электронная
212
печатная A5
542
18+
Глубокие интервью Сергея Белановского

Бесплатный фрагмент - Глубокие интервью Сергея Белановского

Том V. Дедовщина в российской армии

Объем:
378 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-3611-8
электронная
от 212
печатная A5
от 542

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Аналитические статьи

Дедовщина в советской армии

(в соавторстве с С. Марзеевой)

Данное исследование было проведено авторами данной статьи в 1988 году методом неформализованного интервью с 30 солдатами-срочниками, демобилизованными в том же году. Цель исследования состояла в изучении «дедовских» отношений в Советской армии. Результаты исследования, включавшие в себя данную аналитическую статью и тексты интервью, были опубликованы в 1991 г. в виде сборника под названием «Дедовщина в армии» (издающая организация Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, тираж 1000 экземпляров).

1. Статусные системы в армии

Описание социальных отношений в армии целесообразно начать с характеристики существующих в ней типов социальной организации, или статусных систем. Таких систем в советских Вооруженных Силах можно выделить три. Одна из них — формальная, или уставная, устанавливаемая «сверху».


Уставная статусная система — это идеальный порядок, который должен существовать в армии согласно ее Уставу. Две другие системы являются неформальными, т.е. формируются «снизу» и не предусмотрены Уставом. Это дедовская и земляческая системы. Хотя обе они являются неуставными, кардинально различаются по принципам своей организации и по их влиянию на функционирование воинских подразделений.


Все три системы могут находиться между собой в разных взаимоотношениях: конкурировать, конфликтовать или дополнять друг друга. От конкретной ситуации в социальной и политической жизни общества зависит, какая из систем в армии выходит на первый план, оттесняя другие.


В начале 80-х годов, когда в советском обществе еще не было сколько-нибудь серьезных национальных конфликтов, дедовская статусная система была преобладающей. В конце 80-х годов, когда межнациональные конфликты приобрели масштабный характер, земляческая статусная система стала во многих случаях превалировать над дедовской и даже разрушать ее.


1.1.Уставная статусная система

Уставной армейский порядок подразумевает пирамидальную структуру функционирования всей армейской машины. Низшим звеном этой структуры является рядовой солдат, высшим — министр обороны. Несколько упрощая, можно нарисовать цепочку, по которой пройдет приказ, отданный, допустим, командиром части: командир части — командир батальона — командир роты — командир взвода — командир отделения — рядовой. Уставная статусная система предполагает беспрекословное выполнение приказа, проходящего по этой цепочке.


Функционирование любой социальной структуры предполагает наличие системы мотивации и стимулов. Как записано в Уставе, в рамках уставного порядка, основными мотивами поведения солдат должны быть моральные и патриотические мотивы, так называемая воинская сознательность. Формирование этой системы мотивов должно подкрепляться применением позитивных и негативных стимулов. К позитивным относятся воинские награды, присвоение очередного воинского звания, официальные объявления благодарности и т. п. Не вдаваясь в подробности, отметим, что в Советской армии применительно к солдатам срочной службы все эти стимулы практически не работают.


К негативным стимулам относятся предусмотренные Уставом санкции: выговор, наряд вне очереди, гауптвахта, дисциплинарный батальон. Эти стимулы действенны, но сфера их применения имеет много ограничений, которые будут рассмотрены ниже. Отсутствие эффективной системы создания мотиваций предопределяет слабость уставного порядка, который именно поэтому в значительной мере вытесняется неуставными системами отношений.


Фактически в Советской Армии уставная статусная система, близкая к идеальной, действует лишь в учебных подразделениях (так называемых «учебках») и в военных училищах. В ослабленном варианте уставной порядок действует в стратегических, пограничных и некоторых других приоритетных родах и видах войск.


В обычных строевых частях существуют лишь две сферы, где Устав играет достаточно большую роль. Это несение боевого дежурства и караульная служба. В бытовой казарменной жизни строевых частей Советской Армии уставной порядок, как правило, не действует.


Можно отметить некоторые факторы, которые способствуют поддержанию уставного порядка в учебных подразделениях. Основным является то, что в них отсутствует типичная для всей остальной армии стратификация, основанная на различных сроках службы. В учебных подразделениях призывники сразу попадают под жесткий прессинг сержантов. Резкое изменение условий жизни оказывает шоковое воздействие на молодого человека. Состояние шока во многом обеспечивает его беспрекословное подчинение. На начальном этапе уставная статусная система работает бесперебойно: у всех курсантов «учебки» существуют равные права и обязанности, определенные Уставом.


Однако постепенно из аморфной массы беспрекословно подчиняющихся призывников начинает формироваться определенная социальная структура, складывающаяся по типу дедовской. Уставная система к концу полугодового обучения начинает давать сбои. Появляются сержанты, которым не подчиняются курсанты, и курсанты, статус которых становится выше статуса сержанта. Часть курсантов начинает перекладывать на других свои служебные обязанности и личные дела, заставляя их стирать себе воротнички, чистить сапоги и т. п. Роли «молодых» и «дедов» выполняют в этом случае военнослужащие одного и того же призыва.


Доминирование уставного порядка, хотя и ослабленного, в пограничных частях связано, по крайней мере, частично, с использованием боевого оружия. Солдаты и их начальники вынуждены руководствоваться Уставом, чтобы избежать инцидентов. Жестокое принуждение молодого солдата может иметь кровавые последствия. Кроме того, пограничные войска сравнительно малочисленны и, следовательно, в большей степени контролируются офицерским составом.


Еще одна причина состоит в том, что пограничников дисциплинирует боевая цель, заключающаяся в охране границы (отсутствие реальной задачи характерно для многих видов и родов войск). Наконец, действие уставного порядка в пограничных частях связано со специфическим способом комплектования этих войск, о котором будет сказано ниже.


1.2. Дедовская статусная система

Существует распространенная точка зрения, согласно которой дедовщина — это негативное явление, которое разрушает структуру армии, разъедает воинские коллективы. Основная причина ее существования видится многим в отсутствии контроля со стороны офицеров.


Правильным в этой точке зрения является то, что дедовские отношения возникают как следствие эрозии уставного порядка. Однако уставная статусная система при существующих условиях прохождения срочной службы не располагает адекватной системой стимулов и вследствие этого не может быть воплощена в жизнь. Сказанное означает, что дедовщина — это функциональное следствие невозможности реализовать уставной порядок в подавляющем большинстве воинских частей.


Дедовская статусная система основывается на подчиненности молодых военнослужащих старослужащим, т.е. тем, кто был призван в армию раньше и прошел в ней больший срок службы.


Дедовской порядок основан на применении позитивных и негативных стимулов, во многом более действенных, чем уставные. На первый взгляд кажется, что негативные стимулы, а именно физические меры воздействия, в нем доминируют, однако надо иметь в виду, что позитивным стимулом, предотвращающим, по-видимому, возможность консолидации молодых военнослужащих против дедов, является наличие у первых перспективы продвижения в статусе по мере прохождения срока службы.


Конкуренция между уставной и дедовской статусными системами находит свое отражение в концепции статусов ключевых фигур этих систем: сержантов и «дедов». Как показывают результаты нашего исследования, в реальной казарме статус рядового деда гораздо выше статуса только что пришедшего из «учебки» молодого сержанта. Даже если такой сержант станет командиром отделения, в котором числится рядовой — «дед», командовать им сержант не сможет. В этой широко распространенной ситуации видно, как статус «деда» из дедовской системы вступает в противоречие со статусом сержанта из уставной системы и берет над ним верх.


1.3. Земляческая статусная система

Наряду с рассмотренными выше, в армии существует еще одна статусная система — земляческая. Зачатки ее возникают практически во всех воинских частях, включая и однородные по своему национальному составу, а также те, где доминирует уставной порядок.


В однородных по национальному составу воинских подразделениях (они бывают только славянскими с незначительными вкраплениями солдат других национальностей) в земляческие группы объединяются люди, приехавшие из одного города или региона, иными словами, земляки. Группировки такого рода обеспечивают своим членам психологическую поддержку. Землячества могут образовываться и по другим признакам, как то: «городские», «сельские», «студенты» и т. д.


В «славянских» подразделениях землячества не образуют консолидированных групп, способных противостоять дедовскому и уставному порядкам. Максимум, на что способна сильная земляческая группа — это перевести своего земляка в следующий статус несколько раньше срока. Во многих частях земляческие группировки являются настолько слабыми и мало оформленными, что их влияние практически незаметно.


Особый тип землячеств образуют жители городов Москвы и Санкт-Петербурга. Среди офицеров бытует мнение, что москвичи и петербуржцы — самые плохие солдаты. По их мнению, выходцы из этих городов лидируют как по количеству нарушений, так и по своей неприспособленности к воинской службе. Так или иначе, эти солдаты отличаются от остальных, в результате чего происходит некоторое их отторжение, так как они не вписываются в сложившуюся систему армейских отношений.


В качестве иллюстрации может быть приведено типичное мнение одного из опрошенных: «Сказать в армии о ком-то, что он — „москвич“, значит, признать, что этот человек никуда не годится». Слово «москвич» часто используется как ругательство. Вследствие этого в армии существует враждебное отношение к представителям землячеств этих городов, хотя неприязнь не переходит в конфронтацию.


Ситуация с землячествами резко меняется в многонациональных частях. Землячества среди славян становятся в этом случае незаметным явлением, а на первый план выдвигаются землячества, образованные по национальному признаку.

2. Структура дедовской статусной системы

Дедовская статусная система в советской армии является доминирующей. Точнее, такое положение сохранялось приблизительно до 1988 г., до начала возникновения в советском обществе острых национальных конфликтов. За последующие два года роль земляческой статусной системы существенно возросла. Во многих случаях она вытесняет дедовскую. Тем не менее, дедовская система продолжает доминировать в «славянских» частях, а во всех прочих является исходной базой для последующих трансформаций.


В типичной воинской части с доминирующим дедовским порядком существует шесть страт, принадлежность к которым однозначно определяется сроком призыва на военную службу. Внутри этих страт существуют свои статусные системы, или ролевые позиции, которые ниже будут описаны.


2.1. Первая страта

К первой страте относятся только что призванные солдаты, еще не принявшие присяги. На солдатском жаргоне их именуют: «чайники», «черепа», «духи», «мамонты». Наименования не унифицированы и зависят от традиций части. Их положение находится на самом нижнем ранге шкалы престижа. Их полностью игнорируют. Ни прав, ни обязанностей в этом статусе еще нет. В этом положении они пребывают от двух недель до полутора месяцев. Дифференциация на ролевые позиции в этой страте отсутствует.


2.2. Вторая страта

Солдат после присяги называют «молодые», «сынки», «зеленые», «бичи», «салабоны», «самцы». На этом этапе происходит автоматическое определение их обязанностей (права по-прежнему отсутствуют). Это очень важный период, когда от поведения «молодых» во многом зависит их положение в своей страте и перспективы перехода в последующие.


Помимо своих уставных обязанностей «молодые» выполняют и повседневные обязанности старослужащих. Кроме того, они обязаны исполнять их поручения и требования, не имеющие отношения к службе. Если «молодой» «шарит», т.е. соглашается с обязанностями, вытекающими из его положения, это создает ему определенное признание среди военнослужащих следующих страт (разные виды неформального одобрения). Если он «возбухает», т.е. пытается сопротивляться, его наказывают.


«Молодые» разбиваются на несколько ролевых типов в зависимости от их поведения.


«Исполнители» — наиболее адаптированный тип. Это люди, уважающие дедовские традиции, принимающие (хотя бы внешне) дедовской порядок, способные гнуться, но не ломаться. По своим психологическим качествам это хорошо социализированные люди. Они осознают положительные стороны системы, в которой продвижение по статусам происходит аскриптивным путем, т.е. определяется временем прохождения службы. Они дожидаются дня, когда можно будет принять власть, которую им дадут. В солдатском просторечии это формулируется так: «полгода пропашешь, полтора протащишься, а потом гуляй».


«Летуны», т.е. те, кто «летает» — плохо адаптированный тип. В эту категорию попадают те, кто переусердствовал в подчинении; либо те, кто сначала сопротивлялся, но потом не выдержал избиений и «сломался». Кроме того, в «летуны» попадают те, кто как-то выделяется из общей массы (например, хиппи, панки, и т.п.). Иногда в данную категорию попадают неожиданно взбунтовавшиеся «исполнители». Такой бунт, как правило, заканчивается для них крайне плачевно.


По своим психологическим характеристикам в «летуны» обычно попадают мягкотелые новобранцы, которые не могут определить правильную линию поведения и кидаются из крайности в крайность: то беспрекословно выполняют все требования «дедов», то вдруг начинают сопротивляться, но быстро «сламываются».


Два описанных выше типа — «исполнители» и «летуны» наиболее многочисленны и являются ядром страты «молодых». На полюсах страты находятся крайние типы: «борзые» и «стукачи».


«Борзые» — это те, кто, невзирая на избиения, отказываются подчиниться дедовским порядкам. «Борзым» приходится очень тяжело в первом периоде, потому что их наказывают за сопротивление. Там, где дедовщина ужесточается, их «сламывают». Если же у них хватает сил выдержать моральный и физический прессинг со стороны старослужащих, их порой оставляют в покое, и они приобретают определенную свободу действий и даже уважение.


Тип «стукачей» близок к «летунам» по своим психологическим качествам: их характеризуют слабый характер, отсутствие силы воли. Это те, кто, испугавшись побоев или проявив необоснованную веру в силу уставного порядка, хотя бы один раз имел неосторожность пожаловаться командирам. Эти люди немедленно становятся «стукачами» и остаются ими до конца службы. «Стукачей» в подразделении обычно немного, и находятся они на положении отверженных. В лучшем случае с ними не разговаривают и сваливают на них самую грязную работу (уборка казармы и туалета). Ударить и избить «стукача» считается в порядке вещей не только для солдат старшего, но и младшего призыва. Там, где на армейские традиции наложились уголовные (стройбаты), происходит «опускание» «стукачей». Символом «опущения» обычно являемся изнасилование. «Опущенные» все два года службы выполняют роль пассивных гомосексуалистов. Срок службы не имеет для них значения: их обязанности остаются прежними при отсутствии всяких прав.


2.3. Третья страта

Переход в третью страту происходит спустя первые полгода службы, когда в воинскую часть прибывают новобранцы следующего призыва. Имена для представителей третьей страты: «черпаки», «подгодки», «караси», «бобры», «гуси», «пингвины», «соловьи». Здесь сохраняются ролевые типы предыдущего периода, но представители этой страты (кроме «стукачей») получают право заставлять работать вместо себя солдат первого полугодия службы. Часто это право вменяется им в обязанность, потому что наказание «молодых» не везде считается престижным занятием, и «деды» им, как правило, не занимаются. Согласие избивать «молодых» вознаграждается уважением со стороны «дедов». Отказ бить (есть люди, для которых это неприемлемо) рассматривается как тяжелое нарушение — посягательство на установленный порядок. Если человек отказывается вести себя в соответствии с требованиями данного статуса, его не переводят в следующий. Если некоторые «исполнители» не могут выполнить эту обязанность, они могут стать «летунами».


2.4. Четвертая страта

Следующая перемена в жизни солдата наступает через год после начала службы и несет в себе серьезные изменения. Став «дедками», «годками», «фазанами», солдаты получают все права, которых они были лишены на первом году службы. Одновременно с них снимаются все обязанности. Это второе после призыва серьезное испытание для психики проходящих службу молодых людей.


На данном этапе службы происходит переструктурирование системы социальных ролей. Неизменной остается только одна роль — «стукача». Роли «исполнителей», «летунов» и «борзых» исчезают, зато появляются новые. Условно назовем их «умеренными», «садистами», «независимыми» и «отверженными».


Названные четыре типа характеризуются следующими чертами.


«Умеренные» — это классический и наиболее функциональный тип старослужащего. Именно на нем держатся функциональные стороны дедовского порядка в армии. На нем, по сути дела, держится дисциплина в армии. Применяя насилие, старослужащий этого типа часто бывает жестоким, но все же жестокость и издевательства не являются для него ни самоцелью, ни источником сладострастия. По нашему мнению, тип «умеренных» формируется главным образом из «исполнителей», которых мы охарактеризовали как наиболее адаптированный тип в первом полугодии службы. Однако строгой закономерности здесь нет.


«Садисты» — это наиболее активные старослужащие, которые отличаются от «умеренных» особой жестокостью в организации физических и моральных издевательств и получением от этого своего рода сладострастного удовлетворения. В частях, где дедовские отношения характеризуются наибольшей жесткостью, садистские действия могут приобретать сексуальную окраску в форме гомосексуализма и других извращений.


Создается впечатление, что «садисты» — это относительно немногочисленная группа, однако именно они определяют степень жестокости дедовских отношений в части.


В первом году службы практически невозможно предсказать, кто из «молодых» станет «садистом». Ими могут стать как некоторые из «исполнителей», так и некоторые из «летунов» Последние стремятся путем применения насилия компенсировать свое прежнее не престижное положение. Бывает, что «садистами» становятся некоторые «борзые», которые не признавали никакого насилия над собой, но в новом положении применяют его к другим.


«Независимые» — это те солдаты, которым претит вся система дедовских отношений и кто отказывается принимать в ней участие. Для реализации такой линии поведения требуется известное мужество, поскольку насилие над «молодыми» — это не только право, но и обязанность старослужащего, проявление им лояльности по отношению к своей страте. «Независимыми» часто становятся «борзые», т.е. те, кто проявил стойкость на первом этапе своей службы и принципиально не желает пользоваться привилегиями старослужащих на последующих ее этапах. «Независимые» как бы выпадают из дедовской иерархии: «деды» с ними не дружат, но и не трогают их.


«Отверженные» — это упоминавшиеся выше «стукачи», «опущенные» и некоторые «летуны», которые прежде либо чрезмерно подличали, либо не сумели сориентироваться в изменившейся обстановке. «Отверженные» — это те солдаты, которым отказано в праве перейти в новый статус. Они остаются по своему статусу наравне с «молодыми» или даже ниже их до конца службы.


2.5. Пятая страта

За шесть месяцев до увольнения в запас солдаты становятся в собственном смысле «стариками» или «дедами». Главное отличие от предшествующей страты заключается в том, что «деды» максимально устраняются от всех армейских дел, включая зачастую также и неуставные отношения. Они продолжают ходить в караул, но никакими другими делами не занимаются. Это своеобразные рантье, пожинающие плоды чужого труда, которым они даже не руководят. «Пашут» за них «молодые» и «черпаки», руководят «фазаны». Поскольку лично избивать «молодых» «дедам» становится не престижно, эта обязанность в значительной мере перекладывается на третью и четвертую страты.


В связи с отстранением от дел (по крайней мере, частичным) у дедов отчасти стирается разница между «умеренными», «садистами» и «независимыми», и только «отверженные» остаются теми, кем они были — «отверженными».


2.6. Шестая страта

После официального опубликования приказа Министра обороны о демобилизации отслужившие свой срок солдаты становятся «гражданами» или «дембелями». В таком состоянии перед отъездом из части они пребывают несколько недель. По выражению одного из интервьюируемых, они выглядят людьми, как бы случайно надевшими военную форму. Они не занимаются боевой подготовкой, не ходят в наряды, не несут караулов, часто — не подчиняются офицерам. Не меняется лишь положение «отверженных». Даже в день увольнения их могут отправить мыть туалет солдаты из низших статусов.

3. Рода войск и система приоритетов

До сих пор, описывая дедовскую статусную систему в армии, мы ориентировались на некоторое среднее ее состояние. Однако реально обстановка в частях, относящихся к различным родам войск, сильно колеблется и в сторону ослабления дедовщины, и в сторону ее ужесточения.


В соответствии с уровнем военной значимости все рода войск могут быть разделены на четыре группы приоритетов. Под приоритетами в данном случае понимается представление о военной значимости тех или иных родов и видов войск в сознании высшего армейского руководства.


Первую группу образуют войска стратегического назначения, включая ракетно-ядерные, противовоздушной обороны, частично войска связи, авиацию, пограничные войска и, возможно, некоторые другие (не только наземного, но и морского базирования). Наряду с высоким уровнем военной значимости эти войска оснащены сложной и зачастую опасной техникой. Дедовские и прочие «эксцессы» в этих войсках просто недопустимы.


Второй уровень приоритетов образуют войска, оснащенные «классической» боевой техникой. Наиболее типичными ее представителями являются танковые, артиллерийские войска и основная часть военно-морских сил. В данную группу входят также не попавшие на высший уровень приоритетов части и подразделения войск связи, авиации и некоторые другие. Для этой группы войск также характерна их высокая военная значимость и наличие достаточно сложной, требующей реального обслуживания техники.


Третий уровень приоритетов — это вся остальная «военная» часть армии («невоенную» часть образуют строительные и железнодорожные войска — см. ниже).


Наиболее типичный и массовый представитель войск данного уровня приоритетов — мотострелковые войска. Эта группа войск характеризуется низкой оснащенностью боевой техникой и другими военными ресурсами. Если войска, входящие в первую и вторую группы приоритетов, могут быть названы армией в собственном смысле этого слова, то войска третьей группы приоритетов — это скорее резервации для содержания в них принудительно собранного, неуправляемого и не занятого реальным делом призывного контингента. Солдаты, попавшие в войска данной группы, практически не занимаются боевой подготовкой, а выполняют в основном различные хозяйственные (зачастую доведенные до абсурда) работы.


Сказанное, возможно, относится не ко всем мотострелковым частям. Вполне вероятно, что существуют «реальные» мотострелковые части, оснащенные необходимым количеством боевой техники и поддерживаемые в боеспособном состоянии. Данная часть мотострелковых войск относится ко второй группе приоритетов, соответственно этому комплектуется и снабжается.


Четвертый уровень приоритетов — это упоминавшиеся выше строительные и железнодорожные войска. В принципе, эти войска призваны выполнять важные народнохозяйственные функции, однако для военного командования эти функции не являются основными.


При комплектовании личного состава солдат-срочников в войсках, относящихся к различным группам приоритетов, военные плановики исходят из следующего принципа: чем выше уровень приоритета, тем более высокими должны быть качественные характеристики направляемого в них призывного контингента. Под качественными характеристиками они понимают здоровье, физические данные, уровень образования, степень криминогенности, национальную принадлежность.


Последние два признака имеет для нашего анализа особую значимость. Наиболее качественными, с военной точки зрения, национальностями армейские руководители считают славян (русских, украинцев, белорусов). При этом приоритет славянских наций обусловлен не идеологическими и расовыми предубеждениями, а проверенными многолетней практикой, объективно существующими различиями в поведении и социальных установках солдат различных национальностей.


Степень выраженности дедовских отношений в армии прямо коррелирует с уровнем приоритета различных родов войск и в значительной степени детерминируется качеством их кадрового состава, комплектуемого по описанным выше признакам.


Войска первой группы приоритетов комплектуются однородным национальным составом — славянами, по возможности с высоким уровнем образования и желательно не из провинции, а из культурных центров, где проживают более образованные семьи и имеется больший доступ к средствам массовой информации. Это своего рода национальная элита, способная обслуживать сложную технику и наиболее важные военные объекты. В этих частях велика доля москвичей и петербуржцев, самый качественный офицерский состав. Дедовские отношения здесь ослаблены и приближены к уставному порядку, обстановка в части контролируется офицерами.


Высокий качественный состав, как солдат, так и офицеров позволяет в данной группе войск использовать моральные средства поощрения и поддерживания воинской дисциплины. Эти стимулы являются в основном неформальными, основанными на личной порядочности и технической компетентности офицеров, которые на основе этих качеств завоевывают у солдат неформальный авторитет и тем самым добиваются их добровольного повиновения. В войсках, относящихся к более низким группам приоритетов, эти стимулы уже не действуют, что и является причиной возникновения в них дедовской социальной структуры.


Войска второй группы приоритетов комплектуются также в основном славянами с незначительными вкраплениями других национальностей. При этом военные плановики внимательно следят за тем, чтобы эти вкрапления не приобрели «критической массы», необходимой для формирования национальных землячеств. В этих частях доминирует «умеренный» вариант дедовщины, которая является основой для поддержания общей и технологической дисциплины. «Умеренная» дедовщина отнюдь не исключает многочисленных проявлений жестокости, но все же они не носят массового, садистского и самодовлеющего характера, который наблюдается в нижестоящих группах приоритетов. Влияние офицеров на обстановку в казармах во второй группе приоритетов отчасти сохраняется.


Войска третьей группы приоритетов содержат в себе уже заметные по численности национальные включения, которые зачастую набирают достаточную силу, чтобы определенным образом трансформировать дедовские отношения. По сравнению с двумя вышестоящими, в третьей группе значительно ослабляется контроль офицеров за ситуацией в казармах. Во многом это связано с их меньшей штатной численностью и с их худшим качественным составом. Очень большое влияние на характер социальных отношений в этой группе войск имеет отсутствие реальной военной и любой другой осмысленной деятельности. Дедовщина в этих частях приобретает довлеющий характер, характеризуется жестокостью и проявлением садизма.


Четвертый уровень приоритетов образуют, как уже говорилось, строительные и железнодорожные войска. Эти войска выполняют роль своеобразного «отстойника», где скапливается самый неуправляемый и самый криминогенный контингент. Сюда призываются кавказцы жители Средней Азии, а также лица, попавшие в армию после мест заключения; наркоманы всех национальностей (в конце 70-х годов в армию старались не брать наркоманов, но в результате демографического спада удельный вес наркоманов все-таки возрос); наконец, люди, имеющие дефекты здоровья и негодные по этой причине к строевой службе.


Обстановка в стройбатах во многом напоминает места заключений. Парадоксальным образом здесь вступают в силовое противодействие две силы: национальные землячества и уголовники-славяне. Небольшое количество не-криминальных славян и разрозненных представителей других национальностей (зачастую имеющих дефекты здоровья) оказываются между молотом и наковальней. Многие из новобранцев, не знавшие до призыва ни уголовной жизни, ни межнациональных трений, становятся отверженными в среде, которая им чужда. Ломается психика вполне нормальных молодых людей, вынужденных неизвестно за какие грехи перед страной фактически нести уголовное наказание (ибо «служба» в стройбате мало, чем отличается от отбывания срока в колониях).


Бывшие заключенные, на которых зона накладывает свой отпечаток (в особенности, если они прошли через так называемую «малолетку»), переносят в армию законы уголовного мира со своими жестокими правилами. Именно здесь чаще всего совершаются убийства, которые маскируются под несчастные случаи, самоубийства, массовый характер принимают побеги. Есть достоверные сведения, что в 80-е годы под их влиянием в армии появились «опущенные» (так в местах заключения называются лица, подвергшиеся изнасилованию и образующие «касту неприкасаемых»).


Влияние уголовных традиций и межнациональных конфликтов существенно трансформируют социальную структуру дедовщины в войсках четвертой группы приоритетов, превращая ее в промежуточное образование между «классической» дедовской структурой и социальной структурой мест заключения.

4. Дедовщина как способ поддержания порядка

Зона действия «классической» дедовщины ограничивается в основном второй и третьей группами приоритетов, поскольку в высшем уровне приоритетов сильно влияние уставного порядка, а в низшем уголовных традиций и национальных конфликтов.


Охарактеризовав возможный диапазон различий дедовских отношений, в данном разделе мы возвращаемся к описанию среднего и наиболее типичного ее состояния.


Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 212
печатная A5
от 542