Бесплатный фрагмент - Генератор неудач

ГЕНЕРАТОР НЕУДАЧ

1

Теперь он часто думал, что был обречён на неудачи в самом начале своих дней.

В детских воспоминаниях он видел себя в окружении матери и бабки, вечно занятых бесконечными домашними делами. Если он, по своей привычке, сидел в комнате и мечтал, неведомо о чём, уставившись в окно, пробегавшая мимо мать кричала «Делай что-нибудь, делай!»

И почему — то всегда в его воспоминаниях шла нескончаемая зима. В детстве он представлял её себе огромной женщиной, выбивающей на землю пух из подушек. У зимы было такое же озабоченное лицо, как у его бабки и матери.

Он помнил сквозняки, которые гуляли зимой в их покосившемся деревянном домике с высоким забором и ржавой крышей. «Что ж, хозяина-то нет в доме», — вздыхала бабка.

Их жилище приютилось на окраине райцентра. Из окна комнаты, где он спал и делал уроки, виднелся окружавший их городок холм с проплешинами оврагов и зубчатая линия хвойного леса.

В щелястые стены дома зимой проникал холод, скапливался по тёмным углам. На ледяной пол утром ноги не поставишь — можно схватить насморк. Уборная — во дворе.

Торчала во дворе и перекладина на двух столбах, для выбивания половиков и старого изъеденного молью ковра. На перекладине одно время болтался мешок из грубого полотна, напичканный строительным песком.

Мешок заменял боксёрскую грушу. Но после первого же дождя песок внутри так затвердел, что, однажды ударив по нему кулаком, он потом еще неделю ощущал в руке ноющую боль. Всё же, когда боль унялась, он по дороге в уборную, иногда тихонько поколачивал мешок. Воспитывал в себе мужское начало, которого так не хватало в их доме, по словам бабки.

Соседская баня, куда он ходил раз в неделю, давала возможность тренировать такое мужское качество, как выносливость и невосприимчивость к жаре. Он специально поддавал парку так, что дышать становилось невозможно, и терпел, сидя на полу бани. В один из таких субботних дней, сидя в клубах пара, решил ополоснуть лицо холодной водой. Пошарил по лавке, нащупал ковшик и плеснул на лицо. В ковшике оказался кипяток. Спас рядом стоящий чан, где растапливались куски льда. Он сунул обваренное лицо в этот лёд. Потом целый месяц носил на лбу, носу и щеках пропитанные вонючей мазью марлевые повязки.

Чтобы быть настоящим мужчиной, он обтирался снегом. Однажды пришёл из школы с головной болью и ознобом. Но всё равно выскочил во двор, скинул пальто и бухнулся спиной в сугроб на огороде. В результате слёг с отитом двух ушей.

Он придумал свой способ лечиться. Представлял боль в виде пауков, похожих на сучковатые обрубки, которые бабка порой кидала в печку. Он хитростью уговаривал их подойти к открытой дверце, за которой бушевал в огонь и бросал пауков в пламя. Боль, действительно, иногда исчезала.

Возилась с печкой всегда бабка. Бабка вообще была очень деятельной. Больше даже, чем мать. Печку она называла галанкой. Когда он по утрам выходил на кухню, там иногда сильно пахло золой. Значит, галанка у бабушки опять «пырснула», как она говорила. Бабка грешила на плохие дрова — сырые, все перекрученные, в каких-то наростах.

Деятельной бабке как -то удалось выбить для отопления целый грузовик с углем.

Уголь, мелкий и пыльный, свалили у ворот. Пыль ещё медленно оседала в зимнем воздухе, а они втроём — мать, бабушка и он — уже таскали топливо вёдрами во двор.