электронная
180
печатная A5
344
16+
Экзистенциальная азбука

Бесплатный фрагмент - Экзистенциальная азбука

О важном в жизни без советов, лайфхаков и рекомендаций

Объем:
98 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-6361-8
электронная
от 180
печатная A5
от 344

Вступление

…речь идет об обращении к тому, что уже есть в каждом из нас, раз мы живы и жили, раз случалось и случается такое событие, как человек, личность.

Мераб Мамардашвили

Эта книга изначально задумана как азбука. На каждую букву алфавита находится слово и проясняется с позиций экзистенциального мировидения. Это не значит, что все эти слова только во внимании экзистенциальной психологии. Это не так. Их исследуют в разных психологических направлениях, в том числе в экзистенциальном ключе. Поскольку понятия экзистенциальной психологии разрознены по многочисленным статьям и книгам, я захотела собрать их в одном издании и попробовать прояснить основную суть. Про каждое из этих слов написаны отдельные книги, объемные философские труды, психологические исследования. Здесь они собраны вместе, рассмотрены кратко и не без авторской позиции. В этой версии книги собраны слова не на все буквы, это значит, что планируется позже издание с дополнениями. Хочется мне постепенно наполнить книгу целиком: от А и до Я.

Некоторые слова (увы, пока не все) не только рассмотрены психологически, но и дополнены поэтическими произведениями, притчами или же цитатами из поэзии, прозы, которые отражают суть этого понятия. Это сделано намеренно, чтобы проиллюстрировать, что рассматриваемые темы вечны и универсальны — их касается не только психология, они столетиями тревожат человечество, очень разнолико выражаясь в культуре и посредством культуры. Об этом всем уже давно сказано другим способом — в стихотворениях, в искусстве, в музыке, в песнях, в мировой художественной литературе. Честно говоря, мне такой язык ближе, но реальность учебных задач предполагает не только проживание, но и прояснение. Вместе с тем хочется выстроить такой объединяющий «мостик», где разными способами речь идет о важных для человека внутренних пространствах, нащупать баланс высказываний. Пока я в поиске, но некоторыми, промежуточными результатами делюсь здесь.

В завершении каждой главы я поместила QR-ссылки на произведения авторов, у которых вы сможете почерпнуть больше и глубже, чем здесь, эти произведения расширят видение обсуждаемых слов, обогатят оттенками и нюансами, которые здесь не отражены, поскольку всестороннее рассмотрение — не задача данной книги. QR-ссылки — это удобный формат, потому что сразу можно переключиться и прочитать.

Не претендую на то, что содержание книги откликнется в каждом читателе, это естественно и понятно — все мы разные и у каждого свой стиль и уникальный путь к отклику в уме и сердце. Но все же я пишу, потому что надеюсь на встречу с тем читателем, в котором пробудится интерес — сначала ума — двигаться дальше. Пишу в надежде на встречу с читателем, который отправится в проживание, захочет исследовать описанное в своей реальной жизни, начнет замечать проявления указанных тем в литературе, поэзии, искусстве.

Кому адресована книга? Любому. Однако в первую очередь студентам: врачам и психологам. Потому что слова, с которыми вы встретитесь на страницах книги, важны не только для вашей жизни, но и для вашей профессии.

Лайфхаков, советов и рекомендаций здесь не будет принципиально, потому что это очень индивидуальное поле, в котором они невозможны. Осознаю, что это сложно принять современному читателю, ожидающему от психологии (да и не только от нее) прикладной и быстрой пользы. Сегодняшнее время — это время популяризации простых шагов и алгоритмов. Оно цифровое во всех отношениях, даже в заголовках «10 рецептов», «20 шагов к…», «7 оптимальных решений». Этого вы здесь не найдете.

Алгоритмы и рецепты — легкий путь и простой, когда не нужно самому вкладываться: коротко, пошагово, за тебя уже расписали. Есть иллюзия, что осталось лишь повторить. Хочется быстро, легко и просто, чтобы сэкономить время. Есть ситуации, когда алгоритмы полезны, практичны, экономичны и эффективны. Когда же дело касается сложных, важных индивидуальных духовных вопросов — алгоритм не применим. Поэтому я написала для тех, кто хочет потратить время и проявить усердие: в чтении, в осмыслении, в размышлении, в поиске. Для тех, кому не нужно чужое и готовое, а важно найти свое, думая, размышляя, чувствуя, задаваясь вопросами, тревожась и проживая.

Хочу отметить, что написанное стало возможным во многом благодаря встрече с Мастерами: психологом Дмитрием Леонтьевым и психотерапевтом Валерием Ядринкиным.  Их  экзистенциальное миропонимание, мировидение и многие рассуждения близки мне, потому звучат на страницах этого издания.

Надеюсь, что книга станет одним из многих путей к пробуждению человеческого потенциала, которым, без сомнения, каждый из нас наделен, но сказать об этом миру можно по-разному и я тоже выбрала свой способ.

Быть

Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, ошибаться, начинать и бросать… и вечно бороться и лишаться.

Лев Толстой

Быть — значит проявлять себя с учетом реальных обстоятельств жизни, включая тот факт, что рано или поздно ты умрешь. Однако проявлять себя можно по-разному. Одни люди проявляют себя так, а другие — иначе. Исходя из чего, человек себя проявляет в мире? Каким образом он может быть здесь? Чтобы разобраться, давайте допустим, что в любом человеке одновременно есть два базовых начала, но с каждым из них связаны разные потребности. Одно начало животное, инстинктивное, природное, биологическое (я буду его называть здесь тварное, от слова тварь). Это начало реализует биологические потребности выжить, обеспечить себе наилучшее физиологическое существование: есть, пить, продолжать род, защищать этот род, соревноваться за лучший кусок, стремиться уйти от неприятных переживаний и болезненного опыта. Это начало не мучается сложными вопросами о смысле жизни и о том, как мы живем.

Второе начало в нас — назовем его человеческое. Это начало, которое задается вопросами о себе, смысле жизни, ее качестве и значении: Кто я? Какой я? Как я живу? Что чувствую в связи с тем, как я живу? Для чего я живу? Это начало стремится реализоваться в красоте, в достойной жизни, не бежит от трудностей и проявляет мужество преодолевать тварные стремления.

Итак, наше первое допущение — одновременно в человеке есть два начала: тварное и человеческое. Человек может стремиться к разотождествлению с тварным, но избавить себя полностью невозможно. Отождествиться с чем-то, значит уподобиться ему. Мы можем, беря паузу, осознавать тварные импульсы в себе и не потакать им, но не можем избавиться полностью. Избавиться от проявления человеческого начала тоже иллюзия, однако мы можем многое делать, чтобы приглушить человеческие побуждения.

Еще мы допустим, что одновременно на человека оказывают влияние внешние обстоятельства и внутренние, но человек ими полностью не определяется. Нельзя сказать, что человек — исключительно пластилин в руках окружающей среды, хотя она есть и воздействует на нас. Нельзя сказать, что человек только результат инстинктов и потребностей, хотя они есть и влияют на жизнь и решения. Нельзя сказать, что человек обладатель сверхъестественной свободы и может проигнорировать среду, прошлый опыт и инстинкты. Но можно сказать, что человек сам определяет, что будет делать с этими факторами, как предпочтет распорядиться жизнью, несмотря на то, что перечисленные влияния в ней неизбежны и противоречивы. Есть потребности, прошлый опыт, окружающая среда, но есть и стремление проявить человеческое начало, проявить свободу выбирать из реальных возможностей в реальных обстоятельствах, творчески взаимодействовать с миром, быть самому ответственным за то, как жить с учетом реальных условий. Поэтому третье допущение будет звучать так: человек сам выбирает, из которого начала проявлять себя.

Итак, человек свободен выбирать, из какого начала себя проявить и как жить, учитывая внешние и внутренние обстоятельства. Иными словами, человек сам выбирает свой способ быть. Например, он может выбрать быть из тварного начала. Проявлять себя в тварном значит не просто исходить только из самых простых потребностей. Тот, кто живет тварной жизнью, уходит от человеческого: сбегает от осознанных, ответственных выборов жизни, от вызовов, отказывается проживать реальные последствия своих решений. Человек в тварный момент жизни пытается ускользнуть от непростых чувств, трудных решений, болезненного опыта, противоречий, неопределенности, неоднозначности, бежит от действий, результат которых не гарантирован, от тревоги, стремится жить без коллизий, избавить себя от переживаний вины и стыда. Мы периодически все так живем. Желания сбегать и опыт побега знакомы каждому из нас и полностью избавиться от этого способа быть невозможно. Более того, стремление к тварному очень привлекательно. Заманчиво не мучиться в акте выбора, не нести ответственность за решения, не находиться в «страхе и трепете», не тревожиться, не переживать вину, стыд, досаду, одиночество. Однако стремление это полностью реализовать невозможно, эти чувства все равно есть. Человек может только делать что-то, чтобы не осознать их или заглушить. Например, возникла тревога, и она стесняет меня. Ее можно заесть, запить, закурить, заиграть, «зашопиться» или уйти в «общение» ни о чем, когда разговор пуст, когда нет истинной душевной встречи. Такое избегание трудностей проживания, попытка ускользания — вот спутники и признаки бытия из тварного начала. Полностью добиться того, чтобы болезненные чувства исчезли, невозможно, потому что они спутники человеческого, которое тоже в нас есть. Но соскальзывает в такую жизнь каждый, а потом, бывает, что становится очень гадко после бегства, потому что, несмотря на тварное, человеческое есть и стремится проявить себя.

Проявить себя человеком — это другой способ быть. Это начало звучит в нас, задавая вопросы о том, кто я, как я живу, зачем я живу, что я чувствую, в связи с тем как живу? Это стремление к жизни по-человечески. Оно проявляется в человеческой потребности быть. «Быть человеком, — говорит экзистенциальный философ Пауль Тиллих, — значит задавать вопрос о собственном бытии и жить под влиянием тех ответов, которые на этот вопрос даются». Но чтобы задавать этот вопрос нужно сперва выделить себя из всего окружающего мира (Это я), затем отделить себя от него (Я — это не ты, не вы и не другие) и, наконец, проявиться в нем (Я являю самого себя).

Быть по-человечески — значит проявлять начало человеческое, вопреки тварному началу и постоянному стремлению к небытию, которое изначально заложено в бытии. Все закончится, смерть задана изначально, однако, каким образом мы реализуем свое «быть» — наша свобода и ответственность. Можно проявить себя в ответственных выборах, в достоинстве, в честности, в красоте, в любви, в старании даже при том, что жизнь конечна. Достойно проявить себя в проживании вины и стыда, одиночества и печали, при том, что жизнь конечна, а обыденность абсурдна. Достойно — значит проживать чувства в полноте их болезненности, не прятаться от них, проявлять мужество открывать сердце радости. А можно этого не делать и захоронить свой человеческий потенциал. Тогда будет вина — вина за то, что не реализовал себя, а мог бы. Быть так или быть иначе  это результат личного, ежедневного выбора. Выбирать бытие из человеческого начала — это:

• проживать ответственно разные последствия своих выборов. Ответственно — это признавать себя причиной своих действий. Даже тех действий, которые были в прошлом. Их причина, автор — я сам, даже если сегодня я поступил бы иначе.

жить не для того, чтобы стало легче и проще, а для чего-то еще. Это «что-то еще» больше, чем мы сами, то, что выходит за пределы себя. Что имеют в виду, когда говорят «за пределы себя»? «Пределы себя» — это наши врожденные и накопленные психологические особенности, рисунок личности, пережитый опыт, особенности воспитания, национально-культурные особенности, образование, убеждения и многое иное. Выход за эти пределы подразумевает, что человек не предопределен на все сто врожденным, приобретенным и средой. В человеке есть силы, используя которые, он может не позволить обстоятельствам распорядиться судьбой. В любом человеке есть потенциал поступить иначе, чем просто воспроизводить шаблонные сценарии, но нет шаблонов, чтобы описать, систематизировать, спрогнозировать, когда и как проявится этот потенциал. И проявится ли вообще. Слишком это индивидуальное, уникальное пространство.

Итак, обе возможности и реальности есть в нас одновременно. Такова обыденность. Оба способа жить естественны для человека — проявляться, исходя из разных начал: запутываться, блуждать, соскальзывать с достойного пути, но и проявлять мужество быть человеком. Можно признавать соскальзывания с пути бытия по-человечески, проживать последствия и стараться дальше выбирать иначе. А можно этого не делать. И то и другое возможно — в этом человеческая свобода выбирать. И за тем и за иным решением будет своя плата. Платить по счетам за жизненные решения, признавая их своими, — это проявление ответственности, признак бытия по-человечески. Отказаться и обвинить обстоятельства, что выставили счет, — это бегство к тварной жизни.

Человеку свойственно терять контакт с человеческим началом и тосковать по его проявленности. Контакт теряется, потому что человеческое бытие гораздо труднее, чем тварное. Эта утрата, отчуждение переживается как потеря смысла, как пустая жизнь, словно и не живу вовсе, словно не я это, меня нет, все решается без моего участия. Истина в том, что это до сих пор я, но такой я не весь я — я еще и другой, но я не могу с этим другим я в себе встретиться. Тоска по подлинно человеческому бытию есть внутри каждого человека. Об этом писал Бенно Хюбнер, исследователь творчества экзистенциального философа Мартина Хайдеггера: «Уши — как раз совсем лишнее, чтобы внимать зову Бытия, так как зов не крик — не тот крик, что звучит извне, но тот, что звучит изнутри. И все же, даже в этом случае, кого достигает зов Бытия, кто слышит его? От чего зависит то, что большинство людей (а может, почти все) не слышит этих голосов?»

Итак, быть — проявлять себя. Быть, исходя из человеческого начала, — проявлять человеческие возможности, осознавая реальные условия и ограничения, подтверждать свои выборы реальными делами, учитывая неизбежную конечность жизни.

                                                 * * *

Как я уже писала в самом начале книги, художественная литература, как отечественная, так и зарубежная коснулась бытия, как и каким человек может быть в этом мире. Конечно, отрывки, которые я нашла, в первую очередь, близки мне и неизбежно, что я их трактую и воспринимаю субъективно. Возможно, вы увидите что-то свое в этих цитатах, для вас они будут о чем-то ином. И это естественно.


Я думал: так же, как я сейчас одеваюсь и выхожу, иду к профессору и обмениваюсь с ним более или менее лживыми учтивостями, по существу всего этого не желая, точно так поступает, живет и действует большинство людей изо дня в день, час за часом, они вынужденно, по существу этого не желая, наносят визиты, ведут беседы, отсиживают служебные часы, всегда поневоле, машинально, нехотя, все это с таким же успехом могло бы делаться машинами или вообще не делаться; и вся эта нескончаемая механика мешает им критически  как я  отнестись к собственной жизни, увидеть и почувствовать ее глупость и мелкость, ее мерзко ухмыляющуюся сомнительность, ее безнадежную тоску и скуку.

Герман Гессе

У тебя было какое-то представление о жизни, была какая-то вера, какая-то задача, ты был готов к подвигам, страданьям и жертвам  а потом ты постепенно увидел, что мир не требует от тебя никаких подвигов, жертв и всякого такого, что жизнь  это не величественная поэма с героическими ролями и всяким таким, а мещанская комната, где вполне довольствуются едой и питьем, кофе и вязаньем чулка, игрой в тарок и радиомузыкой. А кому нужно и кто носит в себе другое, нечто героическое и прекрасное, почтенье к великим поэтам или почтенье к святым, тот дурак и Дон Кихот.

Герман Гессе

Малыя дети не думаютъ о томъ, какъ жить и зачемъ жить, а до 2-хъ, 3-хъ, 4-хъ летъ живутъ какъ зверки: едятъ, играютъ, разминаютъ члены, и только изредка проявляется въ нихъ светъ разума и любви. Есть люди, которые и до 12, 14, 20, иногда и до 40 летъ живутъ, какъ неразумныя существа, отдаваясь своимъ страстямъ, отличаясь отъ животныхъ только разсужденiями ума о видимыхъ предметахъ, но не понимая смысла своей жизни и не думая о немъ. Если и находятъ на таких людей минуты и часы просветленiя, когда люди эти задумываются о смысле жизни, оглядываются на себя, спрашиваютъ себя: что такое жизнь и зачемъ они живутъ такъ, то, не находя ясныхъ ответовъ на эти вопросы, минуты и часы эти проходятъ, не оставляя следовъ, и люди живутъ дальше и дальше, и когда въ старости опять задаютъ себе те же вопросы, уже такъ привыкли къ той жизни, которую провели и ведутъ, такъ привыкли къ темъ оправданiямъ дурной жизни, которыя даетъ себе большинство людей, что не только продолжаютъ жить дурно, но и отгоняютъ отъ себя те разумные, вечные ответы на вопросы о томъ, какъ жить и зачемъ жить.

Лев Толстой

Больше о бытии

Выбор

Ничего не хочется. Ехать не хочется слишком сильное движение: пешком идти не хочется  устанешь; лечь?  придется валяться попусту или снова вставать, а ни того, ни другого не хочется. Словом, ничего не хочется.

Сёрен Кьеркегор

Так случается, когда потребностей несколько, бывает, когда есть несколько вариантов. Если я выбираю сам, то развиваюсь. Выбирая самостоятельно, осознанно, я подтверждаю себя и проявляю человеческое бытие. Если выбирает кто-то или что-то за меня: инстинкты, другие люди, принятые в обществе шаблонные установки, то я не проявляю себя, а потом страдаю или обвиняю тех, кто выбрал за меня. Где я был в этом выборе? Как я проявил себя в решении? Кто принял решение на самом деле? Что я мог сделать, чтобы проявиться и почему не стал?

Умение выбирать тренируется в детстве: «Мама, а вдруг я сделаю и ошибусь?» Да, это возможно. Однако задача не избавиться от старых ошибок и перестать совершать новые, чтобы вырасти сверхидеальным, а в том, чтобы осознавать любые свои действия как выборы с неизбежными последствиями. Задача детства — встречаться с реальными последствиями своих решений, а не жить по принципу: «Простите, я больше не буду», который может стать стилем жизни взрослого человека. Учитель, родитель, воспитатель могут помогать осознавать имеющиеся выборы, возможности и их близкие и дальние последствия. В этом случае важно уважать право ребенка не только выбирать самому, но и право самому проживать результат выбранного. В таких взаимоотношениях человек тренируется осознавать будущие последствия реализации выбора. И важно осознавать, что я сейчас не знаю, как я в будущем отнесусь к своему же решению, действию или бездействию. Неизвестно, я буду гордиться этим опытом или мне будет совестно.

Человек отличается от животных тем, что он сам может осознанно выбирать, как проживать жизнь вместе с неизбежными коллизиями, вызовами и радостями, которыми она насыщена. Выбирать, пользуясь возможностями и осознавая реальные ограничения. Выбирать из доступного и возможного. Выбирать, осознавая, что этот выбор — всего лишь один из целой цепочки последующих, что все наши выборы связаны с последующими и составляют нашу жизнь. Осознание, что я волен выбирать, отличает нас от животных. Если же человек выбрал неосознанно, то он может признать, что эта неосознанность была именно его. Признавая, что способны выбирать сами, мы можем уйти от обвиняющей мир позиции и перейти к ответственной — «важно не то, что с нами сделали, а то, что мы сами делаем с тем, что из нас делали» и «человек начинается с перехода от фразы это случилось к фразе так выбрал я“».

Но как только сознается, что я выбираю сам, пробуждается и тревога. Это естественно ровно так же, как то, что за зимой проследует весна. Тревога неприятна, поэтому появляется желание от нее избавиться. Желание избавиться побуждает конкретные действия по устранению тревоги. Чаще всего это способы временно приглушить ее голос: поесть, прикупить новенькое, выпить…

Такая цепочка (необходимость выбора-тревога-действия из тревоги) естественна. Но здесь важно не то, что ты испытываешь тревогу — это естественно — важно, что ты из нее делаешь, как поступаешь, а это уже твое решение.

Когда есть тревога и результат выбора непредсказуем, тогда есть две основные стратегии реагирования: избежать тревоги, отказываясь от самостоятельных решений, или идти дальше с тревогой, но делать, выбирать, проживая ее. Непредсказуемость последствий выбора бывает настолько непереносима, что человек ищет способы уклониться от него. Например, идет к астрологам, гадалкам в надежде узнать конечный результат выбора, бесконечно советуется с другими. Потом он может сказать: «Так поступить мне посоветовали более компетентные люди, и я послушался. Они-то и ответственны за последствия».

Когда есть тревога и последствия выбора более-менее очевидны, например, выбор с гарантированными потерями (выберу одно, то потеряю это, а выберу другое, то все равно что-то теряю), тогда человек стремится или сохранить оба горошка на ложке или оттягивает решение.

Когда человек выбирает, то ему хочется, чтобы все оказалось ясно и просто: направо пойдешь — приобретешь, налево пойдешь — потеряешь. Но так бывает редко, особенно, если выбор жизненно значим. В ежедневной обыденности чаще выбор устроен так, что будут утраты, лишения, неприятные чувства и иные последствия. Бывает, когда ясно, какими примерно будут последствия выбора, а бывает, когда вообще не спрогнозировать. Нет никаких гарантий, что желаемые последствия наступят, или не наступят нежелательные. Можно только сделать шаг или остаться на месте. Как есть сейчас — трудно, надоело, без развития, но зато привычно, предсказуемо и спокойно. А если я что-то поменяю, то вдруг только хуже будет? Чаще всего нам неизвестно, как же будет, пока не выберем. Неизвестно, будет ли больно, будет ли трудно, надолго ли, когда закончатся эти переживания, а если никогда? Такие мысли и тревога делают ситуацию выбора особенно тяжелой, порою невыносимой, поэтому выбирать не хочется. Хочется отложить, переложить на другого, забыть, доказать себе, что и не стоит выбирать, придумать объяснения и отговорки.


— Вдруг выберу, и будет мне очень больно и очень трудно?

— Да. Это возможно.

— Вдруг выберу, а станет лучше?

— Да. И это возможно.

— Вдруг выберу, а вообще не понятно, что будет.

— Да. И так тоже может случиться.

— Что же тогда делать?

— Выбирать. Или не выбирать.


Бывает, что последствия выбора таковы, что ничто невозможно поменять. И с этим «ничего не сделать» придется жить. В этом случае важно опять выбрать, как жить с тем, что как раньше уже никогда не будет?

В тенденциях современного мира далее должен следовать лайфхак, что же делать, «проверенный» на личном опыте рецепт или 10 шагов к успеху. Но этого не будет.

Как заранее понять, какой выбор сделать? Ответ — никак. Пока не сделаешь — не узнаешь. Реальность в том, что «как будет» можно узнать только одним способом  поступив, совершив выбор, сделав шаг. Плачь, но выбирай.

В реальности есть только две стратегии у человека  выбирать или не выбирать. Делать или не делать. Делать и получить то, что будет, и не делать и тоже получить то, что будет. Последствия любого выбора могут оказаться болезненными. От нас зависит, как мы будем дальше жить с этими переживаниями. И это снова выбор. Если в процессе жизни закрепляется одна из стратегий (уход от выбора или выбор) как предпочитаемая, то она становится привычным стилем существования. Итак, стратегий две: бегство от выбора и выбор, будучи в тревоге. Разница в стилях/стратегиях жизни людей именно в том, как они выбирают и как после проживают последствия.


Первая стратегия. Бегство от выбора. Может проявляться по-разному.

• Протянуть с решением (подождать пока само рассосется. Речь о нежелании действовать, когда активные действия необходимы).

Отказаться от выбора через болезнь. Иногда человек настолько не хочет выбирать или реальность выбора для него непереносима, что он заболевает.

Выбирать выбирать. Еще не со всеми посоветовался. Еще рассуждаю о выборах, нахожусь в дискуссиях. Еще не ко всем специалистам сходил. Еще не все умные книги прочитал. Еще не все статьи с лайфхаками перепостил, еще остался шаман, у которого не был. Зато имитация кипучей деятельности. Так можно годами жить, выбирая, но не выбрав. Если перечисленное входит в привычку, то становится стратегией, стилем жизни: есть пустая болтовня о возможных выборах, но нет конкретных действий, если нет действий, подкрепляющих и утверждающих выбор, то и выбора тоже нет.

Обвинять окружающих. Назначение виноватых: история, государство, правители, родители, супруги, школа, учителя — вот далеко не полный список тех, кто за вас принял решение, осуществил за вас ваш выбор.

Речевые маркеры бегства от выбора звучат в речи человека так: «Со мной это случилось, со мной это произошло, это со мной сделали». В такие моменты это речь объекта, вещи, предмета, с которым нечто делают извне и не по его воле: обстоятельства, родители, дети, супруги, государство, экономический кризис, президент, историческое время. Иногда из этого складывается целая жизненная позиция — человек сам выбирает ощущать себя в мире предметом, с которым постоянно кто-то что-то делает. Меняются только истязатели и декорации. Человек ищет виновных среди других, но страдает от того, что сам не проявлен. Нет личного поступка. Своего решения. От этого ему больно и он ощущает угрозу небытия (См. небытие).

Допустим, что перечисленные «истязатели» и обстоятельства имеют реальный удельный вес в происходящем. Однако человек властен выбрать, как к этому относиться и что с этим делать. «У человека можно отнять все, кроме одной вещи», — писал Франкл, — «последняя из человеческих свобод — это возможность самостоятельно выбирать, как относиться к тем или иным обстоятельствам». И добавлю — продолжать выбирать и что-то делать даже в тех условиях, в которых есть реальное влияние внешних факторов.

От чего на самом деле бежит тот, кто уходит от возможности выбрать, почему у него появляется ощущение «не своей жизни», «жизнь меня живет», «все решают за меня»? В глубине лежит бегство от самоопределения, от встречи со своим потенциалом, со своей человеческой способностью поступить иначе. Это сбегание от человеческого бытия, о котором мы говорили в самой первой главе. Человек, избегающий выборов, бежит от своих возможностей, от человеческой проявленности, от ответственности и, в конце концов, от подлинной свободы.

Но за побег от себя придется рано или поздно заплатить — переживая вину за нереализованность, за похороненный потенциал, за непроявленные и неиспользованные возможности, за то, что мог, но не сделал, за то, что сам не решал. Вина перед самим собой, что не проявился в человеческом, а мог бы. Упустил шансы, возможности, время и теперь пришла пора сожалеть:

• «А ведь я мог это сделать!»

• «А ведь я этого хотел!»

• «А ведь у меня все для этого было!»

• «Я побоялся!»

• «Я решил, что уже поздно что-то менять!»

• «Куда уж в моем возрасте»

• «Да вроде не принято так, что скажут окружающие»

• «Я испугался ответной реакции и не сделал!»

• «Я не знал, какие будут последствия и поэтому отложил решение в долгий ящик»

Вторая стратегия. Выбирать в тревоге.


Второй способ жить — осуществлять выбор как поступок и шаг в неизвестность или шаг туда, где гарантированы потери, совершать выбор, находясь в тревоге, осознавая ее, все-таки, выбирать, делать, принимать решения и подтверждать их реальными поступками. Реализовывать свой выбор в конкретном действии — это трудный шаг, после которого есть разные, в том числе и болезненные, чувства. Итак, вторая стратегия — выбирать, проживая тревогу выбора, будучи в тревоге, а затем достойно встретить наступившие последствия. Достойно, значит:

• осознавать, что эти последствия — результат моего выбора, не избегать болезненных чувств, иногда болезненные чувства с нами на всю жизнь. Иллюзия, что их голоса смолкнут. Если они пробудились, то проживать вину, стыд, обиду, гнев, печаль, досаду, боль, но при этом оставаться открытым и другим чувствам и состояниям, например, радости, счастью, вдохновению.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 344