто ни говорил, ясно? — она бросила рассердившийся взор на обоих мужчин. — И, вообще, мне надо выпить, поэтому я пошла в гостиную.

Линдси отвернулась спиной, ожидая услышать взвод курка, но последовала лишь ухмылка. Девушка выдохнула, вконец замерзшая, и встала перед круглым столом, пытаясь одной рукой придерживать полотенце, а другой — откупоривать графин с джином и наливать его. В это время Коул держал под контролем пистолета пересчитывающего деньги Джима и тяжело вздыхал. Он очень жалел, что его наниматели — такие добрые люди, которые до последнего ждут возврата долгов. Он бы с радостью пристрелил парочку таких, как Купер. Алекс покосился на хрупкую фигуру девушки и довольно расхохотался про себя.

— Я помогу, держи уж свое полотенце.

Он появился за спиной, заставив Линдси вздрогнуть и покрепче схватиться за влажную ткань. Коул быстро наполнил два стакана почти бесцветной алкогольной жидкостью и, обхватив девушку за талию так, что ладонь легла на живот, схватил один.

— Алекс, не трогай ее, пожалуйста, ты же получил свое!

Почему-то Эванс услышала наигранность в голосе жениха вместо переживания. По-видимому, так показалось не только ей, ибо бандит лишь крепче прижал к себе девушку. По спине пробежал холод. Линдси едва сдерживалась от крика. Голос с хриплыми нотками раздался над самым ухом, когда чужие губы коснулись мочки:

— Что же ты? Бери, пей, сама же хотела.

— Джим, — чуть слышно произнесла Линдси.

— Боже, какая недотрога!

Алекс отпустил ее и отошел в сторону, уставился на пакет с деньгами, потом на белого как снег мужчину, по вискам которого стекал пот, и переметнул взгляд на девушку, залпом опустошающую стакан с джином. Поперхнувшись, она закашлялась. Вытерла губы ладонью и повернулась к недвижимым парням.

— Теперь я бы тоже хотела знать обо всем этом чудовищном безобразии.

Глава 2. Выходной насмарку

Ночь наступила неожиданно быстро. Лунные лучи тщетно стучались в закрытые окна. Задернутые наглухо непроницаемые шторы не позволяли проникнуть в обитаемый дом, где два человека сидели в гостиной на диване и разговаривали. Линдси переоделась в домашнее платье сразу после того, как незваный гость покинул дом, и тогда же вместе с женихом опустошила бутылку джина. Она смотрела на засыпающего Джима, остававшегося все еще в деловом рабочем костюме, и не могла прийти в себя. Девушка судорожно сжимала и разжимала пальцы, как будто это могло помочь разрубить водоворот событий.

Никакого романтического вечера не получилось. Никакой страстной любвеобильной ночи не будет. Линдси запрокинула голову назад, упираясь затылком в мягкую спинку дивана:

— А будет ли, вообще, еще что-то между нами?

Джим врал ей последние годы. Девушка поднялась и принялась ходить по дому, заглядывая с подозрением в каждое помещение: она была здесь счастлива, вкладывая душу в ремонт всех уголков здания, меняя под их с Джимом жизненный стиль. Эванс внезапно вспомнила о саде и издала тоскливый стон:

— Что же ты наделал, идиот? Что же ты наделал?

Он оказался должен еще пятьдесят тысяч долларов. Парень действительно перестал играть в азартные игры, посещать бои животных, но оказалось, что на смену одного пришло другое — ставки на спортивных играх, чемпионатах, все, что касалось соревнований и рекордов. Линдси никогда бы в голову не пришло, что такая зависимость тоже существует, что это — не выдумки художественных фильмов, а реальная угроза семейному благополучию. Девушка забралась на второй этаж и зашла в кабинет жениха. На столе у того стояла фотография в рамке, на которой были изображены влюбленные в обнимку во время метели. Эванс села на гладкую поверхность, задрав ноги, и зарыдала, прижимая к себе фоторамку, будто та была способна исцелять сердечные раны.

— Ненавижу тебя! — она с бессилием бросила фото в стену.

Раздался треск пластмассы и звон стекла, но на этом Линдси не остановилась, принявшись крушить все вокруг. Первым пострадал шкаф, заполненный рабочими папками. Он с грохотом упал вперед, обрушившись на стол. Одна ножка не выдержала и сломалась, с поверхности мигом покатились письменные принадлежности. Еще через пять минут, когда в живых оставались лишь жалюзи, влетел испуганный Джим, уверенный, что в дом ввалились очередные бандиты.

— Как ты мог? Я тебя никогда не прощу! Слышишь? Джим, это же был наш с тобой дом! А ты все деньги пустил по ветру. Как ты мог так со мной поступить? Джим! Ты же сделал мне предложение, ты же обещал мне счастливую жизнь, полную доверия и честности!

— Лин, хватит, перестань, прошу тебя! — Джим пытался перехватить женские кулаки, норовящие нанести болезненный удар по его телу. — Я же извинился. Клянусь, что все до копейки верну тебе. Честное слово, я больше не буду играть никогда, как только раздам все долги.

— Что? Я не ослышалась?

Эванс истерично расхохоталась, прекрасно понимая, что парень не шутил. Освободив одну руку, она нанесла хлесткий удар по щеке, затем еще один, после чего Купер внезапно бросился целовать девушку. Разгоряченная смешением эмоций Линдси поддалась мужчине и легко отозвалась на его прикосновения. На раскуроченном столе молодые люди принялись заниматься любовью.

Спустя девять часов парочка, крепко спавшая на широкой кровати под теплым одеялом, была разбужена скрипичным исполнением. Линдси, не открывая глаз, нащупала рядом с собой на тумбочке мобильный и наугад ткнула несколько кнопок. Телефон унывно замолчал.

— Мне надо собираться, сегодня много дел, — Купер быстро сел на кровати и принялся искать ногами тапки на полу.

— Сегодня же суббота, выходной. Джим, ты… — Линдси замолчала, не зная, стоит ли добавлять окончание. — Мы с тобой…

— Все будет в порядке. Да, я знаю, что солгал тебе по поводу дома, но ты же прекрасно понимаешь, что я не хотел терять тебя! Ведь ты и так из-за меня лишилась машины, а что было бы, если б ты узнала о том, что и это великолепное здание с садом чужое? Я рассчитывал все вернуть им в течение года и взять похожий дом в кредит на себя.

— Якобы ты продал этот и купил новый?

Линдси поднялась на постели, оперлась головой о перила и недовольно смотрела на жениха. Тот не смог долго держать взгляд и опустил карие глаза вниз. Взлохматил кудрявые черные волосы пятерней и почти жалобно улыбнулся:

— Да, именно так.

— Сколько лет ты играешь? Вообще, просто играешь, безразлично во что.

— Начал в 20 лет, друзья подсадили. То есть, — он на миг застыл, перестав застегивать пуговицы на рубашке, — уже вот десять лет как.

— Хороши друзья, ничего не скажешь, — Линдси обмоталась одеялом, начиная вновь злиться.

— Малыш, да ты что? Когда мы с тобой познакомились, я был по уши в долгах, но моя любовь была к тебе настолько сильна, что я сбросил с себя игровое ярмо! Ну, почти бросил, ладно. Но когда мне понадобилась твоя помощь — я уже больше не участвовал в ставках.

— Во всех, кроме бегов и чемпионатов? О да, замечательно, ты бросил одну сторону. Но при этом забыл упомянуть, пока я тебе помогала, что есть и вторая, стоимость долгов в которой — весь наш дом?

— Теперь ты знаешь зато, отчего он обошелся нам так дешево, — Джим виновато пожал плечами, бросаясь на кровать и крепко обнимая любимую.

Линдси лежала, не двигаясь, под тяжестью мужского тела.

— Так вот, где ты заработал вчерашнюю стопку денег? Ты понимаешь, что тебе придется еще год батрачить, чтоб отдать им долг?

— Я отыграюсь, есть абсолютно беспроигрышный вариант! — Купер жадно зашептал на ухо, после чего принялся покрывать лицо сухими поцелуями.

— Никаких игр, достаточно! Ты что, с ума сошел?

Девушка встрепенулась и схватила мужчину за плечи, начиная трясти его. Голубые глаза наполнились слезами.

— У нас и так ничего нет! Ни дома, ни машины. Оставь хоть любовь и самоуважение между нами. Оставь честь и совесть в придачу. Нет, если ты меня любишь, то ты сделаешь не более того, как скажу я! Твою зарплату, всю до копейки, мы отдаем этим бандитам, а на мою живем. Как только все заканчивается, моментально съезжаем, беря в кредит, естественно, на твое имя, новый дом. Или мы расстаемся прямо сейчас. Может быть, — она горько усмехнулась, — я тебе более и не нужна?

— Что за глупости? Я тебя люблю! Хочу, чтобы ты была моей женой, матерью моих детей! Я клянусь, что сделаю тебя самой счастливой в мире! Прости меня, такого идиота, забывшего обо всем, кроме этих дурацких игр.

Джим соскочил с кровати и упал на четвереньки:

— Прости меня, пожалуйста. В последний раз. Хочешь, на колени перед тобой встану?

— Ты уже на них стоишь, — поневоле Линдси пробрал смех.

— И буду стоять до тех пор, пока не скажешь, что любишь меня!

Джим мотнул головой в сторону, отчего коротко остриженные кудри качнулись и упали вперед. Линдси не выдержала и рассмеялась совсем громко, потянув шею назад. Она состроила гримасу, а потом быстро и тихо произнесла одними губами:

— Я тебя очень сильно люблю. И куда ты направляешься?

Вчера оказалось, что кредиторов было двое. Один, владелец известной на весь город охранной компании «Гнездо из патронов», руководил ставками на азартные игры и нелегальными боями. Именно ему обманом выплачивался долг на протяжении последних двух лет. Спортивными же ставками занималась букмекерская контора «Ставь удачу», единственная имеющая сеть филиалов по Новому Орлеану и жестко давящая всех своих конкурентов, часть из которых была поглощена впоследствии. Управление букмекеров быстро раскопало всю биографичную информацию на Купера и, узнав об идентичном долге фирме «Гнездо из патронов», связалось с ее представителями. Те любезно согласились предоставить конторе их лучшего коллектора — Алекса Коула, уже имевшего опыта выжимания долга у Джима и с охотой согласившегося продолжить сие увлекательное знакомство.

Как Джим собирался наскрести в краткие сроки пятьдесят штук зеленых — это не волновало никого, кроме Линдси, сидевшей сейчас на кровати с крепко зажатым в ладонях одеялом. Она внимательно смотрела в глаза обманщика-жениха и ждала вразумительного ответа. Ей очень хотелось поверить в то, что Купер готов предложить нечто такое, что бы восстановило под ногами почву. Парень хитро улыбнулся и поднял руки высоко вверх:

— Я собираюсь спасать нас с тобой. В мои планы определенно входит добыть денег и облегчить свое существование, избавить нас от этих кретинов-коллекторов.

— Серьезно? — девушка сыронизировала, чуть наклонив голову вбок. — То есть ты мне не скажешь?

— Нет. Но я знаю, как все устроить. Лин, обещаю, что в этот раз не облажаюсь ни за что! Поверь мне, любимая, пожалуйста. Всего лишь один раз, ладно?

Он наморщил покатый лоб и опустил вниз тонкие губы, вызывая морщины по краям. В карих глазах виднелось сожаление. Линдси махнула рукой.

— Ладно, я хочу тебе верить. Серьезно, хочу, поэтому… только вернись, живым и здоровым. И без новых долгов.

— Никаких новых долгов, — Джим обрадовался и налетел с поцелуями. — Все, побежал.

Линдси проводила жениха до порога и тяжело вздохнула. Не желая нервничать и думать о вчерашнем вторжении коллектора, она сделала лучшее, на что была способна в таком настроении — принялась за уборку дома. Вытирание пыли, мытье полов и окон, стирка и глажка белья, наведение порядка на полках отняло у девушки весь день. Уже от солнца оставались одни ярко-оранжевые расплывчатые лучи, когда Линдси начала полив сада. Она с упоением вдыхала аромат цветов, вытирая со лба пот, и держала глаза прикрытыми. Шум воды легко перекрылся внезапным стуком в калитку. Темноволосая хрупкая девушка вздрогнула, вдруг испугавшись того, что показало ей воображение. Закусив губу, она встревоженно закрыла воду и кинулась к воротам в обход дома. Не мешкая, Эванс распахнула их и удивленно замерла на месте.

— Вчера куртку у вас забыл, представляешь?

Алекс Коул, собственной персоной появившийся на пороге двухэтажного дома, стоял и ухмылялся. Его искренне повеселило выражение девичьего лица — страх в глазах, лоб сморщился в недоумении. Высокий, грубого телосложения мужчина держал руки в карманах черных джинсов и неторопливо изучал фигуру невесты должника. Лимонного цвета футболка была влажной и облегала спортивное тело; бежевые короткие, но не мини, шорты, плотно сидели на ореховидной попе. А бледные стройные ноги украшали коричневые шлепки. Он с интересом нырнул в чужие глаза, отмечая, что Линдси была утомленной и испуганной.

— Д-да, точно. Я и забыла. Но Джима сейчас дома нет, — она быстро поправила высокий хвост из пышных волос и все так же осталась стоять.

— Я знаю. После того, сколько денег он должен, было бы странно, если бы он сидел, сложа руки. Дай, я пройду, ага?

Линдси едва кивнула и отошла назад. Алекс мгновенно переступил порог и захлопнул за собой ворота, после чего присвистнул и показал рукой в сторону дома:

— Ну, ты чего застыла? Веди уж, хозяйка.

— Я, вообще, сад поливаю, — Эванс наконец-то пришла в себя и дернула плечами. — Сделайте милость, присядьте в гостиной, пока я закончу полив, потому что солнце скоро сядет, и мне будет ничего не видно.

— Послушай, я не намеревался задерживаться, детка. Отдай мне куртку и поливай, что хочешь! — мужчина мигом вспылил.

Линдси замерла напротив входной двери, опешив. На ее лице отчетливо проявилось недовольство.

— Как Вы меня назвали?

— Так, как я называю всех особей женского пола! — парень коротко хохотнул, запрокинув голову назад.

— Вот своих особей так и называйте, ясно? Пусть Вы и коллектор, но это не дает Вам право на… черт, уже солнце почти село. Все, у меня нет на Вас времени.

И Эванс, не договорив, распахнула стеклянную дверь, кидаясь через прихожую на противоположную сторону дома, к зеленому саду. Рассерженный Алекс сначала думал пойти вслед за девчонкой и отвесить пару оплеух, но остановился по центру прихожей перед чугунной лестницей и направился в спальню, где, собственно, вчера и было оставлено пальто. Однако там его ждал идеальный порядок.

— Ладно, подождем твою мать… — и незваный гость перешел в гостиную.

Линдси поспешно поливала цветы, не обращая больше никакого внимания на дуновение теплого ветерка, на поющих вечерних птиц и на сладкий запах роскошных цветов. Девушка находилась в состоянии растерянности, злясь попеременно то на себя, то на исчезнувшего где-то Джима. Ей определенно не следовало открывать калитку, а, с другой стороны, зная, кто это, разве Эванс смогла бы поступить по-другому? Линдси тяжело выдохнула, подходя к последней клумбе. Сзади хлопнула дверь, после чего раздались тяжелые шаги.

— А у тебя здесь красиво. Это ты сама все сделала? — голос был удивлен.

Эванс обернулась и стала еще более недовольной: мужчина присел на ступеньки, прихлебывая из стакана нечто. Алекс заметил несдержанную гримасу и приподнял его вверх:

— Джин, будешь?

— Да пейте Вы что хотите! Только какого черта Вы пришли сюда обутый? Представляю, какая там грязища теперь! Я, вообще-то, сегодня весь день наводила порядок! Знаете ли, это достаточно трудно!

Девушка с трудом удерживала скользкий шланг в ладони, вне себя от досады. Эти гигантские черные ботинки наверняка натоптали на ее блестящем паркете. Линдси с грехом пополам сдерживалась, чтобы не взвыть.

— Да видел я этот порядок, — невозмутимо поднялся Алекс и приблизился к девушке, — в спальне. Пытался честно найти там свое пальто, но, увы.

Линдси застыла на месте, смотря в широкие черные зрачки высокорослого собеседника. Это было ударом под дых для помешанной на чистоте и порядке девушки. Алекс повернулся к колючему кусту, наклонился и принюхался.

— Интересно, что это за цветы такие? Пахнут прикольно.

Шланг выскользнул из ослабевших женских пальцев, и холодная струя ударила в грудь мужчины. Тот быстро закрыл лицо рукой, вскрикнув от низкой температуры воды и неожиданности, а второй попытался ударом отвернуть от себя наконечник. Линдси, забывшись, действовала на эмоциях и мгновенно отпрыгнула назад. Наконец, поймав резиновую трубку, мокрый Алекс невольно направил ту на девушку, вынудив ее начать отбиваться и прикрываться. Внезапно придя в себя, Коул разозлено захрипел и откинул надоевший шланг в сторону, после чего рывком достиг промокшей побледневшей Линдси и схватил ее за тонкую шею.

— Дрянь ты такая! Думаешь, так можно? Такая крутая, что ли?

Он поднял девушку в воздух, и та принялась брыкаться ногами, пытаясь в то же время оторвать огромную шершавую ладонь от своего горла. Дыхание закончилось бы моментально, стоило нападавшему чуть сжать хрупкие мышцы. Линдси громко застонала от боли и шока. Коул чертыхнулся и кинул девчонку на землю в сторону. Его ярости не было предела. Он вбежал по ступенькам в дом и со всей силы хлопнул стеклянную дверь, оставив расползающуюся по ней паутинную трещину. Послышался его рык.

Линдси подхватилась с земли и бросилась внутрь помещения, предвидя недоброе. Она издала гортанный крик, когда увидела принявшегося топтаться по белоснежному ковру в гостиной, лежащему перед массивным диваном из коричневого кожзаменителя.

— Хватит, пожалуйста, хватит! Я же не специально, ну, почти не специально! Стой, пожалуйста!

Алекс стянул с себя насквозь мокрый свитер, обнажаясь, и остановился по центру комнаты. На губах появилась зловещая ухмылка. Линдси попятилась назад, предчувствуя, что надо бежать. Лицо сразу посерело, а голубые глаза увеличились, ошарашенно взирая на чуть согнувшегося, двигающегося вперед мужчину.

— Значит, не надо, да? Значит, стой?

— Послушай, как тебя там, — Линдси с ужасом наткнулась на стенку, — твое пальто висит на сушилке в ванной на втором этаже. Забирай его и уходи, ладно?

Алекс расхохотался, находясь уже в одном шаге от желавшей исчезнуть Эванс.

— Какая ты добрая, — он снова схватил ее за шею. — Знаешь, так бы и придушил тебя, но мне определенно нужно нечто, чем можно было бы шантажировать твоего женишка. Увы, никаких детей или любовниц у него нет.

Взрослый мужчина со сверкающими, от всё той же ярости, глазами крепко держал старавшуюся вырваться девушку и усмехался, получая удовольствие от возможности властвовать. Линдси с трудом смогла произнести хоть слово, растворяясь в довольном мужском взгляде:

— Тебя это заводит? Любишь доставлять боль окружающим, да? Поэтому пошел в коллекторы?

Почему-то это раздосадовало мужчину, и он мгновенно отпустил случайную пленницу, а по лицу пробежалась болезненная гримаса. Алекс приподнял брови, опершись на обе ноги, и деловито облизал нижнюю губу, после чего провел по влажным коротким волосам всей пятерней. Линдси старалась прийти в себя, желая только одного, чтобы мужчина убрался из дома, в котором она пока еще жила. Раздался краткий кашель. Девушка встрепенулась, пряча пряди длинной челки за уши, и подняла голову вверх.

— Хочешь знать, что меня заводит? — он прищурился и резко упал вперед.

Линдси даже не успела ойкнуть, когда Алекс прижался к ее губам, не думая отпускать. Эванс замотала моментально головой, принимаясь отталкивать от себя негодяя, но тот легко свел девичьи руки над теменем, прижав к стене левой ладонью, а правой крепко взялся за нижнюю челюсть, мешая брыкаться. Эванс издала тяжелый всхлип, продолжая быстро моргать и не понимая, что происходит. Чужие губы терзали ее собственные, кусая, оттягивая и накрывая мокрыми поцелуями. Алекс ни на секунду не отрывался от нее, продолжая действовать напористее. Удивленно Линдси, будто припаянная к стене огромным телом нападавшего, заметила, что тот проделывает эти манипуляции с закрытыми глазами.

Девушке стало не хватать воздуха, и она чуть приоткрыла рот, чем тут же воспользовался Коул. Его язык, пропитанный вкусом алкоголя и дорогих сигарет, быстро проник внутрь, вызывая новую порцию гнева Линдси. Хотелось выть от обиды, стукнуть обидчика чем-нибудь тяжелым, но почему-то внезапно по коже прошла энергетическая волна. Эванс вздрогнула и дернулась, прогоняя от себя странное чувство, но было поздно, и глаза прикрылись, когда девичий язык, прячущийся в глубине рта, все же соприкоснулся с широким мужским. По спине пробежал колючий ток, заставивший Линдси подчиняться настойчивым, но в то же время мягким касаниям мужских губ. Отчего-то девушка не устояла и едва прикусила одну, пробуя на вкус.

Коул хотел наказать девчонку за ее сумасшедшее отношение к порядку, за то, что она посмела облить его водой, особенно за то, что она постирала его дорогостоящее пальто! Он чувствовал и со смехом ловил тщетные попытки отбиться, с легкостью использовал заминку женского вдоха ртом, а потом его накрыло неожиданное возбуждение. Алекс издал несдержанный стон, когда девчонка стала пробовать вкус его губ, и лишь сильнее придавил женские ладони к стене, ощущая шевеление в джинсах. Раздался хлопок входной двери. Коул в ту же секунду отстранился от Линдси, сделал несколько шагов назад и прильнул к бутылке с бренди. Тяжело дыша, Эванс бросилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

— Дорогая, я дома! Ты не поверишь, что сегодня…

Джим застыл перед гостиной, осматривая загрязненное помещение, следы от мужской обуви, ведущие вправо к спальне, и только после этого перевел взгляд на вытирающего губы Алекса. Нежданно для себя, его слова были произнесены ужасно хриплым тоном:

— Твоя девчонка отправилась за моим пальто. Но ты не волнуйся, дорогой, я тоже с радостью выслушаю твои вести!

Коул ухмыльнулся, ловя себя на мысли, что внутри опять нет ни намека на чувства — будь то раздражение, или сарказм, исключительно обыденная пустота. Теперь мужчина вновь привычно играл в эмоциональность.

— Итак, присаживайся, я слушаю.

— Я выиграл сегодня кое-что, но не отдам тебе, потому что завтра будет еще один шанс отыграться. А в понедельник мы получаем зарплату, тогда я все разом и передам тебе, ладно? — голос Джима неприятно дрожал, а глаза бегали.

Линдси быстро вбежала в ванную комнату и принялась полоскать рот, не отдышавшись. Хотелось немедленно забыть привкус чужого рта, выбросить эти странные пять минут из прошлого. Эванс старательно убирала проскальзывающие на поверхность мысли о том, что она ловила похоть в мужских штанах, что поцелуй мог длиться еще долго, если бы не появление жениха, что Линдси начинала получать сладкие искры от мужских касаний. Недовольная собой, девушка стащила чистое пальто Коула и поспешила вниз. Она услышала, как Алекс согласился, появившись тотчас перед обоими мужчинами.

— Держи… те, — спохватилась девушка, бросая Коулу пальто. — И свитер свой не забудьте, пожалуйста, тоже.

Серые глаза заблестели, а губы тихо полюбопытствовали:

— А что мне еще не забыть?

— Расположение выхода.

— Знаешь, Джим, — мужчина повернулся к всё еще пребывающему в полной растерянности парню и хлопнул того по плечу, — тебе повезло иметь такую девушку.

— В смысле? — осторожно переспросил Купер, с тревогой взирая в прищуренные глаза коллектора.

— В самом прямом смысле. В прямом, разумеется.

Алекс весело расхохотался, увидев, как краской залились оба собеседника. Теперь он мог спокойно уйти.

Глава 3. Данные обещания

— Ты лишь посмотри, какую грязь оставил этот мерзавец! — тяжело простонала Линдси и упала на колени перед испорченным любимым ковром.

— Ну, ты что, милая моя. Не стоит так убиваться из-за какой-то тряпки, — принялся гладить девушку по голове взволнованный Джим. — Главное, что он ушел уже.

— Из-за какой-то тряпки? Ты в своем уме, вообще?

Молодая женщина махнула зло волосами, подскакивая и отталкивая от себя растерянного происходящим мужчину. Линдси схватилась за края недавно белоснежного пушистого ковра и принялась бойко скатывать его в рулон. Гладкий лоб испещрили морщины, короткие каштановые пряди вторично выбились из прически и теперь лезли в глаза, из которых начинали капать слезы. Джим еще мгновение наблюдал за действиями невесты, после чего выдернул у нее из рук вещь, кинул в угол и сжал девушку в объятиях.

— Лин, скоро все устаканится, верь мне, пожалуйста. Я сегодня выиграл крупную сумму, понятно? Завтра еще чуть-чуть доиграю, и в будни уже часть долга исчезнет. Ну, же, солнышко, не отталкивай меня! Если захочешь, я договорюсь, чтобы нам этот дом продали по-настоящему уже, как только отдам долги.

Он быстро шептал на ухо всхлипывающей девушке, поглаживая ее напряженную спину. Та вдруг расслабленно уткнулась в шею и горько вздохнула:

— Джим, слава Богу, что ты пришел! Эта сволочь начала приставать ко мне, представляешь? Не знаю, что бы было, если бы ты не появился так вовремя.

— Он к тебе приставал? — парень отстранился и недоуменно воззрился в заплаканные голубые глаза.

— Да, — Линдси грустно кивнула, — прямо перед твоим приходом.

— Подонок.

Джим очень тихо произнес последнее слово и вновь продолжил обнимать любимую. Но интонация почему-то очень задела Эванс, заставив появиться мысли, что мужчину эта новость едва ли затронула. До глубокой ночи девушка продолжила убираться, отправив Купера спать — тот собирался убегать по делам уже рано утром. Несмотря на свое недовольство тем, что выходные дни были совершенно испорчены, Линдси сейчас больше переживала из-за неизвестности в ближайшем будущем. С тревогой она провожала жениха в шесть утра и только после этого сумела заставить себя лечь спать. В полдень девушку пробудил звонок от исполнительного директора — Ричарда Стоуквелла.

— Да, слушаю Вас. Что-то случилось? — голос был откровенно сонный.

— С нашим банком на днях будет заключена крупнейшая сделка века, ты еще помнишь об этом?

— Конечно.

Стоуквелл говорил сухо и отрывисто, преисполненный величия даже вне рабочего времени:

— Тогда в понедельник принеси ключ от хранилища. Надеюсь, ты никому его не передавала и не показывала?

— Разумеется, что нет, Ричард. Вы же прекрасно знаете, как я отношусь к своей должности, — Линдси искренне возмутилась.

— Вот и замечательно. Замечательно. До понедельника, Эванс.

Девушка положила трубку на место, не заметив ничего замечательного в этом звонке. Пожалуй, весь Новый Орлеан знал о том еще с месяца два назад, что в «Мершмеллоу» должны прилететь клиенты со Швейцарии для обеспечения сохранности короны, когда-то принадлежавшей самой сестре царицы Клеопатры. Все мало-мальски значительные мировые СМИ разнесли эту информацию, объясняя сей поступок швейцарцев пожеланием их 92-летней прабабушки. Линдси предпочитала не вдаваться в детали прихотей европейских олигархов, занимаясь лишь своими непосредственными обязанностями. Тем более было странно, что Ричард Стоуквелл вдруг обеспокоился конфиденциальностью.

Эванс скатилась с кровати на пол, поправила ночную сорочку и босиком подошла к небольшому сейфу, скрытому в углу под навесной тумбочкой. Удостоверившись, что тяжелый некрасивый ключ по-прежнему отдыхает в бархатной коробочке, Линдси с облегчением выдохнула. Теперь все её мысли были заняты женихом и его действиями: с нетерпением ожидая возвращения Джима, Эванс принялась за готовку еды, но продукты будто объявили девушке бойкот, постоянно выскальзывая из рук и вызывая новую и новую порцию недовольства.

Уже давно стемнело, но Купер все не возвращался. Девушка сидела в гостиной перед включенным телевизором и старательно прислушивалась к звукам, доносящимся извне. Дребезжания ключей слышно не было. Так в ожидании Линдси и уснула, пробудившись спустя время от лая соседской собаки.

— Черт, проспала! — девушка испуганно вскочила с дивана, бросаясь в свою комнату к шкафу с одеждой.

На часах было 8:30, в то время, как Эванс выскочила на улицу и принялась закрывать калитку. Только на работе, опоздав на час с лишним, она вспомнила о том, что Джим так и не пришел домой. Ни одного пропущенного звонка или оставленного сообщения в памяти телефона не значилось. Запыхавшаяся Линдси сидела в своем небольшом кабинете и быстро расчесывалась, ожидая прихода начальника. К ее счастью, сегодня Ричард должен был встречать лично в аэропорту тех самых важнейших клиентов, поэтому на работе он пока отсутствовал.

— Мари, принеси мне кофе, хорошо? — молодая женщина нажала кнопку вызова секретарши.

— Конечно, мисс Эванс, пару минут подождите.

После короткого стука в дверь на пороге появилась миловидная полненькая девушка-студентка, подрабатывающая в банке на полставки. Линдси она нравилась. Вот и теперь Эванс улыбнулась и поинтересовалась самочувствием Мари. Та добродушно кивнула и уже собралась выходить, когда начальница дернулась вперёд:

— Ой, Мари, скажи, а Джим Купер еще не появлялся на работе?

— Могу уточнить, — она пожала плечами.

— Узнай, пожалуйста.

Линдси встревожилась, получив информацию касательно просьбы жениха прийти ко второй половине дня на работу. Расстроенно она набирала номер телефона любимого, но тот был выключен. Не отпускало плохое предчувствие. Эванс залпом опустошила чашку с горячим напитком и закашлялась, вспомнив, что не положила туда сахар. Принявшись отплевываться с перекошенным от горького вкуса кофе лицом, Линдси пропустила предупреждающий вызов Мари и пришла в себя только, когда за спиной у двери раздался кашель.

— Ой, это Вы, Ричард, — Эванс моментально смутилась, будучи пойманной врасплох, — я просто…

— Ключ давайте, поговорим потом, меня ждут.

Щуплого вида высокий мужчина напоминал трость, где голова служила согнутым набалдашником. Всегда одетый с иголочки, он, тем не менее, не вызывал симпатии или дружелюбия. Ричарда Стоуквелла остерегались, боялись, обходили стороной даже клиенты, предпочитая иметь дело с более эмоциональными личностями. Но свою работу мужчина выполнял настолько безукоризненно, что наработанный опыт стал гораздо важнее, чем внешний отталкивающий вид. И те новые клиенты, которые все-таки решались иметь дело с «Мершмеллоу», по итогу оставались более, чем довольны сотрудничеством. На горбатом носу неплотно сидели очки с золотой оправой, цепочка от которых была спрятана в верхний карман пиджака. Достав карманную расческу, мужчина быстро провел по редким прилизанным волосам гребешком. Стоуквелл немного сердито смотрел на порозовевшего заместителя, пока та бойко копалась в сумочке в поисках ключа.

— Вот, — она протянула коробочку. — В целости и сохранности.

— Замечательно. Сегодня Ваш ключ, наравне с другим имеющимся, дополнят еще одним-двумя зубцами усложненного характера, после чего он будет вам возвращён.

— Понятно, сэр, — Линдси быстро кивнула.

— Сколько у Вас сегодня личных встреч?

— Пять.

— Хорошо, в таком случае, когда освободитесь, ступайте в канцелярию и получите зарплату за прошлый месяц. Негоже, если сотрудника лишают возможности получать денежное удовольствие от работы. Верно?

Линдси потрясенно взглянула на начальника, уверенная, что тот улыбается. Возможно, впервые за многие годы Ричард Стоуквелл пошутил.

— Верно, сэр.

— Тогда я ушёл. Удачного дня, мисс Эванс.

До обеда Линдси бегала по многослойному кирпичному зданию, раздавала указания, подписывала бумаги и проводила встречи с клиентами, намереваясь освободить себе время для встречи с Джимом. Того запыхавшаяся девушка, сбросившая с себя не так давно пиджак, перехватила на входе в банк. Мужчина выглядел уставшим, но очень довольным.

— Любимая моя! — Купер схватил Эванс в объятия и потащил в архив, где судорожно принялся стаскивать с девушки одежду.

Через полчаса оба, выдохшиеся и отчасти счастливые, лежали в обнимку на кипе бумаг, разговаривая. Джим едва вот ошарашил невесту отрадным известием — прошлой ночью ему вновь удалось отыграться и отхватить приличную сумму из игрового заведения. Сейчас он собирался забрать свою зарплату и рвануть домой, чтобы спрятать всё в сейф. 12 тысяч — треть из которых шла заработанными деньгами, мгновенно подняли Линдси настроение. Она порывисто обняла Джима:

— Всё-таки ты можешь делать полезные штуки, когда хочешь этого. Однако обещай мне, что, как только мы вылезем из этой передряги, то поженимся и заведем детей. Они тебя точно отвлекут от азартных игр и всего прочего мусора.

— Конечно, как скажешь, — он ласково засмеялся и впился в губы поцелуем. — Всё будет так, стоит проблеме решиться. Ты еще не передумала выходить замуж за меня, подлеца?

— Нет, и не собираюсь передумывать, — Эванс радостно смотрела в прищуренные карие глаза, расположенные совсем близко напротив.

Остаток дня прошел настолько сумбурно, что Линдси пришла в себя только после нескольких настойчивых стуков в двери. Девушка подняла голову вверх, вопросительно взирая на недоуменную секретаршу.

— Уже 18:00. Вы собираетесь домой?

— Ох, да, — она спохватилась, — действительно. А ты почему не идешь?

— Так Вы же ключ у меня не забрали свой от хранилища. Мистер Стоуквелл оставил его вместе с письмом еще час назад, когда Вы обговаривали сделку с последним клиентом. Мисс Линдси, Вы забыли об этом?

— Прости, Мари, совсем вылетело из головы. Столько хлопот, — Эванс виновато пожала плечами. — Отдавай мне все и совершенно свободна. Знаешь, а возьми-ка ты завтра себе выходной?

Эта идея пришла столь внезапно в голову, что даже сама заместитель исполнительного директора банка поразилась своим словам. Мари едва удержалась на ногах, подозрительно глядя на свою начальницу, и захлопала наклеенными ресницами:

— Вы шутите?

— Нет, отчего же? Пройдись по магазинам, развейся, встреться в кои-то веки с подружками, — улыбнулась Эванс.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Линдси ехала в полупустой маршрутке, привычно уткнувшись лбом в стекло, и раздумывала над собственными словами. Почему-то на душе вновь стало тревожно, будто простой выходной, данный секретарше, нес в себе зловещее предзнаменование. Эванс нетерпеливо дожидалась своей остановки и мгновенно кинулась к выходу, торопливо шагая по тротуару. Уже возле ворот, замерев, чтобы достать ключи, она заметила напротив неизвестную машину. Сердце окончательно ухнуло в пятки.

— Джим? Дорогой, ты дома? — звонко раздавался вопрос на, казалось, опустевший дом.

— Да, милая, что-то случилось?

Купер выскочил из ванной комнаты голым и принялся помогать побледневшей девушке раздеваться. Он сбросил с ее плеча сумку, стянул куртку и помог избавиться от обуви. Линдси присела на пуфик, стоявший в прихожей, и облегченно выдохнула.

— Не знаю, просто какое-то странное чувство. Ты знаешь, что Ричард мне вернул ключ вместе с письмом?

— Тот самый, что ли? — Джим поежился. — Слушай, дай мне пять минут, а?

Линдси охнула, лишь сейчас отметив наготу жениха. Ее щеки порозовели:

— Ой, прости, конечно же. Я пока переоденусь.

Чайник закипел уже несколько минут назад, а девушка все продолжала стоять перед раскрытым окном и обозревать выпестованные ею растения. Она очень надеялась на то, что Джиму действительно удастся завязать не только с игроманией, но и разобраться с накопившимися долгами. В то, что ему повезло две ночи подряд, верилось с трудом, но пока что верилось. Правда, теперь вероятность проигрыша, если бы Купер решился на подобное повторение, удесятерилась.

Линдси еще раз обвела взглядом любимые клумбы — она бы не смогла отказаться от всего этого легко, не сумела бы бросить и забыть о прошлом, о счастье, полученном в их, как будто бы их, доме. Девушка сжалась, предвещая новые сложности, когда размышления прервал появившийся за спиной Джим:

— Эй, ты заснула там, что ли? Замерзнешь же. Давай, чай будем пить.

— Давай, — Линдси присела за небольшой аккуратный столик и положила на него локти, задумчиво поглядывая на жениха.

— Я слушаю, что там с ключом-то?

— Ах да, — она мигом встрепенулась. — К нам же приехали все-таки эти сумасшедшие швейцарцы, и Ричард тут же забрал мой ключ. Ты не поверишь, зачем!

— Интригуешь меня, красавица.

Джим замер в пол-оборота с чайником и чашкой в руках. Линдси расхохоталась.

— Не волнуйся, я вне предрассудков и подозрений в предательстве. Все просто — мастер усложнил замок и, как следствие, сам ключ. Но не это главное, а его записка, в которой, — она подняла вверх указательный палец, — он требует, чтобы никто, кроме меня, не знал об этом! То есть сейчас я совершаю предательство по отношению к нему, понятно?

— Ух ты ж моя сладкая, — протянул, улыбаясь, мужчина и наклонился с поцелуем.

— Да, я такая. Так вот мне пришлось еще расписку написать ему о сохранении информации касательно ключа, хранилища и важности клиентов в тайне. Я, конечно, подозревала, что Ричард — не в себе, но чтобы настолько?

— Он просто сухарь, вот и все! — плюхнулся рядом Джим. — Сахар класть?

— О, кстати, по поводу сахара.

И Линдси, приободрившись, рассказала жениху о случившемся утром. Мужчина откинулся назад, громко хохоча и придерживаясь за круглое брюшко руками. После чаепития молодые люди отправились к сейфу, куда положили деньги и коробку с ключом. Теперь Эванс могла спокойно вздохнуть. Пара прилегла на диван и включила боевик.

— Слушай, а когда ты встречаешься с этим коллектором?

— С Алексом Коулом? — Джим приподнял мохнатые брови, смешно смотрящиеся на его темном лице. — В одиннадцать вечера, а что?

— Волнуюсь я, вообще-то! Ты осторожнее там, ладно? Обещай, что позвонишь сразу, как только освободишься!

Линдси села на колени и требовательно схватила тридцатилетнего парня за майку. Тот усмехнулся, мягко приобнимая взбудораженную невесту.

— Конечно, тотчас же сделаю это. Однако, пожалуйста, не начинай обзванивать морги, если вдруг я появлюсь аж на работе, хорошо?

— При этом не вздумай играть! — круглые голубые глаза сузились.

— Конечно, нет. Я все деньги отдам Алексу, разумеется. Мы же с тобой договорились, Лин. Никаких больше игр.

Что-то в мужской интонации опять не понравилось Линдси, но она поспешила списать это на усталость. Если бы она только знала, что будет происходить дальше, она бы отправилась на встречу вместе с Джимом. Но сегодня девушка лишь вновь прикорнула к жениху и несколько раз поцеловала его в губы.

— Люблю тебя.

— И я тебя, очень-очень, — Купер рассмеялся. — Все, смотрим фильм.

Вторник обещал быть самым теплым за последние сто лет, по крайней мере, так вещала мускулистая девушка с экранов телевизоров. Жители Нового Орлеана воспользовались предложенным и сбросили с себя теплые куртки, жакеты, а женщины сменили утепленные брюки на юбки. Солнце разбрасывало золотистые лучи по всей планете вот уже изрядно часов, пока белоснежные облака перемещались на север страны. На центральных улицах возникли очередные пробки из торопящихся в отпуск и вынужденных опаздывать на работу.

Но Линдси не знала ничего этого: она оставалась лежать в спальне, накрывшись подушкой. Звонок тревоги, поставленный на телефон еще несколько лет назад на тот самый случай, когда проходили все временные сроки, заставил девушку взвыть и подскочить вверх. Подушка улетела в сторону мобильного, но тот продолжил трезвонить.

— Какого черта происходит? — Эванс опустилась на матрац обратно и схватилась за голову.

Та была настолько тяжела, будто всю ночь ею стучали по стене соседи. Лохматая, бледная девушка, с огромными глазами и трясущимися руками, пыталась прийти в себя, но не могла понять — ни какой был день, ни который час. С трудом Линдси доползла до телефона и вторично застонала. Она дала Мари выходной, и сегодня не было кому будить ее. Эванс только могла себе представить, в какой ярости сейчас пребывал Ричард Стоуквелл из-за отсутствия заместителя на месте.

— Боже, почему так раскалывается голова? Ничего не понимаю!

Только приняв таблетку, девушка смогла выдохнуть с облегчением через две обещанных производителем минуты и начать соображать. Она не помнила того, как добралась вечером до спальни, как заводила будильник или того, как собирала вещи для одевания на работу.

— Десять утра… — Линдси протянула. — О, Боже. Джим! Джим?

Эванс взволнованно бросилась осматривать дом, но тот снова был пуст. Девушка схватила мобильный, стукнув его предварительно о дверной косяк, и поспешила набрать родной номер. Вызов был сброшен, что успокоило Линдси, понявшую — вероятнее всего, жених находился сейчас на работе в добром здравии. Так как ее опоздание и так переходило любые границы, Эванс решила не торопиться, а спокойно позавтракать и лишь после этого отправляться на автобус. В уме, однако, молодая женщина уже предвидела выговор и лишение квартальной премии. Она распахнула дверь и вышла в сад, тут же ахнув:

— Сегодня, что, середина июля?

Линдси схватилась за голову. Пришлось принять еще одну спасительную таблетку. Через двадцать минут, с «афинкой» на голове и асимметричной чёлкой, девушка стояла напротив зеркала в прихожей и осматривала себя. Впервые в этом году она смогла облачиться в свой любимый темно-зеленый костюм из пиджака и юбки-миди, поддев светло-розовую блузу. Оставалось надеяться, что роскошно теплая погода продлится еще хотя бы несколько дней. Весело щеголяя голыми ногами в черных туфельках, Эванс закрыла ворота.

— Стоп, почтовый ящик.

Она прошла порядочно метров в противоположную от остановки сторону и принялась ковырять ключом в замке. Бесцеремонно девушку обхватили за талию и дернули в сторону. Линдси только успела ойкнуть и схватиться за чужую руку, чтобы удержаться на ногах, когда голос негромко произнес:

— Дай-ка мне.

— Вы что себе позволяете? Вы кто такой, вообще?

Эванс была крепко прижата к груди незнакомца и никак не могла оторвать от себя его цепкую ладонь, казавшуюся железной. Девушка тяжело дышала и в панике принялась осматриваться, надеясь выцепить какого-нибудь адекватного прохожего. Мужчина заметил ее движения головой и, не переставая возиться с ящиком, быстро проговорил:

— Попробуй что-нибудь вякнуть — тебе не жить. И тому, что согласится тебе помочь.

Будто земля разверзлась под женскими ногами. Только теперь Линдси узнала зловещий голос — конечно же, это был Алекс Коул, тот самый коллектор. Моментально закружилась голова, и возникла целая вереница вопросов, главным из которых был о местоположении ее несчастного жениха. Эванс тщетно пыталась заставить себя связанно сказать хоть что-нибудь вслух, но язык не собирался подчиняться ей совершенно.

— Вот и отлично, — сухо рассмеялся Коул. — А вот и твои письма. Держи их крепко, ладно? И ключи свои тоже держи.

Он отпустил девушку, дав ей возможность оправиться, после чего указал на блестящую чёрную машину, стоявшую на другой стороне дороги. Четырехместный Додж Чарджер СРТ-8 терпеливо поджидал своего хозяина, привлекая взгляды редких прохожих.

— Мне на работу надо, — сделал шаг назад перепуганная Линдси. — Меня там ждут.

— Либо ты сейчас добровольно идешь и садишься в авто, либо я тебя туда отнесу. Выбирай.

— Черт, черт, — закусила губу девушка, ощущая жар в теле. — Что же сегодня за день такой?

— Вторник.

— Хорошо, ладно, я сама.

И она медленно зашагала в указанную сторону под выразительным мужским взором, стискивая кожаный портфель в руках изо всех сил.

Глава 4. Начало неприятностей

— Куда мы едем? — первая нарушила тишину Линдси, буквально вжавшаяся в сиденье, расположенное рядом с водительским.

— Закрой рот. Скоро все узнаешь.

Алекс дернул головой и высунул локоть в открытое окно, получая удовольствие от прохладного ветра, обгоняющего автомобиль. Девушка испуганно взглянула в сторону мужчины, но не вытерпела:

— Послушайте, Джим же и так сделал…

Парень нажал на тормоз, отчего колодки запищали. После резкой остановки он зло повернулся, схватил Эванс за плечи и сдавил. Его рот искривился в гневной гримасе.

— Я же сказал, чтобы ты заткнулась! Иначе я засуну тебя в багажник, и будешь оттуда задавать вопросы. Ясно?

Линдси хлопала глазами и молчала. Любое подобие смелости вмиг покинуло молодую женщину. Алекс на мгновенье завис, но потом отпустил пленницу, подняв ладони вверх, и уже негромко повторил вопрос. В этот раз Эванс кивнула.

— Вот и славно.

Мотор вновь заработал. Линдси со страхом изучала маршрут, по которому двигался Додж Чарджер СРТ-8 — они ехали в противоположный район от того, где располагался банк «Мершмеллоу», на один из неблагополучных проспектов, словом, туда, куда до этих пор заносило только Джима. Линдси боялась того, что могла увидеть, а фантазия уже рисовала ей обезображенный труп любимого, до полусмерти избитого парня, в конце концов. Машина завернула в глухой проулок, проехалась до самого последнего многоэтажного дома и остановилась напротив ступенек в крайний подъезд. Коул быстро отстегнулся и выскочил из автомобиля. Наклонившись к вынужденной спутнице, он бросил:

— Выходи.

Та покачала отрицательно головой. Алекс мгновенно ощетинился и практически перелетел через капот, намереваясь задать взбучку этой обнаглевшей дамочке, когда первая же попытка дернуть за ремень безопасности закончилась ничем.

— Тьфу ты, — спала краска с мужского лица, и Коул залез наполовину в Додж. — Ты почему не сказала, что отстегнуться не можешь?

— Вы же сами приказали молчать, — бормотала Линдси, уверенная, что мужчина чуть было не убил ее.

Алекс, оставаясь в полусогнутом положении в нескольких сантиметрах от тела молодой женщины, прикусил губу. Он на мгновенье растерялся, а потом хмыкнул:

— И ты всегда такая послушная? Выполняешь все команды, прямо.

— Только в случае угроз, — процедила недовольно девушка. — Вы думаете ремень вытаскивать, или до вечера будете стоять так?

Мужчина оперся левой рукой о спинку кресло, а правой ковырялся под сиденьем, нащупывая нечто, известное ему одному. Голова была повернута в бок так, что шея едва ли не касалась женского лица. Линдси бы очень хотела отодвинуться куда-нибудь назад, но она и так вжалась в кресло до предела. Коул нетерпеливо пытался наткнуться пальцами на металлический крючок, когда все его внимание переключилось на обжигающе горячее женское дыхание. Казалось, шея сейчас загорится, но Алекс был совсем не против этого. Скосив глаза влево, мужчина с трудом увидел напряженное выражение девичьего лица: странно, ему вдруг захотелось, чтобы Эванс укусила его, а женские эмоции выражали лишь отвращение.

Алексу стало обидно. Он высунулся из автомобиля и хмуро ожидал, пока Линдси вылезет со своими вещами из машины. Мужчина затолкнул девушку в лифт, став напротив. Мотор загудел, показывая, насколько тяжело ему поднимать кабину. Эванс перепугалась от неожиданности настолько, что схватила Коула под локоть и крепко к нему прижалась. Ее дыхание сбилось.

— Ты чего, первый раз в лифте? — Алекс коснулся девичьих пальцев и попытался разжать их.

— В таком старом и облезлом — да!

— Слушай, ненормальная, отпусти меня.

Мужчина недовольно оторвал чужие пальцы от своей кожаной куртки и стал ту отряхивать. Линдси фыркнула и скрестила на груди руки:

— Ну, и пожалуйста! Больно надо было, похититель хренов. Настоящий мужчина так бы не вел себя, как базарная баба.

— Осмелела? — хищно осклабился парень и схватил говорившую за подбородок, чтобы насладиться очередной вспышкой страха. — Сейчас посмотрим.

— Тогда ты меня тоже не трогай! — резко ударила его по пальцам Линдси, одновременно переходя на «ты».

Дверь лифта открылась прежде, чем Алекс успел отреагировать на такую наглость. Схватив девушку за руку, взбешенный мужчина потащил ее за собой. Эванс только и успела, что понять — парочка действительно находилась в жилом массиве, на верхнем этаже когда-то используемого дома. Молодые люди двигались в самую последнюю дверь, единственную, которая не была забита наискось досками. Коул стукнул несколько раз, а Линдси, воспользовавшись заминкой, тихо отступила.

— Стой! Ты куда собралась? — Алекс повернулся как раз вовремя и схватил девчонку за талию обеими руками, сжимая.

— Нет, я не хочу! — Линдси принялась вырываться и махать руками, царапая мужчине лицо. — Не хочу, отпусти меня, отпусти!

— Да заткнись ты, ненормальная!

Коул толкнул девушку в стену, от удара об которую у Эванс из глаз брызнули слезы.

— Не трогай меня! Я же вам ничего не сделала, и Джим…

— Заткнись! — рослый мужчина навис над хрупкой плачущей девушкой всем телом и прижал ее за предплечья к стене. — Мы просто поговорим с тобой. Никто не собирается, пока, по крайней мере, делать тебе что-то. Ясно? Просто поговорим. Как тебя там зовут, повтори?

— Линдси, — она едва дышала, проваливаясь в омут грозно прищуренных серых глаз.

Алекс внезапно улыбнулся и негромко произнес невероятно мягким тоном:

— Линдси, отлично. Давай, обойдемся без травм, ага?

Он низко наклонился, будто не доверяя слуху и желая прочесть по губам, а сам мимоходом втянул сладкий запах женской кожи. Он смотрел на перепуганное лицо 25-летней девушки, на эти сжатые до красноты губы и сморщенный прямой носик, и вдыхал нежный ее аромат. Коул вдруг усмехнулся, а потом прикусил поднятый вверх подбородок, вызвав тихий взвизг. Мужчина расхохотался и отпустил Линдси на свободу. Та ударила его в грудь кулаком и быстро отошла к двери:

— Это уже второй раз. Отстань от меня!

— Ты нарываешься.

Алекс был в ярости, но не успел ничего предпринять, потому что квартира, наконец, оказалась открыта. Тогда мужчина расслабленно засмеялся, предвкушая нечто особенное, и чуть склонился перед опешившей Эванс, показывая ладонями путь внутрь. Линдси собралась с духом, набрала побольше воздуха в легкие и двинулась в чужое помещение. Дверь за ней сей момент захлопнулась.

— Прошу Вас, мисс… как Вас там?

В единственной комнате, в которой стояла всего-то кровать, стол перед ней, тумба с правой стороны с черно-белым телевизором и немного стульев, было заметно прохладно. Голые стеклянные окна распахнули настежь, впуская свежий воздух. Помимо старого лысого мужчины опрятного вида, под глазами которого висели большие некрасивые мешки, Коула и девушки, на старой кухоньке сидели два бритоголовых охранника, играющих в кости.

— Меня зовут Линдси Эванс. А Вы кто будете? — девушка застыла с портфелем в руках на пороге комнаты.

— Присаживайтесь на кровать, пожалуйста. Сейчас познакомимся.

Линдси быстро осматривалась, замечая отсутствие жениха. У нее отлегло от сердца. Поправив нервно челку, девушка послушно присела на край жесткой поверхности и подняла взгляд на деловитого незнакомца. Тот несколько раз стукнул концом длинного закрытого зонта о пол, будто раздумывая, а потом таким же тихим тоном продолжил:

— Вам знакомо такое — букмекерская контора «Ставь удачу»?

— Уже да, — Эванс побелела, слившись с цветом стены.

— Это хорошо. А Вы знакомы с Джимом Купером?

— Да, это мой жених.

Линдси будто оглохла и могла теперь слышать только глухой раздраженный голос этого лысого старика с некрасивыми руками, покрытыми пигментными пятнами. Она даже забыла о том, что тут же стоял и коллектор, что ее ждали на работе, все внимание было сконцентрировано на произносимых незнакомцем фразах.

— Алекс, принеси девушке воды, будь любезен. Не хотелось бы, чтобы она сейчас потеряла сознание.

Коул тоже не предвидел такой реакции от Линдси. Та будто превратилась в застывшую мумию, хотя мужчина ожидал криков и стенания. Он схватил бутылку минеральной воды из практически пустого холодильника и кинулся обратно в комнату. Эванс жадно пригубила напиток, вызвав ответную жажду у Алекса. Он чертыхнулся про себя, ощутив странное возбуждение.

— С ним что-то случилось? Он не пришел вчера домой после вашей встречи, — слова полились бесконтрольно из женских уст. — А тут я еще так поздно встала, что опоздала на работу. Позвонила ему, а он сбросил. Так это вы сбросили? Он у вас? Но он же принес вам 12 штук! Мы же с ним вот, — Линдси ткнула пальцем в Коула, — договорились про зарплату ежемесячную. Я же отныне знаю все, я же прослежу! Отпустите его, пожалуйста!

— Так, молчать! — рявкнул вдруг незнакомец. — Алекс, что здесь происходит? Что она городит за чушь? Я ничего не понимаю.

— Что значит…

Линдси только охнула, когда взмахом крепкой руки Коул заставил ее замолчать. Раздосадованный мужчина схватил стул, стоявший до этого в углу помещения, и поставил за стол, плюхнувшись на него. Он взял девичью ладонь и некрепко стиснул, мешая той вырваться, после чего неторопливо заговорил:

— Итак, перед тобой, как ты, видимо, догадалась, член данной букмекерской конторы, а именно — директор и заместитель владельца. Его зовут Руж Бейн. Теперь, давай, изложи всё, что ты знаешь касательно долга.

Эванс встрепенулась и вновь тщетно попыталась выдернуть пальцы из жесткой мозолистой ладони, что была вдвое больше её. На мгновение отвернув голову в сторону, она затем переместила взгляд с Бейна на Коула.

— Я вообще-то вам только что все и рассказала. И это я ничего не понимаю, что происходит, и куда вы дели Джима!

— Слушай… — Алекс больно сжал пальцы, заставив Линдси всхлипнуть, — мы здесь не в игрушки играем.

— Но ты же с ним должен был вчера встречаться, значит, лишь ты и знаешь, что с ним сделал, идиот! Я проснулась сегодня поздно, с больной головой, тупица!

Эванс едва сдерживалась, чтобы не заорать от той боли, которую доставлял ей разозленный высокорослый мужик. Тот, услышав тихий приказ Бейна, мигом разжал ладонь. Линдси затрясла пальцами, чувствуя, кроме страха, еще и глубокую обиду.

— Алекс, будь добр, расскажи этой юной леди, которая, похоже, говорит правду, иначе бы не задавала такие странные вопросы, о вчерашнем.

— Ладно, босс, — парень положил ногу на ногу и откинулся на спинку стула. — Да, мы должны были встретиться вчера с Купером, чтобы он передал, да, 12 тысяч. Однако он не пришел. Я прождал его с ребятами полчаса, после чего принялся наяривать звонками, но он морозился. В итоге мой программист пробил местонахождение его мобилы, где мы с Джимом и пересеклись.

— Вы убили его? — в ужасе прошептала Эванс и закрыла себе рот руками.

Алекс презрительно скривился.

— Нет, разумеется, глупая. Зачем бы я тебя тогда сюда тащил? Короче, обнаружили мы его в одном злачном месте. Купер уверял, что всего лишь хотел еще отыграться, чтоб больше нам вернуть денег. Ладно, я оставляю с ним парня, который через час оказывается с ножевым ранением в больнице, а должник исчезает. Мы караулили его у дома, проверили всех его знакомых, звонили на мобильный — все без толку. Карточку свою этот мерзавец вытащил, поэтому отследить не удалось.

— Словом, теперь понимаешь, зачем ты здесь? — почти ласково обратился к замершей девушке Руж Бейн.

— Вы думаете, что я знаю, где он? Или вы хотите шантажировать его мной? Я ничего не понимаю. Я не верю вам. Какой-то бред. Джим бы ни за что так не поступил!

Линдси затрясла головой из стороны в сторону, после чего подорвалась и подошла к окну. Она взглянула вниз и ужаснулась тому, какими мелкими букашками казались прохожие. Не произвел благоприятного впечатления и район — даже сверху он казался грязным, опустевшим, безжизненным. Находиться в нем было все неприятнее. Из глаз неожиданно покатились слезы: Эванс внезапно поняла, отчего с грехом пополам она встала сегодня утром.

— Ну, конечно же, Боже, он бросил меня! Я не могу в это поверить. У него есть любовница, значит? Как он мог…

Она повернулась лицом к опешившим от быстрой речи взволнованной Линдси мужчинам и откинула голову на подоконник:

— Какое красивое небо, надо же. Такое чистое.

Алекс подхватился и буквально подскочил к девушке, встряхнул ее за плечи и заставил смотреть на себя:

— Я ничего не понял. Какая еще любовница?

— Ага, не понял он. Все вы одинаковы. Пока я нужна была — крутился рядом, а как только — так сразу, да? — Эванс резко толкнула от себя мужчину прочь и расплакалась, присев на корточки.

— Черт! — Коул нагнулся, схватил плачущую девушку под руки и буквально подтащил ее к кровати, уронив на нее. — А теперь, если ты не хочешь, чтобы я тебя ударил, еще раз!

Угроза сработала. Линдси достала салфетку из портфеля, вытерла слезы, не смотря на своих похитителей, и тяжело вздохнула.

— Он подмешал мне снотворное в вино, что тут уж говорить, иначе, почему я не слышала будильник, да и ничего вокруг, вообще? И едва живая встала утром, к тому же с огромнейшим трудом. Я звонила ему, а он сбрасывал. Сначала я была уверена, что он на работе, что вчерашняя встреча прошла хорошо, что Джим просто не стал меня будить, да у меня была куча вариантов, пока не появился ты! Не могу в это поверить.

— Ну, что Вы так расстраиваетесь, мисс Эванс? — зазвучал тихий голос Бейна. — Возможно, мы все всё неверно поняли. Давайте, попробуйте набрать его номер еще раз. Как я понял, Ваш жених вновь воспользовался своей сим-картой. А вдруг его все-таки волнует Ваше состояние?

Эванс округлившимися глазами смотрела на начальника Коула и понимала, что тот не шутил, произнося последнюю фразу. Сердце сбилось с ритма. Неосознанно девушка сжала первое, что попалось на кровати под руку — мужские пальцы. Алекс нахмурился и уже раскрыл рот, чтобы отчитать наглую девчонку, когда заметил дикий страх в голубых глазах.

— Доставай телефон и включи громкую связь, — пробормотал недовольным тоном мужчина, позволяя Линдси держаться за пальцы.

Парализованная тишина наступила в квартире, и всего-навсего стук деревянных костей был едва слышен со стороны кухни. Эванс слушала гудки, когда поймала себя на том, что держится за чужую руку. Ее заплаканные глаза медленно опустились, чтобы убедиться в своих подозрениях, а потом так же неторопливо поднялись и наткнулись на полуулыбку Алекса. Линдси смущенно отодвинулась в сторону.

— Детка, дорогая, прости, что так долго не брал трубку!

Голос был уставший, запыхавшийся, но такой родной, что невольно вновь по щекам побежали слезы. Линдси, забывшись, вскрикнула:

— Джим, родной, если бы ты только знал, что мне довелось пережить за все это время! Боже, с тобой все в порядке? Где ты? Что происходит? Любимый мой! Меня…

— Ее похитили, Купер, — Алекс выхватил трубку из дрожащих девичьих пальцев. — Вот, что хотела сказать твоя невеста. Ты хочешь, чтобы мы распродали ее на органы в счет твоих долгов?

— Коул? Ты похитил Лин? Мерзавец! Не трогайте ее, слышите? Она ни в чем не виновата! Она ничего не знала! Линдси, милая, ты в порядке?

Алекс вопросительно посмотрел на совершенно сбитую с мысли девушку.

— Да, конечно, однако я не понимаю, где ты?

— Это нам всем хотелось бы знать, — прозвучал старческий голос.

— Руж Бейн? — раздалось искреннее удивление. — Послушайте, давайте так, все дело в том, что я просто хочу вернуть всю сумму целиком. Вы знаете, что в эту пятницу в Нью-Йорке проходит покерный турнир? Ставка — 12 тысяч, выигрыш — в несколько раз больше, в зависимости от занятого места. Лин, любимая, прости, что я впутал тебя в это, но ты же сама хотела, чтобы все было улажено, как можно быстрее, правда? Я не думал, что у них ни на каплю нет совести, что они примутся тебя похищать!

— Но ты же пропал, ничтожество! — закричал вне себя от ярости Алекс. — Не думал он! Значит так, меняем твою невесту на выигрыш, да на любые деньги, которые у тебя будут, ты меня понял? И это — в последний раз! Если обманешь — не только ей будет кранты, но и тебя на кусочки разорвем, запомнил?

Голос совсем поник:

— Что вы предлагаете? Каковы ваши условия?

— Мы вместе с твоей невестой приезжаем к тебе в Нью-Йорк, где и пересекаемся с тобой в гостинице, ближайшей к месту, где проводится покерный турнир. Телефон твой должен быть всегда на связи! Ближайшая гостиница, снимаешь там номер и никуда не пропадаешь. Ориентир — четверга вечер-пятницы утро, время нашего прибытия. Всё запомнил, Купер?

— Теперь я могу поговорить с мисс Эванс?

— Только на громкой связи! — ядовито произнес Алекс, передавая трубку Линдси.

— Я тебя очень люблю, Лин. Ты для меня — самое важное, что есть на этом свете. Помни об этом, пожалуйста. Прости, что я у тебя такой дурак.

— Джим, ты меня так напугал! Знал бы ты, что я себе уже тут напридумывала. Почему ты мне сразу все не рассказал?

— Испугался твоей реакции, очередных ссор. Лин, я должен раз и навсегда избавиться от долгов. Ты права в этом. Я хочу начать с чистого листа с тобой. Только, чтобы были я, ты и наши дети.

Линдси счастливо рассмеялась, однако тут же о себе напомнили похитители своими сморщенными лицами. Девушка многозначительно кашлянула:

— Я тоже очень сильно тебя люблю. Скоро увидимся, любовь моя. Я желаю тебе победы. Ты же понимаешь, что иначе нельзя? Раз уже пошел на это — побеждай, а то нас обоих в землю закопают!

— Лин, я все предусмотрел. Я все придумал, Лин. Верь мне.

— Все, хватит нежностей, — встрял Алекс. — Прощайтесь уже, голубки!

Линдси вынуждена была сидеть внизу в машине следующие полчаса под присмотром одного из амбалов, пока Коул обсуждал подробности операции с шефом. Девушка намеревалась выяснить детально, как будет происходить их путешествие, но спустившийся вниз с каменным лицом Алекс первым завел разговор. Мужчина быстро попрощался с бритоголовым и занял место водителя, бросив небольшой чемодан на заднее сиденье.

— Тебя Линдси зовут же, так?

— А тебя вроде бы Алекс? — вторила его тону девушка, сложив руки на груди.

— Послушай, дорогая, — повернулся к ней недовольный парень, — ты, кажется, неверно поняла ситуацию. Последующие несколько дней ты — это вещь, залог, ясно? Никаких бесед, милых посиделок в кафе, болтовни по телефону с подружками или объяснений касательно прогула на работе, хотя туда можешь отправить смс. Я сегодня добрый.

Линдси со страхом поняла, что Коул не шутил. Его и без того жесткое прямоугольное лицо с вытянутым волевым подбородком превратилось в непроницаемую маску льда. Эванс зря надеялась на добрососедские отношения двух вынужденных путешественников.

— То есть, если что-то пойдет не по плану, если начнутся крики или привлечение ненужного внимания со стороны, то обещание про багажник еще в силе. А меня тебе, — тут он широко ухмыльнулся, — следует называть мистером Коулом. И все.

Девушка вздрогнула — по коже пробежался невесть откуда взявшийся ветер. Вся жизнь катилась в прорубь из-за ее глупого жениха. И карьера. Эванс с трудом сдержала раздражение:

— Ладно, мистер Коул, но мне нужно заехать домой и взять себе вещи для переодевания.

— Нет, никаких вещей, никакого багажа. Продуктами сейчас закупимся, ночевать будем в гостиницах — там все одноразовое выдают. Или у тебя эти дни?

Он смешно запнулся на последнем предложении, скосив глаза вниз, чем вынудил собеседницу покраснеть. На лице появилась робкая улыбка.

— Нет, но мне все равно надо во что-то переодеваться. Сколько ехать до Нью-Йорка?

— 30 часов, так что к вечеру четверга уже должны быть там. Сию минуту заезжаем, заправляемся, закупаемся, точка.

— Но А… мистер Коул, — моментально исправилась Линдси, — у меня даже нет денег, фактически.

Алекс искренне удивился сказанному и даже еще больше развернулся в сторону зажатой девушки, наклонившись вперед так, что стали видны морщинки вокруг его глаз.

— У меня хороший бюджет. Если будешь себя вести, как следует, то я обо всем позабочусь. Ясно?

— Разумеется, мистер Коул.

Линдси огорченно застонала и закрыла руками лицо, нагнувшись к коленям. Алекс захлопнул дверь и вставил в замок зажигания ключи. Поездка началась.

Глава 5. За отсутствием выбора

Девушка положила голову на подголовник и закинула босые ноги на приборную панель, пользуясь моментом, пока ее раздражитель и похититель в одном лице расплачивался за бензин. Она слушала радио, когда над ухом раздался хриплый голос:

— Детка, ты не охренела ненароком? Это же Додж Чарджер! Себя в нем нельзя так вести.

— Как прикажете, мистер Коул, — недовольно открыла глаза Линдси, успев увидеть, как тот принялся закручивать крышку на бензобаке.

Тут же появилась девушка в мини-платье — грудь подчеркнута до того края, когда та готова была вывалиться наружу, с юбкой едва достигнувшей половины ягодиц. Где-то по центру всего этого висел бейджик с именем и названием фирмы, предлагающей то ли мытье окон, то ли нечто более интересное. Линдси напряглась, не отрывая глаз от парочки. Рослый Алекс слушал что-то живо болтающую незнакомку и даже изредка кивал. А потом вдруг расхохотался и достаточно громко произнес:

— Милашка, неужели ты реально считаешь, что все мужчины помешаны на сексе? Только на нем, причем круглые сутки? Ты серьезно так предполагаешь? Поверь, мне есть, о чем думать и чем заниматься помимо такой вещи, как секс.

Последнее выражение прозвучало настолько пренебрежительно, что Линдси даже стало жаль вспыхнувшую девчонку. Та скоренько развернулась на каблучках и поспешила прочь, виляя широкими бедрами. Коул вновь рассмеялся, а затем повернулся к машине и, заметив девичий смех, неожиданно подмигнул. Эванс ойкнула и сразу же отвернулась, принявшись ругать себя. Ей всего-то не хватало начинать симпатизировать своему же похитителю.

— Ну, как тебе это? — парень плюхнулся на свое место, довольно потирая руки.

— Как мне что?

Линдси раздраженно взглянула на мужчину.

— Вопросов нет больше, едем в маркет, — отрывисто произнес Алекс, стирая улыбку.

С трудом втиснувшись через сорок минут в единственное свободное место на парковке, что располагалась перед самым большим торговым центром Нового Орлеана, мужчина уже собирался покинуть авто, как его остановила женская рука. Он вздохнул:

— Что?

Алексу уже жутко чесалось придушить это создание, несмотря на то, что им еще предстояло вместе двигаться не меньше трех дней.

— Мистер Коул, — осторожно начала Линдси, — а что конкретно мы будем покупать?

Мужчина скорчил непонятную гримасу и быстро погладил коротко стриженные топорщащиеся волосы, а потом взял лежащую на локте девичью ладонь и крепко зажал кисть двумя пальцами.

— Что ты делаешь? — Эванс охнула, чувствуя, как пальцы начинают неметь.

— У тебя красивые тонкие пальцы, знаешь? — Алекс сильно опустил уголки губ, не обращая внимания на вопрос. — Мне они нравятся, пожалуй. И ногти аккуратные, настоящий заместитель исполнительного директора.

— Откуда ты…

— Я стараюсь знать все о своих должниках и их близких.

Алекс отчеканил каждое слово, подняв холодный взгляд на застывшую спутницу. В его глазах горел нехороший огонек.

— Так вот, мисс Эванс, Вы можете брать все, что Вам заблагорассудится, договорились? А на кассе я как-нибудь уж рассчитаюсь. И берегите свои холеные ручки, они могут Вам еще пригодиться.

— Для этого Вам, мистер Коул, — тихо, но уверенно ответила Линдси, бросая ответный взор на парня, — надобно отпустить мою ладонь.

— Действительно.

Он будто задумался о чем-то, продолжая рассматривать пальцы и вводя тем самым девушку в растерянность. Вдруг наклонив голову, Алекс поцеловал середину тыльной стороны ладони, на секунду отстранился и еще оставил несколько коротких влажных поцелуев на коже. Хмыкнув, он быстро посмотрел в голубые глаза, нашел там смущение и усмехнулся:

— Приятный вкус. Но твои губы вкуснее.

Глаза Линдси испуганно расширились, становясь чуть ли не вдвое больше. Кожа мгновенно стала бледной, будто выцветшее облако.

— Пора за покупками, верно? — Коул присвистнул.

Сейчас он мог позволить себе пошутить, пусть и зло, поразвлечься с незнакомыми девицами, подрезать кого-нибудь на дороге. Сейчас он был свободен ото всех окружавших его обязанностей, от собственных демонов полузабытого прошлого. Алекс прекрасно видел, как новая знакомая боялась его, что ненавидела его из-за произошедшего в ее доме двумя днями ранее, и забавлялся этим. Взрослому мужчине хотелось испытывать девичьи нервы, ее способность молчать и терпеть, сдерживать свои эмоции, ему нравилось то, как она живо реагировала на его попытки нанести ей боль. Это было забавно. Алекс поднял глаза к пронзительно голубому небу и засвистел мелодию.

Через полчаса он понял, что потерял Линдси в этой толпе сумасбродных шопоголиков. Когда они разминулись с этой девицей, Алекс не мог уловить так же, как и не смог вспомнить сам момент. Его тележка была набита всякая всячиной, наподобие фастфуда, снеков и готовой еды, уже пора была идти к кассам, но мужчина все еще оставался один. Даже с высоты своего немаленького роста, буквально расталкивая локтями торопившихся к свободным кассирам посетителей, Коул нигде не мог приметить темно-зеленый костюм. Мужчина чертыхнулся и пошел в конец зала, решив начать обходить все ряды по порядку и высматривать потерявшуюся. Внезапно в светло-русую голову пришла иная идея, отчего рослый парень замер прямо посередине прохода, заставив ругаться и протискиваться окружающих.

— А если она сбежала? Если эта чертова кукла решила наплевать на жениха и отправилась к какой-нибудь своей подруге? Или еще хуже — уехала в аэропорт на рейс до Нью-Йорка?

Алекс заскрипел зубами от злости и практически отшвырнул от себя тележку, собравшись следовать к выходу и названивать своему программисту, когда неожиданное сообщение прервало музыкальную тему, стоявшую на фоне гипермаркета:

— Алекс Коул. Алекс Коул, подойдите к первой кассе. Вас ожидает жена. Алекс Коул, подойдите к первой кассе.

И так еще трижды, после чего продолжила играть музыка. Мужчина замер в остолбенении и последующие четыре минуты не мог взять в толк, откуда у него появилась жена.

— Идиот! — он хлопнул себя по лбу, схватил тележку за ручку и бегом отправился к указанной первой кассе.

Сбоку от хвоста длинной очереди с недовольным выражением лица стояла Линдси и топала левой ножкой о пол. Это выглядело достаточно комично, чтобы Алекс замедлил ход и прошелся взглядом по фигуре, так некстати закрытой пиджаком. Эванс все еще не замечала его, то и дело нетерпеливо поглядывая на людей и часы. Коул находился уже почти вплотную к девушке, однако та смотрела в сторону мельтешащих у касс покупателей и все так же не видела мужчину. Тот вдруг усмехнулся и решил подшутить.

— Привет, жена! — громко произнес Алекс.

— Что…?

Линдси мгновенно обернулась на голос, теряясь, когда мужчина тут же схватил ладонью под затылок и прижался к алым устам. Прошло всего несколько секунд, за которые он успел жадно искусать губы и проскользнуть кончиком языка по деснам, вырвав одинокий тихий всхлип. После этого Алекс так же резко отстранился, ставя девушку на место.

— Идиот! — в душе крутилась буря эмоций.

Эванс была в неописуемой ярости, но не могла даже зарядить пощечину, понимая, что такой поступок явно привлек бы ненужное внимание. Пока Линдси раздумывала, как поступить, и смотрела на развеселившегося Коула, ее пальцы лежали на губах.

— Ненавижу тебя, — наконец, выдохнула рассерженная девушка и отвернулась, чтобы занять очередь.

Но еще больше в данную минуту она ненавидела себя: внезапное прикосновение чужих губ выбило Эванс из колеи, заставило неосмысленно поддаться ощущениям и в секунду расстаться с мимолетными иллюзиями. Моментально подключилась совесть, начавшая уверять в том, что Линдси просто обязана дать оплеуху этому громиле, несмотря ни на кого. Девушка с тоской простонала про себя, предвидя, что три следующие дня станут одними из самых невыносимых.

С трудом разместив пакеты так, чтобы они влезли в одну тележку, пара направилась на выход из здания. Алекс продолжал посматривать на спутницу, но та обиженно сложила руки на груди и глядела только вперед. Мужчина почему-то еще думал о вкусе ее темно-розовых губ. На улице их встретил горячий ветер и многочисленное количество очередных желающих попасть в гипермаркет. Линдси тут же сбросила с себя пиджак и приподняла голову, подставляя лицо ласковым весенним лучам. Настроение сразу улучшилось.

— Знаешь, — заметил Алекс, когда оба принялись осторожно погружать пакеты в багажник, — а ты — молодец. Я бы не догадался так сделать. Да и вообще, я был уверен, что ты давно слиняла.

Линдси недовольно посмотрела на высокого мужчину, закрывавшего своим телом ей солнце:

— А ты — сволочь. Могла бы, так бы и сделала, но у меня же нет денег! Я пошла в туалет.

— Стой, мне тоже надо, — парень с недоумением отреагировал на признания.

— Может, мы еще в один туалет пойдем?

Эванс скорчила презрительную гримасу и закинула пиджак в авто. Она почувствовала, как у нее зачесались руки от желания побить этого сумасбродного эгоиста. Но пришлось лишь выдохнуть и послушно ждать окончания погрузки покупок. Алекс хлопнул крышку и процедил сквозь зубы:

— Если потребуется, то не только в один туалет, но еще и в один унитаз!

— Мистер Коул, — вдруг нежно произнесла Линдси, встав на цыпочки так, чтоб максимально сравниться с мужским лицом, — Вы просто… больной! На всю голову!

Алекс замахнулся, чтоб ударить обнаглевшую девицу, но мимо проходила молодая компания, которая заставила мужчину отказаться от своей идеи. Однако он удовлетворенно отметил, что его затея испугала Эванс, вынудив ту сделать шаг назад.

Спустя полчаса черный Додж мчался по скоростному шоссе в сторону моста через озеро Пончартрейн и вез в себе двух молчаливых людей. Алекс держал локоть на приоткрытом окне и барабанил пальцами в такт мелодии из радио, пока Линдси полусидела боком, лицом к улице, и сосредоточенно смотрела на проезжающие машины, стараясь абстрагироваться.

— Что тебе босс ответил на твое смс? Кстати, что ты ему написала? Банальное «я заболела»? — неожиданно прервал тишину мужчина.

— Иди к черту, — прошипела Линдси, не поворачиваясь.

— Даже так? Интересный ответ от начальника.

Алекс рассмеялся. Но к середине пересечения многополосного моста ему надоело играть в молчание, и он вновь попытался возобновить разговор:

— Тебе нравится твоя работа?

Девушка ощутила укол обиды и промолчала. Она рассматривала глубокое темно-зеленое озеро, запах которого доносился в машину.

— Что входит в твои обязанности? — задал очередной вопрос парень. — Ты спишь со своим начальником?

Линдси почувствовала клокотание ярости в груди, но продолжала по-прежнему игнорировать спутника. Алекс недовольно свернул на правую полосу и остановился, включив аварийный свет. Он отстегнул ремень и досадливо посмотрел на сидевшую в пол-оборота девушку со сложенными вдоль груди руками, все также лицом к стеклу.

— Надеюсь, он хотя бы тебе платит за это? — мужчина испытывающе взглянул на девичий затылок. — Нет, ты бесплатно работаешь с ним по ночам? Ради удовольствия, верно? А я слышал, что он — старый маразматик.

Он неслышно приблизился к спутнице, усмехнувшись, пока та придумывала оскорбительные ответы у себя в голове. Неожиданно теплая рука, заставив вздрогнуть Эванс, легла на голое колено. Линдси с трудом сдержалась, чтобы не врезать парню, прекрасно понимая, что именно такого он и ждал. Мужская рука поползла выше и коснулась подола юбки. Девушка ощутила невероятное волнение в душе и встревоженно закусила губу, но все еще не собиралась сдаваться. Пальцы порядочно раз погладили этот участок и двинулись дальше. Алекс медленно вел игру, приостанавливаясь время от времени и проводя круги по гладкой коже. Правой рукой мужчина оперся на бок пассажирского сиденья. Находясь от девичьего затылка менее, чем в полуметре, он смотрел на него, ожидая момента, когда та повернется к нему с выражением ненависти на симпатичном личике.

Но Линдси оказалась упрямее, чем Коул рассчитывал, поэтому он просто получал удовольствие от прикосновений к бархатной коже. Его ладонь спряталась под тонкой тканью, собирая ту в складки, и повернула в бок на внешнюю сторону бедра, внезапно замерев на месте. Эванс застыла в тревоге — сердце стало колотиться, а совесть начала орать, чтобы девушка прекратила этот беспредел и наказала подлеца. Алекс легонько надавил пальцами на кожу, усмехнувшись, и принял еще правее. В два счета его ладонь достигла цели — упругой на вид и на ощупь ягодицы. Теперь Линдси вздрогнула уже всем телом и дернулась, приподнявшись, чтобы повернуться и остановить притязания, когда Коул, поняв это, резко накрыл всей кистью левую часть округлой попы, воспользовавшись моментом, и несколько раз болезненно сжал ее.

По спине Эванс пробежала горячая электрическая волна странного желания, и она едва удержалась от стона, буквально заставив себя повернуться к возбужденному Алексу лицом. Тот находился на своей грани позволения, когда ему хотелось порвать на девице блузку и повалить ее здесь же на сиденье, но он не мог это сделать, так как она являлась частью задания. Коул успел поймать в голубых глазах похожее чувство, и тут же его мысли выбила хлесткая пощечина. Линдси успела ударить еще раз, после чего выскочила на проезжую часть. Сильный ветер и шум мчащих на высокой скорости одиноких машин привел ее в чувство. Волны прохладного воздуха толкали девушку в бок, поднимая юбку, выпуская каштановые пряди волос на свободу и мешая дышать, но Линдси лишь отвернулась к озеру лицом. Она была вполне готова к тому, что Алекс в порыве ярости сейчас просто заведет машину и покинет ее, но нет.

— Сука! — воскликнул сидевший в авто Коул и ударил по приборной доске кулаком.

Он был наполнен яростью сей час настолько же, насколько и вожделением. Алекс воспользовался одиночеством и взвыл, желая выйти из Доджа и сбросить девицу с моста, но в то же время еще больше желая раздвинуть ей ноги, оперев ее мягкое тело о перила моста.

— Черт, черт! Как же она меня бесит! Далась же мне в заложницы эта…

И мужчина тяжело выдохнул, замолчав. Кулаки медленно разжимались. Его шалость приняла слишком серьезный характер, как для минутного эпизода. И вдруг Коул рассмеялся, осознав, что он проиграл, потому что Линдси так ничего и не сказала. Он смеялся еще минуты две, осмысляя бесперспективность их положения, после чего вышел из автомобиля, обошел его сзади и встал напротив застывшей в напряжении девушки.

— Послушай, — не дала ему вставить слова Линдси, — прости, что ударила тебя. Я же прекрасно понимала, к чему все шло. Дурацкая ситуация, я же злилась на тебя из-за твоего поведения возле торгового центра. Ведь я нашла тебя, а ты даже не поблагодарил, только поиздевался. А нам еще столько ехать вдвоем, как-то глупо все.

— Это все? — Алекс с интересом наклонил голову вбок и чуть согнул спину, чтобы лучше рассмотреть на солнце выражение девичьего лица.

— Да.

Она стояла очень близко и, казалось, была готова на любую реакцию Коула. Хмыкнув, он поднял руку и протянул ее к женскому лицу, по которому тут же разлилась бледность. Мужчина рассмеялся и легонько провел по краешку подбородка ладонью.

— Знаешь, а ты мне нравишься, пожалуй. Умная, и не такая наивная, как рассказывал Джим. Играть, конечно, не умеешь, зато упрямства выше нужного. Это я должен извиниться. Ты действительно не виновата в том, что твой жених — лживая сволочь. Все, давай, доедем до той стороны и зайдем в кафе перекусить.

Он подождал, пока Линдси неуверенно кивнула, смутившись из-за пристального взгляда, села в машину и захлопнула за собой дверь. После этого Алекс развернулся лицом к озеру и подошел к перилам, чтобы перегнуться через них и заглянуть в воду. Он столько времени врал себе и всем вокруг, что у него получалось все контролировать. Или ему действительно удавалось контролировать своих демонов, вернувшихся когда-то недавно из далекого прошлого? Коул схватился за голову, помогая взращивать внутри ограждение из беспредельной ярости, той самой, что должна была помочь защититься от большего зла.

— Теперь поговорим о том, как ты умудрилась связаться с таким идиотом, как Купер? — вернулся в автомобиль Алекс.

— Я…

Девушку прервал звонок мобильного телефона. Мужчина пустил машину по мосту, после чего схватился за трубку. Его лицо мгновенно стало злым. Линдси порой поглядывала на спутника, отмечая реакции того на то или иное предложение неизвестного собеседника. Коул отвечал отрывисто, чрезвычайно холодно, будто принуждая себя. Они уже проехали табличку, указывавшую, что через километр будет автостоянка для грузовых автомобилей, а разговор по-прежнему длился.

— Я все понял. Передай Ружу, что сейчас и нанесу визит, все равно мимо едем. Да, думаю, он сам отзвонится. А куда он денется? — и Алекс неприятно засмеялся.

Линдси невольно нахмурилась, но парень спокойно убрал мобильный в карман и даже довольно приветливо улыбнулся девушке.

— Смотри-ка, возле этого автомагазина Барри есть кафе. Перекусим.

Недолго думая, Алекс нарушил дорожное правило, воспользовавшись тем, что на всей проезжей части Додж был единственной машиной, и резко свернул влево, после чего переехал травянистый участок, разделяющий две дороги. Таким образом, он выехал на встречную полосу и двинулся по правой полосе к указанному на билборде магазину автозапчастей от Барри.

— Ты что сделал? — завертела головой ошарашенная Линдси. — Это же незаконно!

— И что? — Алекс притормозил напротив входа в мастерскую.

— Нас могла полиция арестовать!

— Ну, заплатил бы я штраф, и всё. Ерунда какая.

Эванс была потрясена настолько, что даже не нашлась, что ответить обнаглевшему спутнику. Парень довольно усмехнулся:

— На выход, в таком случае.

Кафе пустовало, находясь практически на отшибе. Только огромная куча машин, стоявших на свалке рядом, составляла повседневную компанию местным сотрудникам. Линдси с удовольствием доедала курочку, запеченную в соусе карри, и по-доброму смотрела на Алекса, который уже сидел в ожидании сливочного сока.

— Так, закончишь, иди к машине. Услышала? — мужчина внимательно взглянул на девушку, чтобы удостовериться, что та ясно поняла приказ.

— Да, босс.

Все мирное настроение улетучилось в секунду. Алекс потер колючий подбородок, подозвал официантку, быстро расплатился за все и вышел. Девушка успела уже налюбоваться красотой местной природы, оглядеть заброшенные автомобили, но Коул все не появлялся. Линдси неторопливо обходила магазин автозапчастей, когда оттуда донесся неслабый шум. Эванс испуганно вздрогнула и поспешила внутрь, собравшись помочь. Входная дверь была распахнута, а звуки продолжали доноситься из последнего помещения — ремонтного. Девушка дошла быстрее, чем поняла — ей надо было остановиться еще на пороге.

Глава 6. Нулевое взаимопонимание

— Когда ты собираешься возвращать деньги, упырь?

Алекс в очередной раз ударил лежавшего на грязном полу обрюзгшего мужчину лет 45-ти. Схватив более-менее чистую тряпку, он вытер испачканные краской руки и бросил ее на владельца магазина. Тот закряхтел и стал медленно вставать, постоянно выплевывая изо рта кровь. Наконец, мужчине удалось подняться, и он присел устало на стопку шин. Его руки дрожали, а под глазом начинал багроветь синяк.

— Ну, Барри? — Коул зевнул, понимая всю патовость положения.

Просторное прямоугольное помещение было отдано под ремонт время от времени проезжающих мимо автомобилей, однако сейчас пустовало. Над головами висели краны и крюки, вдоль немытых стен располагались подручные средства, как шины, веревки, многочисленные инструменты, баллоны с газом и краской, лежали коробки с кистями разных размеров. Немного пустых ведер находились в углу вплотную к 50-тилитровой емкости с некой жидкостью. Барри сидел и нелепо кряхтел, чуть пошатываясь, но стоило коллектору отвернуться к домкрату, как полноватый мужчина схватил здоровый молоток и накинулся с ним на Коула.

— Ты, сучий потрох, совсем страх потерял?

Алекс успел отскочить, злобно зашипев, и тут же набросился ответно на Барри с кулаками. Несколько сильных ударов повалили мужчину на пол, и он захрипел от боли. Попытка защититься привела к тому, что разъяренный парень буквально раздавил колено своей ногой и вывернул руку, заставив ту захрустеть, а Барри заорать с новой силой. Алекс привстал на секунду и, схватив за широкие плечи должника, со всех сил отшвырнул его к противоположной стенке. Тот ударился головой о металлическую канистру с бензином и потерял сознание.

— Нет, милый, так дело не пойдет. Урод, тьфу, — Коул ударил носком ботинка по голени.

Открыв пластиковую бутылку с какой-то вонючей жидкостью, мужчина стал поливать ею порядком полысевшую мужскую голову. Барри стал вопить, скрипеть и отмахиваться. Коул рассмеялся и встал сбоку. Дожидаясь, пока должник полностью придет в себя, он копошился среди инструментов. Наконец, парень удовлетворенно причмокнул:

— Смотри, Барри, что у меня теперь есть! — он присел на корточки возле толстого мужика. — Итак, где деньги? Игрок чертов!

— Послушай, ну, пожалуйста, ну, мы же все свои люди. Ну, пожалуйста, ну, верну, клянусь же, что верну все до копейки! — Барри стонал от боли и страха и все пытался вытереть с себя эту самую вонючую жидкость.

— Мерзавец, ты должен уже полгода. Знаешь, что с такими делают? И, вообще, кому достанется этот магазин в случае твоей гибели, а?

Коул щелкнул изрядно раз найденной зажигалкой прямо перед лицом пострадавшего. Тот завыл, посерел и постарался подняться, но ватные ноги не дали этого сделать. Мужик схватился за руку Алекса, на лице которого тут же появилась брезгливость:

— Умоляю, не губи. Забирай все, что у меня есть, хорошо? Пожалуйста, скажи Бейну, что я все отдал!

— Слушай, тюфяк слоноподобный, как все отдашь — так и сразу скажу. Где деньги? И не смей вызывать копов, знаешь же, что будет, верно?

— Догадываюсь, — тот через силу сумел промямлить трясущимися разбитыми губами.

— Вот и славненько. А теперь пошли за деньгами, пока я тут все к черту не сжег! И только попробуй меня обмануть снова!

Серые глаза превратились в щелочки, оставляя в душе должника неизгладимый след. Грязное от крови и мазута пухлое лицо стало невыносимо бледным. Алекс раскатисто захохотал, быстро вытирая руки очередной тряпкой, когда его взгляд упал на проход в коридор. И лишь тут он понял, что мужчины были не одни в помещении все это время. Перепуганные голубые глаза занимали едва ли не пол-лица, а по вискам стекал пот. На внезапно сморщившемся девичьем лице был написан такой ужас и отвращение, что Коул недовольно поморщился.

— А ты… — он успел бросить два слова ей, тогда как Линдси стремглав бросилась на улицу.

— Да будь ты неладна, идиотка! — зло бросил вдогонку ей Алекс и повернулся к уже пришедшему в себя Барри. — Марш за деньгами, быстрее, тюфяк.

Эванс буквально вылетела к трассе, чувствуя бешеное сердцебиение. Ей хотелось как можно быстрее покинуть это место, рванув куда угодно, но только подальше от этого прожженного садиста. Такое удовольствие от разборок она до этого наблюдала лишь в фильмах. Махнув рукой, Линдси, не думая совершенно ни о чем, пыталась остановить машину. Она намеревалась добраться до ближайшего полицейского участка и все им рассказать. В голове кроме страха больше не осталось ни единой мысли. Спустя несколько минут один из автомобилей остановился.

— Куда Вам? — показался миловидный парень.

— До участка полиции, если можно.

— Конечно, присаживайтесь.

Линдси кивнула и потными от страха ладонями принялась открывать дверь. Едва она успела это сделать, некто сзади схватил ее за шкирку и откинул назад. Девушка распласталась на земле и тут же увидела нависшую над нею огромную тень.

— Куда собралась, а?

Из автомобиля выскочил парень. На его холеном лице было написано непонимание.

— Вы что себе позволяете? Оставьте ее в покое!

— Что ты сказал? — Коул легко справился с кулаками защитника и принялся его трясти.

Эванс успела вскочить до того, как мужчина ударил парня, и завопила:

— Хватит, остановись. Не трогай его, пожалуйста! Он же ничего тебе не сделал! Я здесь, остаюсь. Ну, же!

— Катись давай, сосунок, — поставил его обратно Коул.

— Уезжайте, пожалуйста, — всхлипнула Линдси, — простите, что так вышло.

Парень ринулся к машине, и через несколько секунд только след от шин остался на дороге. Алекс насупился, сжав ладони в кулаки, и медленно развернулся всем телом к превратившейся в струну девушке.

— Что это было за своеволие? — голос звенел настолько слащаво, что заставлял двигаться назад.

Линдси испугалась еще больше, готовая грохнуться в обморок прямо сей миг, пока ноги куда-то отступали. Мужчина протянул руку вперед, но прядь волос пролетела по его лицу и скрылась. Раздался топот ног. Алекс согнулся и расхохотался.

— Куда же ты бежишь, детка?

Линдси бросала отчаянные взгляды из стороны в сторону, но везде видела лишь пустырь с одиноко растущими деревьями. Невольно от бессилия покатились слезы. Признав поражение, она подошла к ближайшему тополю и, скрывшись в его тени, принялась отряхиваться. Растрепанная, выпачканная пылью девушка была уверена, что наступил ее смертный час. Бездумно повернувшись, она встала, обхватив ствол дерева и закрыв глаза, пока не услышала, как рядом с ней остановился мужчина.

— Повернись, — излишне мягко произнес он.

— Нет, ты меня убьешь.

— Я не сержусь настолько, уж поверь.

Алекс стоял и смотрел на напряженную девичью спину в порванной розовой блузке и ловил в себе странное чувство — не то жалость, не то раскаяние. По крайней мере, ни одно из них доселе было ему не знакомо. Он замер в двух шагах от подрагивавшей заложницы. В данную минуту Коул попросту не мог вспомнить того, что Линдси нужна была живой и невредимой для выхватывания долга у Купера. Сейчас в Алексе пробуждались эмоции, зачем-то снова. Мужчина положил правую широкую ладонь на девичье плечо, отчего Эванс дрогнула, и легонько стиснул. Пальцами левой руки он коснулся гибкой голой шеи и провел от затылка до лопаток, надавливая на позвоночник. Линдси невольно склонила голову вперед, поддаваясь энергетическому току, высекаемому мозолистыми пальцами. Алекс, зачарованный податливой реакцией, повторил это же движение, накрывая теперь всей кистью.

Мужчина приблизился и осторожно сжал хрупкую шею, положив ладонь на горячую мягкую кожу, освобождая тем самым ее очередной кусочек от порванного воротника блузы. Эванс вздрогнула, но осталась стоять с наклоненной влево головой, будто ожидая чего-то.

— Что… — вырвалось удивленно, когда Алекс укусил за надплечье, продолжая крепко удерживать Эванс обеими руками.

Линдси очень хотелось вырваться, но скопление самых разных эмоций — страха, злости, бессилия, ужаса, мешало ей собрать мысли в кучу и двинуться с места так резко, чтобы Коул отстал раз и навсегда. Запах кожаной куртки, смешанный с тонкой нитью холодного аромата духов, проникал в девичьи ноздри и заставлял дышать глубже. Алекс продолжал покусывать нежную кожу, все порываясь прокусить ее и едва контролируя себя. Ему нравилось вырисовывать упругим языком некие узоры на шее, продавливая ее, чувствовать соленый вкус в совокупности с остатками розовой туалетной воды и подниматься выше по тонкой шее. Алекс крепко сдавливал женское плечо пальцами, не отдавая себе в том отчет, и полностью сосредоточился на реакции девичьего тела на его движения.

Эванс вновь охнула, ловя растекавшееся по телу удовольствие, и нетерпеливо дернула шеей вверх, подставляя ее под мужские ласки. Совсем уж некстати ей захотелось, чтобы Алекс прижался к ней всем телом, и тут же ладонь, словно прочтя мысли, обвила ребра, подтаскивая к себе. Линдси несдержанно застонала, когда губы, оставляя глубокий поцелуй на шее, вдруг схватились за мочку уха и сдавили ту. Коул слышал каждый томный женский всхлип, видел порывистые движения тела и через силу мог уловить в себе то, что его ярость растворилась в воздухе, превратившись в пар. Оставив правую руку на ребрах, левую ладонь мужчина опустил на бедра и прижал к своему паху девичью попку. Раздался стон.

— Ты такая вкусная, — Коул прошептал в ухо, оторвавшись от мочки.

Линдси вздрогнула, неожиданно придя в себя от звуков знакомого голоса. И сделала мнимый шаг вперед, после чего торопливо развернулась к парню лицом.

— Боже, — она пролепетала и закрыла лицо ладонями. — Боже.

Алекс ощутил себя нашкодившим мальчишкой и принял недовольную позу. Ему все еще хотелось продолжить игру с Линдси, но теперь верх брала злость. Он исподлобья взглянул на покрасневшую спутницу:

— Ты сожалеешь?

— Только о том, что это был не Джим, — Эванс выдохнула и оперлась затылком на ствол дерева.

— О, я так и думал, — зрачки превратились в буравящий собеседницу уголь. — Пожалуй, я тоже жалею.

— И о чем же?

Линдси закусила губу и робко уставилась в горящие ядом мужские глаза. Алекс осклабился и сунул руки в карманы.

— О том, что ты — не одна из моих должников.

— То есть ты девушек тоже бьешь?

Эванс покраснела еще больше. Коул чертыхнулся и отбросил ногой небольшой камешек. Потом он достал часы и взглянул на стрелки:

— Пора ехать, двигай быстрее к машине.

— Ты все еще хочешь меня ударить? — Линдси осталась стоять. — Ты на меня зол, я же вижу. Почему ты всегда злишься?

Мужчина подался вперед, в два счета подскакивая, и схватил девушку за острые плечи, принявшись трясти:

— Кто ты такая, чтобы я перед тобой отчитывался, а? Ты, девочка с улицы, никто абсолютно, строишь из себя нечто тут, ходишь и умничаешь! — он практически кричал растерянной Эванс в лицо, буквально выплевывая каждое слово.

— Перестань, перестань же!

Линдси попыталась оттолкнуть от себя мужчину, после чего тот отшвырнул ее в сторону. Тело девушки изрядно раз перекатилось по сухой земле, а потом замерло. Молодая женщина застонала от боли, появившейся после нескольких ударов о небольшие, но многочисленные камни. Она с трудом собралась с мыслями и начала подниматься с почвы. Встав на локти и отплевывая изо рта землистые крошки, Линдси тщетно заставляла себя качнуться назад, упасть на колени, чтобы впоследствии принять вертикальное положение. Почему-то вдобавок заболела челюсть.

— Хватит корчить из себя страуса, поднимайся! — Алекс все это время наблюдал за девушкой, медленно остывая.

Он навис над Линдси массивной тенью, закрывая обзор вместе с солнцем, но та и не думала ничего отвечать, пытаясь пересчитать зубы языком и понять, откуда у нее кровь во рту. На высоком мужском лбу появилась гневная морщина. Парень медленно наклонился к Эванс, собираясь высказать ей дополнительно пару слов, когда та вдруг махнула головой вверх и зарядила Алексу по носу.

— Черт!

Тот взвыл от нежданно острой боли и, поскользнувшись на щебенке, упал рядом, приземляясь на бок и локоть. Дернувшись и вскрикнув от пронзительной судороги, наступившей после того, как мелкий камень воткнулся между локтевыми косточками, Коул крепко ударился головой о землю.

— Прости, — все еще оставаясь на четвереньках, Линдси быстро приблизилась к мужчине.

Тот почему-то находился с закрытыми глазами. Странно, но Эванс, присевшая на корточки вплотную к мужскому телу, испытывала раскаяние за нечаянный удар, уже как будто позабыв о том, что еще толику минут назад этот самый парень отбросил ее саму на землю, будто щенка, да еще и накричал на нее.

— Ты в порядке? Алекс, отзовись.

Линдси повернулась так, чтобы лицо находилось над мужской головой, и низко склонилась к нему, касаясь дыханием губ. Из разбитого носа медленно текла кровь. Эванс тут же захватила жалость, и девушка легонько похлопала по щекам, заставляя спутника распахнуть глаза. Увидев нависшую над собой лохматую и пыльную Линдси и вдруг поняв, что сам находился в аналогичной ситуации, Алекс неожиданно дал себе волю и засмеялся. Эванс сначала подняла плечи, испугавшись, но, уловив легкость и веселость в мужском смехе без капли иронии или злости, позволила себе тоже рассмеяться.

— Боже, мы с тобой такие грязные! — Коул все продолжал скалить зубы в улыбке, лежа на земле.

— У тебя разбит нос, а у меня что-то во рту.

Девушка не сдержалась и упала на грудь мужчине, положив туда голову. Руки ныли от физической боли и усталости. Алекс удивленно затих. Линдси чуть поерзала, устраиваясь удобнее, и замерла. Мужчина чувствовал, что должен оттолкнуть от себя эту наглую девицу, сбросить ее как можно больнее, а еще лучше ударить. Но не мог. Впервые за все эти годы он не смог. Осторожно подняв правую руку, Коул положил ладонь на голову, покрытую спутанными прядями когда-то каштановых волос, и погладил ту несколько раз.

— Откуда ты такая взялась?

Он задал вопрос недостаточно тихо, и Эванс вмиг подскочила:

— Что? Что-то не так?

Алекс изумленно смотрел в растерянные голубые глаза, но не находил там подвоха. Вопрос был совершенно дурацким, ведь все происходящее было не так. Однако ему не понравилось другое: задав бестактный, по мнению парня, вопрос, девица еще смела ожидать ответ! Линдси сидела и хлопала длинными ресницами, не отрывая взгляда от мужчины, пока тот соображал, что можно было ей ответить.

— Ты не хочешь продолжить наш путь и увидеться в четверг со своим женихом? — мужчина вложил туда всю возможную ядовитость.

— Хочу, — Линдси широко улыбнулась. — Помочь встать?

— Не надо, — он досадно буркнул и в два счета поднялся на ноги.

Уже принявшись отряхивать свои любимые брюки, парень вдруг понял, что Эванс обиделась. Алекс был недоволен собой, тем самым, как именно кольнуло его это ощущение, что девушка обиделась. Ему не надо было смотреть на нее, спрашивать, он просто внезапно уловил это девичье состояние. И разозлился. Вместо того, чтобы протянуть Линдси руку, он развернулся и гаркнул:

— Ты собираешься подниматься или нет? Может, мне еще понести тебя надо?

Пораженная неприятной переменой в спутнике, Эванс вскочила и бросилась к машине. Встав у пассажирской двери, она молча, сжавшись и обхватив себя руками, дожидалась прихода нахмуренного Алекса. Тот, не взглянув на девушку, забросил себя в машину и забарабанил пальцами по рулю. Не думая ни секунды, Линдси разместилась на заднем сиденье позади пассажирского.

— Ну и пожалуйста! Надоела уже! — мужчина рассерженно фыркнул и поспешил завести мотор.

Как только Додж выскочил на свою полосу, Алекс тут же включил громко радио и постарался максимально расслабиться. Его бесила эта обстановка и крайне раздражало поведение барышни — вынужденной пассажирки. Он с большой радостью представлял себе, как скручивает ей шею. По расчетам Коула, уже к девяти вечера, при скорости 80км/ч, пара должна была прибыть к базе отдыха на севере Монтгомери, но молодые люди явно опаздывали.

— Держись крепче, — бросил Алекс, приглушив звук на радио, и нажал на педаль газа.

Скорость определенно взбодрила его, помогла забыть обо всех проблемах, чужих долгах, излишне раскрытой девчонке и, главное, о своих демонах. Последние делали все, чтобы заставить Коула помнить, вспоминать и бояться каждой минуты прошлого. А тот продолжал строить стены из бессердечности и агрессии. Мужчина лихо засвистел, делая звук мелодии вновь громче и переходя на пятую скорость. Его тело захватила эйфория, безбашенная расслабленность, при которой, казалось, он мог все. Мчась и протискиваясь между будто бы стоящими на месте остальными машинами, Алекс хохотал и продолжал лететь навстречу крылатой ночи. Та, в свою очередь, уже расправляла объятия небу и покрывала его блестящими точечными звездочками.

Линдси же глубже вжалась в сиденье, закрыв глаза и крепко держась за пластмассовую ручку над дверью. Казалось вероятным, что достаточно лишь одного движения, чтобы вылететь из машины и быть размазанной об серый ровный асфальт. Наконец, адская пляска на колесах закончилась, темп был снижен, и Алекс в итоге свернул вправо. Несколько небольших домиков, сделанных под дерево, и один центральный — между ними, располагались посередине огромного лесного заповедника Таскджи, занимавшего более 45 квадратных километров.

Машина заехала на небольшую автостоянку, на которой в этот период стояли лишь домики-трейлеры. Там Алекс припарковался. Глядя в зеркало заднего вида, мужчина негромко проговорил:

— Сиди здесь. Я возьму ключи от свободного домика и вернусь. Достанем из багажника пакет с продуктами и пойдем заселяться.

Линдси отвернулась, промолчав. Коул скрипнул зубами и громко хлопнул дверью, выйдя. Девушка поспешила на свежий воздух и принялась любоваться природой. Несмотря на наступление глубокого вечера, хозяева частного участка позаботились об уютном освещении, поэтому везде были расположены невысокие чугунные фонарные столбы. Эванс задрала голову вверх, облокотившись на дверь, и заулыбалась, рассматривая мириады звезд. Те собирались в вычурные узоры, созвездия, будто играя с человеческим воображением. Прохладный ветерок пробирался под тонкую блузу, заставляя появляться мурашкам.

Девушка с удовольствием потянулась, простирая руки к небу. В этот момент ей захотелось стать птицей и пролететь над всем зеленым массивом, со стороны которого доносились уханье сов и крики незнакомых животных. Послышались привычно тяжелые и торопливые шаги. Линдси резко обернулась. Алекс даже не пытался быть милым. Собрав в углах рта складки раздраженности, он бросил девушке ее пиджак, после чего вытянул пакет из багажника и включил сигнализацию.

— Иди за мной и не отставай.

Мужчина быстро передвигался к самому дальнему домику, даже издали казавшемуся уютным, и бренчал ключами в руке. Эванс беззвучно шла позади, волнуясь все больше и больше. При ближайшем рассмотрении здание оказалось еще более симпатичным — с занавесками на больших окнах и аккуратными низкими фонарями по углам семиступенчатой лестницы. Зайдя в полуметровую прихожую, Алекс скинул ботинки, обув одноразовые, предоставляемые хозяевами гостиничных домиков, и отправился на экскурсию.

Первым делом, что отметила для себя Линдси — было наличие ванной комнаты. Вторая дверь открывалась в спальню. И тут девичье сердце ухнуло в пятки:

— Здесь же всего одна комната!

— Но две же кровати, правильно? — Алекс заглянул через плечо. — И все, порядок.

— Да уж, полный порядок, — пробормотала несчастная девушка.

— Так, я на кухню, разберу пакеты и подогрею нам что-нибудь. Есть будешь?

Он говорил таким неприятным холодным тоном, сверля черными зрачками стоящую напротив Эванс, что та замерзала на глазах. Она не выдержала:

— Алекс, ты можешь быть нормальным?

— Не понял, — возникла пауза.

— Перестать быть таким грозным, деловым, угрюмым, можешь? Чтоб мы с тобой были на нейтральных отношениях.

— Чего еще ты хочешь, моя госпожа? — ядовитый тон сорвался с мужских губ фразой.

— Больше ничего. Все равно ты больше ничего не сможешь сделать.

Девушка горько усмехнулась.

— Я подумаю.

Глава 7. Лишнее касание

Алекс раскидал пакеты с готовой едой и хот-догами по столу, после чего открутил крышку с литровой бутылки пива и в несколько глотков опустошил последнюю. Алкоголь должен был помочь забыться, выкинуть все лишние воспоминания из головы и эти ненужные эмоции минувших немногих дней. Мужчина сбросил с себя пыльную куртку и остался в серой майке, облегавшей его широкую грудь и мускулистые плечи. Он оперся спиной о холодильник и задрал ноги на подоконник, ловя долгожданное головокружение, когда вдруг услышал всхлип.

— Это еще что такое?

Коул, удивленно и неловко пошатываясь, вышел в коридор и прислушался. Последовала череда тихих всхлипов. Звук явно доносился из комнаты, подтолкнувший парня осторожно толкнуть дверь и обнаружить сидящую возле книжного шкафа Эванс. Помещение ныне освещалось лишь настольной лампой, размещенной на тумбочке, что, в свою очередь, разделяла кровати между собой. Собственно, напротив них, у противоположной стены, и находился огромный старый шкаф.

— Ты плачешь, что ли? — Алексу понадобилось сделать всего два шага, чтобы оказаться рядом с девушкой.

— Нет, — она испуганно вытерла щеки. — Ты злишься?

Мужчина практически упал вплотную к Линдси и подложил под себя одну ногу, вытянув вторую. Девушка сморщилась, ощутив стойкий алкогольный запах.

— Ты пил, что ли?

— Вполне вероятно.

Алекс смотрел в безумно грустные голубые глаза и чувствовал прилив желания. Он ощутил досаду на себя: пиво должно было притупить все эмоции и воспоминания, а не пробуждать их. Мужчина сжал левую руку в кулак до хруста и запоздало понял, что вновь напугал Линдси. Хрупкая девушка сидела напротив, едва дыша, и пыталась сообразить, как ей исчезнуть из его поля зрения.

— Подожди, — с легкостью угадал ее мысли Алекс. — Почему ты плачешь?

— Это неважно, пройдет, — Линдси опустила голову вниз.

— Я — просто вылитый козел, да? Издеваюсь над тобой, мешаю тебе жить, похищаю, избиваю, целую.

Парень саркастично протянул, с трудом контролируя свою похоть. Алекса чрезвычайно сильно уже тянуло к этой девчонке, находящейся в дурацкой порванной блузке. Эванс покраснела до ушей, с каким-то любопытством начиная взирать в серые глаза. Она заметила, как мужской взгляд спустился на ее губы, а потом еще ниже, и заволновалась. Но Линдси вынуждена была признаться себе, что этот возбужденный взор завораживал ее, вынуждал сопротивляться, а алкогольный запах, смешанный с мужским ароматом, заставлял съеживаться и почему-то хотеть вдыхать его как можно дольше.

— Ты же тоже этого хочешь, верно?

Блуждающий взгляд Алекса вернулся в голубые глаза. Парень коротко рассмеялся.

— Почему я должна чего-то хотеть? — мигом вспыхнула девушка. — У меня есть жених.

— Ага, и ты прекрасно поняла, что я имел в виду, при всем этом. Где он, кстати? Ау, Джим, ты где? Ты меня даже не боишься сейчас, — прокомментировал мужчина, подняв ладонь и принявшись поглаживать бархатную на ощупь розовую щечку.

Линдси сводила с ума эта ситуация. Ей определенно надо было прогонять от себя этого наглого эгоистичного типа, но колючие пальцы так ласково действовали по коже, что хотелось попросту закрыть глаза и позволить ладони опускаться по шее вниз, к декольте.

— Только, когда ты… — она замерла, стоило ладони коснуться ключицы. — Слушай, не надо. Я не хочу. Именно так.

Алекс рассмеялся и принялся расстегивать выскальзывающие из пальцев пуговицы на блузке. Он легко сбросил с себя девичьи ладони, попытавшиеся возразить, и продолжил свое занятие.

— Но ты же собираешься купаться, разве нет? Я всего-то помогаю раздеться.

— Не надо, остановись, — Линдси с оттенком ужаса наблюдала за мужскими действиями, не в силах помешать слабыми руками.

— Почему?

Алекс вдруг с досадой поморщился и резко рванул отвороты блузки в противоположные стороны, вызвав девичий вскрик. На губах появилась довольная ухмылка человека, не признающего чужие позиции. Однако Эванс это помогло собраться с духом, и она ударила парня в грудь.

— Я же попросила не приставать ко мне!

— Почему? — мгновенно вспыливший мужчина крепко схватил девушку под затылок, подтаскивая ее к себе. — Почему, а? Линдси.

Его возмущенное лицо находилось на расстоянии нескольких миллиметров от женского растерянного, а серого цвета глаза врезались в черные зрачки, буравя их. Алекс тяжело дышал, продолжая левой ладонью держать затылок, а правую положил на обнаженный прохладный живот. Девушка перебегала взглядом с губ на глаза, не находя, что ответить в такой напряженной обстановке, чувствуя себя так, будто она попала в некое магнетическое поле. Ее ладони упирались в мужскую грудь, защищаясь, но массивное тело Алекса легко сломило девичье противостояние.

— Послушай, просто…

— Хочу, — прервал ее раздраженно Коул и вонзился в губы.

Он с наслаждением бросился кусать их, покрывать мокрыми поцелуями и изучать каждую неровность. Линдси взвыла и принялась колотить мужчину в попытках оттолкнуть от себя, но ей было не суметь достучаться до захваченного страстью Коула. Напористо действуя, он ничего не видел и не слышал, только ловил сладкие ощущения от ароматных губ и мягкого девичьего животика. Сейчас Алекс жалел о том, что принял такую неудобную позу для сидения. Хотелось накрыть девчонку своим телом полностью.

— Ну, стой же, — попыталась пробормотать Эванс, стараясь отвернуть голову, зажатую в тисках будто бы железных пальцев.

От досады невольно полились из глаз слезы, когда в следующий миг Линдси была застигнута врасплох. Она издала еще один бесполезный вопль и задергала ногами, ощутив, как неожиданно свободно мужской язык проник в ее рот и принялся заполнять чужое пространство. На секунду Алекс отстранился, будто давая возможность девушке расслабиться и принять его силу, после чего вновь набросился с поцелуем.

В этот раз он действовал еще мягче, издеваясь над нежными губами и лаская их. Незаметно для себя Эванс в какой-то момент подчинилась чувственной игре и уже послушно впустила в себя с алкогольным вкусом острый язык. Держа глаза закрытыми, пальцами девушка крепко держалась за мужскую майку и тянула ее к себе. Алекс прижал к своей груди Линдси за талию и ощутил, как та выгнулась, подхватывая едва ли преодолимое стремление продолжать поцелуй. Коул, удивительно для себя, бурно обрадовался тому, как изменилось девичье поведение, и тихо зарычал. Розовые уста приняли игру от мужских, откровенно облизывая и чуть прикусывая каждую губу. Очередной несдержанно томный стон вырвался из женской груди.

Линдси, чье сознание будто отключилось, охотно кусалась и прижималась к мужскому телу, ловя энергетические волны, передававшиеся от одного человека к другому. Начала кружиться голова, а по телу, будто словесная просьба, ударяло странное желание не отпускать от себя мужчину. Алекс напористо сдавливал в объятиях девушку и издавал тихое рычание, горя от вожделения. Он был готов подхватить Эванс на руки и бросить ее на кровать, но как только он совершил это, Линдси тут же распахнула веки и потрясенно пришла в себя.

— Нет, нет, хватит, молю!

Она моментально подхватилась и бросилась вон из комнаты. Упав во дворе на колени, Линдси разрыдалась, чувствуя себя мерзкой предательницей. Сейчас ей было все равно на то, что жених никогда не был ангелом, что она из-за него попала в эту ситуацию, что ей нравилось целоваться с Коулом. Сейчас Линдси было ужасно стыдно за себя, поэтому она сидела и ревела навзрыд.

Мужчина застыл посередине комнаты, задетый преждевременной сменой настроения Эванс. Возбуждение мигом схлынуло. В голове били барабаны, не подавая ни одной, совершенно ни одной мысли, даже односложной. Алекс протрезвел еще, как только коснулся девичьих губ, но это его не остановило тогда. Коул ощутил, что всецело запутался в своих чувствах и желаниях, а теперь стоял к тому же, будто побитая собака, и не знал, что ему следовало сделать. Развернувшись, мужчина резко выбежал на улицу и быстро приблизился к рыдающей девушке. В принципе, такой финал был предсказуем для Коула. И парень предвидел негатив, связанный с муками девичьей совести, после окончания желанного секса. Втайне он даже очень хотел увидеть эту реакцию, прочувствовать тяжесть опоздавшего раскаяния до капли и мстительно насытиться чужой болью. Но почему-то именно в этот вечер девичья боль не принесла никакого удовлетворения ноющим душевным ранам, а лишь посыпала их крупной солью.

— Линдси.

Та затихла, но осталась сидеть спиной к мужчине.

— Линдси, встань. Я никогда не прошу ни у кого прощения. Я не привык ни за что извиняться. И сейчас не буду.

— Зачем ты здесь тогда? — девушка издала нервный смешок.

— Тебе же нравилось, верно? Ты получала удовольствие, хотела быть со мной. Ну, и ладно. Я проблемы, вообще, не вижу. О чем ты сожалеешь? О минутной слабости? Но ты же просила меня остановиться, верно? Просила, кричала, умоляла, в общем, все то, как ты обычно ведешь себя со мной, когда я становлюсь самим собой.

Линдси моментально вскочила и повернулась обеспокоенным лицом к Алексу. Ожидая найти там насмешку, она видела только холодные рассуждения спокойно стоящего парня, держащего сцепленные кисти за головой. Он неторопливо говорил, сверкая серыми глазами:

— Я не давал тебе возможности оттолкнуть меня, правильно? И тебе пришлось смириться, а организм твой стал испытывать импульсы удовольствия, как тогда, в твоем доме, да?

Алекс усмехнулся, увидев, как быстро покрылась красным цветом Эванс.

— Стало быть, у него, то есть у тебя, не было другого выбора, кроме как ласкаться. Ну, и замечательно. Все довольны. При этом мне жаль, что секс сегодня обломался.

— Какой же ты негодяй! И так хладнокровен. Скорее бы наступила пятница, чтобы никогда больше тебя не видеть! Чтобы забыть весь этот кошмар и твои псевдо умные изречения! — в сердцах воскликнула Линдси.

— Так и будет, моя милая, так и будет, — мужчина откровенно смеялся над вспылившей спутницей. — И да, конечно, я — негодяй. Всегда им был и планирую оставаться дальше таким же! Очень удобно быть в своей коже, знаешь?

Серые глаза сузились, превращаясь в щелочки, а взор вдруг скользнул вниз и остался там, вынудив Эванс вспомнить о том, что ее блузка разделена на две части, открыв лифчик для обзора. Встрепенувшись, девушка проскочила в дом, где ловко залетела в ванную комнату и закрылась. Следующий час ей удалось спокойно провести в обжигающе горячей воде и белоснежной пене. Линдси с наслаждением смывала с себя всю дневную грязь, жалея лишь о том, что придется завтра ехать в пиджаке на голое тело. Погода в среду явно должна была остаться такой же жаркой, как и во вторник.

Когда, наконец, Эванс покинула ванну, ее настроение изменилось на легкое и доброе. Девушке хотелось почему-то пританцовывать в такт играющей по радио, стоявшему на кухне, мелодии. Бормоча себе мотив под нос, она неторопливо зашла в спальню. Верхний свет был включен, но на одной из кроватей уже разлегся в полный рост Алекс, не посчитав нужным снять покрывало. Услышав стук двери, мужчина напрягся и тут же подскочил.

— А, это ты, — он окинул ее пренебрежительным взглядом. — Снова в полотенце? Тебе нравится ставить себя в дурацкое положение, верно?

Коул встал напротив девушки, обнимавшей себя обеими руками в надежде на то, что от волнения полотенце не свалится, и быстро стянул с себя майку. Линдси невольно уставилась на широкую загорелую грудь, по которой красиво разрастались золотистые волоски, переходя в одинокую полоску вплоть до пупка, а потом спускаясь ниже и скрываясь в брюках. Алекс увидел, как небольшие женские ушки заполыхали красным, и насмешливо хмыкнул.

— Что, нравлюсь? — он коснулся влажного голого плеча и положил на него ладонь. — Ты тоже ничего так. Может, секс еще в силе?

— С ума сошел? У тебя зашкаливает уровень мании величия, — Эванс дернулась назад и наступила на торчащий деревянный уголок панели.

Завопив от боли, она согнулась и с трудом сдержалась от хныканья. Полуобнаженный мужчина внезапно подхватил девушку на руки и отнес на кровать, куда неспешно положил ее. Линдси удивленно воззрилась на присевшего рядом Коула, все еще цепко придерживая на груди полотенце. Во рту резко стало сухо, и девушка закашлялась.

— У меня для тебя есть подарок. Пока ты сидела в ванной, сгонял к хозяевам, приобрел кое-что.

Парень потер руки о штаны, после чего довольно усмехнулся и вытащил из-под кровати маленький пакетик. Нахмурившись, Линдси убрала мокрые волнистые волосы назад и принялась рассматривать содержимое. Им оказалась голубая длинная туника, явно трикотажная, из вискозы. Девушка полностью достала одежду и разложила ее на коленях. Можно было отметить сетчатые рукава размером три четверти, оканчивающиеся небольшими круглыми вырезами на плечах. Вокруг шеи шла широкая плетеная бретелька в виде дуги, что переходила в нагрудную ткань. А по центру последней оказывался еще один ромбообразный вырез, придающий кокетства и обнажающий края груди. Лямка околошейная заканчивалась сзади и застегивалась на одиночную пуговицу. Узкий разрез шел вдоль позвоночника и протягивался между лопаток. В низу туника шла асимметричными боковыми краями.

Линдси мгновенно понравилась тонкая ткань и внешний вид наряда. Голубые глаза обрадованно загорелись. Она развернулась к мужчине и лишь сейчас поняла, что тот все это время наблюдал за ней. Алекс, на самом деле, не придал особой значимости купленной одежде, тем больше его ошарашила задумчивая девичья реакция, длительное изучение ею незатейливой вещицы. Определенно, это было странным для Коула. Еще больше его поразило то, с каким осчастливленным выражением лица на него смотрела девица, принявшаяся кивать головой, смущаться и горячо благодарить.

— Ты спать собираешься сегодня? — он насупился.

— А ты в душ не пойдешь?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: