электронная
180
печатная A5
423
18+
Дороги, ведущие в ад

Бесплатный фрагмент - Дороги, ведущие в ад


4.8
Объем:
146 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-5959-9
электронная
от 180
печатная A5
от 423

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Съежившись под колючим одеялом, можно было уже не думать о холоде и спокойно уснуть, под ритмичное постукивание колес скоростного поезда. Для полного спокойствия, я пристегнула ремень безопасности, т.к. чувствую себя не комфортно на верхних полках, испытывая непреодолимую боязнь свалится не миновав серьезные последствия. Как творческий человек и быть может, начинающий писатель, я никогда не расстаюсь с тетрадью и ручкой. Особенно, когда выпадает время побыть одной, как сейчас, в поезде. Наверно вы скажете, что это старомодно, в XXI веке писать ручкой, не использовав удобства ноутбука, или на худой конец, печатной машинки. Только я испытываю истинное наслаждение, когда вывожу каждую буковку своей рукой. И каждый раз психую, когда в самый не подходящий момент, кончается паста. Когда же выключают свет, на помощь приходит мой старенький друг самсунг С3010. И бесшумным нажатием на кнопки, я записываю все, что приходит мне в голову: стихи, или просто интересные мысли, волнующие фразы. Как всегда, разглядываю ночное небо, особенно в загадочное и манящее меня полнолуние. И думаю, как бы поскорей вернуться домой -в Пермь, где меня ждут родные и любимые мне люди. Дела, по которым я ездила в Санкт-Петербург улажены и теперь, мои мысли только о семье и о скромном местечке на кухне в ночное время, со своими многочисленными записями

Я вечный странник своих дум.

И мне за ними не угнаться.

Люблю, страдаю, вновь пишу.

Чтобы душа могла согреться.

Ликую: полная луна!

И ночь, так предсказуемо любима.

А мысли- быстрая река.

На брег прольются, с новой силой.

Автор

Следующий день, ничуть не отличался от прошедшего вечера. Все та же шумная компания играющая в карты, среди которой находилась единственная девушка- заводила по имени Алка. Парни громко разговаривали на перебой и с азартом подзадоривали картежницу: «Мол, Алка, щас ты точно продуешь! «Но каждый раз, будто играючи, девушка «обламывала» парней, откровенно смеясь над ними. И как бы я не старалась не замечать их и уйти в свои мысли, у меня это плохо получалось. И потихоньку, как бы не заметно от веселой компашки, я стала сторонним наблюдателем каждого из них. Самый забавный из парней, был Жентос, он то и дело ерзал на одном месте. Волнуясь, его лицо покрытое конапушками, заливалось вдобавок красными пятнами, отчего рыжая копна волос, казалось сейчас вспыхнет от бурных эмоций. Алка, при всем своем кокетстве и легком общении вела себя сдержано, не позволяя вольностей. Светлые ее, естественно-кудрявые волосы, были собраны в аккуратный и пышный хвост на затылке. По детски милая улыбка и смеющиеся, голубые глаза. Казалось, помани она пальчиком и любой из парней побежал бы исполнять ее прихоти и желания. Но посидев еще немного в компании, она с легкостью упорхнула в конец вагона, с улыбкой на лице обронив: «Чао мальчики». Именно с этим человеком, свела меня судьба в мае 2013 г и чуть позже, я услышала историю ее жизни. Из веселой, кокетливой девчонки, какой мне показалась Алка на первый взгляд, она превратилась в задумчивую и серьезную женщину, которой не было и 30 лет. В своем тогда, уместном молчании, я боялась перебить ее, ведь молодая попутчица рассказывала о самом сокровенном. То, что я услышала впоследствии с глубоким состраданием-повергло меня в шок. Не знаю я и того, почему именно мне, девушка открыла свою больную душу. И на мой вопрос: «Хотела бы ты, чтобы кто-нибудь написал твою историю?» Она ответила: «Я много лет об этом думала. Возможно, мне стало бы легче. Я бы хотела начать жизнь заново, но страдания и боль прожитых лет, не дают мне этого сделать. После этой встречи, наше общение с Аллой, не закончилось. Мы продолжали общаться и несколько раз виделись, хотя она и переехала в другой город. Эта девушка, успела стать для меня близким человеком. Ведь эта история-крик души. Это- исповедь

Посвящается А. К.

Все пройдет, когда выльются слезы.

Над прочтением горьких страниц.

И спокойно закроются веки.

И отпустят кошмары в ночи.

Все пройдет, когда вновь ты увидишь,

Цвет багряный и ранней зари.

И поймешь ты, где ложь, а где правда.

За собою сжигая мосты.

Все пройдет, когда кто-то с любовью,

Тебе завтрак в постель принесет.

Все пройдет, и исчезнут дороги.

Прошлых лет, заметая следы.

Автор

1 Глава

Пермь — большой город и в нем, как и во многих других городах миллионниках, всякого сброду хватает. И бомжей, которых всякий за версту обойти старается, охваченный дурманом годовалой не мытости. И попрошаек тех, что проходу не дают, вызывая толи жалость, толи отвращение. И как бы смирившись к не понятным объектам, зачастую стараются не обратить внимание и пройти мимо. А цыгане?! Остановишься на минуту, бывало, заговорит тебя цыганка, глядя черными глазами и все, считай, что пропали денежки последние. Сам отдашь, а после и не поймешь, что да как произошло, будто бы сам черт коснулся. За окном был обычный, еще совсем теплый денек августа 2000г. Улицы города, как всегда были наполнены суматохой людей и машин. Магазины, в которых торговля шла как никогда лучше, были битком народа. А все потому, что заботливые родители, готовили своих чад к первому сентября, оставляя кругленькие суммы в отделах одежды и всякой мелочи. Но и крупные продуктовые магазины не пустовали. Такие места, независимо от праздников наполнены жителями города. Особенно, во второй половине дня и по выходным. Люди то и дело заходили и выходили толпами, с полными сумарями. Молоденькая девчонка в белом платьице, постукивая каблучками, поднималась по лестницам такого вот магазинчика. Она была настолько занята своими мыслями, что не заметила старую цыганку, которая преградила ей путь. Вздрогнув от неожиданности, семнадцатилетняя девушка из любопытства решила выслушать ее и остановилась. «Черные ждут тебя дороги — страшные. Будешь ты счастлива, если выдержишь все испытания, а они — ой какие не легкие будут. Вижу зверя в тебе, чутье его и силы не человеческие. Он и поможет справиться и побороть зло. «Женщина в подробностях предсказывала события Аллочке, которые были предначертаны ей судьбой. Охранник из магазина, увидевший цыганку, громко закричал, размахивая руками, словно отгонял назойливых мух: «Что к людям пристаешь?! Пошла от сюда! Будто опомнившись от этого крика, Алка машинально схватилась за барсетку обеими руками. «Не надо мне твоих денег!» — возразила ей цыганка. «Я просто хотела тебя предупредить». И с этими словами, женщина словно испарилась. «Развелось, тут цыганя, проходу не дают!» Не унимался ворчливый охранник. Девушка тем временем, заходила в магазин, отмахнув от себя все сказанное цыганкой. И в этот момент, так неожиданно прокатился раскат грома. В душу закралось не доброе предчувствие. И хотя, Алла Родимова, не считала себя фаталисткой, все же она с настороженностью отнеслась к этому явлению природы, которое словно в подтверждение циганкиным словам, внезапно обрушилось на жителей города. И глядя на мрачное небо, которое минуту назад было ясным, согревая жаркими, солнечными лучами, Алка подумала: «Чертовщина какая-то!» Лишь купола старой церквушки, все так же ослепляли и завораживали взгляд, даже в ненастную погоду. Только теперь, девушка увидела церковь, в которой никогда не была раньше. Это место — как знак судьбы, его невозможно было избежать, как и предсказанные события. Только этого Аллочка не знала, как и то, что через много лет ее вернут сюда вновь. Незримою рукой высших сил, как избавление от зла, с благословением на светлое будущее. Ненастную погоду пришлось пережидать под крышей магазина, периодически заходя обратно, чтобы отдохнуть от тяжелой сумки с продуктами. До общаги Алла брела в тяжелых раздумьях. Ноги насквозь промокли и модные туфельки на каблучках, больше напоминали галоши, после невероятно дождливой грозы. Но совсем не об этом думала светловолосая девушка. Ее беспокоили предсказания цыганки, которая исчезла также внезапно, как и появилась. «Может зря я сюда приехала? Может, вовсе не надо было ехать в этот город, к тому же оставлять маму одну?» И от воспоминаний, как провожала ее мама этим летом, у Алки навернулись слезы. Автобус давно был набит пассажирами, но дверь все еще была открыта. Глядя на родного человека, Алла не могла себя заставить сделать хотя бы один шаг и продвинуться в салон автобуса. «Ты только не пей, мамочка, я тебя очень прошу. Я обязательно буду приезжать к тебе — обещаю!» По маминому лицу, так постаревшему за последние годы, ручьями текли слезы. С того момента, когда захлопнулась дверь рейсового автобуса, перед глазами дочери, неумолимо стояла эта картина. И теперь, по дороге в общагу, ее терзали сомнения, правильный ли выбор она сделала, что приехала в Пермь, поступать в медицинский институт. «Я же сама мечтала уехать из родительского дома и подальше». Думала про себя девушка «Чтобы не видеть этого пьянства беспробудного и не слышать новых материнских обещаний о том, что с пьянкой покончено. «Почему же теперь, так хочется вернуться обратно. Прижаться к ее груди, как в детстве, и сказать давно забытые слова: «Мамочка, я тебя очень люблю!»

Сердце сжимается от боли мое.

Но все, же твердит, мне как прежде оно:

Живи и борись, сколько есть в тебе сил.

Не злись понапрасну и воли не дай-

Обидам, которые льют через край.

Живи, не стыдясь, своих прожитых дней.

Ведь важно прощенье — другим и себе!

Автор

Родилась Алла Родимова в самой обычной семье, в не безъизвестной деревне Кондратьева Слобода, неподалеку от древнего города Чердынь. Эти северные места Пермского края, славятся глубокой историей, как известной деревни, так и Чердыни в целом. Более четырехсот лет назад, древне-Уральская столица подвергалась набегам татар. Самая памятная битва, произошла близ д. Кондратьева Слобода. 85 воинов были найдены у брега покрытой льдом р. Вишеры. С тех времен и по сей день, они почитаются местными жителями как защитники славного города и святые. Этому свидетельствует икона, которая находится в музее Чердыни. В доме, где выросла Аллочка, дети были родные по матери от двух отцов. Сестры-двойняшки, Алла и Даша, родились от первого брака, их матери Астафьевой Марии Ивановны. Когда им было по пять лет, их отца, Родимова Сергея Степановича посадили в тюрьму. Двойняшки любили отца и, несмотря на маленький возраст, хорошо помнили его. Он в свою очередь, высылал жене деньги на детей и писал слезные письма, сожалея о своей загубленной жизни. Вскоре, Мария Ивановна вышла замуж во второй раз, взяв фамилию мужа. Отчим Аллы и Даши, был хорошим человеком. К старшим детям, относился как к своим, проявляя отцовскую любовь и заботу. Работал Данил Алексеевич ветеринаром и пользовался уважением у местных жителей. Пил, строго по праздникам, от того наверно и успевал он все. Держали скотину разную в тридцать голов. И земля двадцати соток, благодаря трудолюбию, не скупилась на богатый урожай. Подрастающие дочки, тоже помогали по хозяйству. Соседи же завидовали «полной чаше» зажиточной семьи. Откровенно косились и шушукались за спиной. «Ишь, какого мужика рукастого отхватила!» Судачили деревенские бабы вслед Марии Ивановне. «И детки то все чистенькие, да накормленные!» Вторили бабушки на лавочках. К тому времени, появилось еще трое деток: хорошенькая Валечка, озорной мальчуган по имени Никитка и самая младшенькая из всех — Аленушка. Единственным человеком, который без зависти и с любовью относился к многодетной семье, была Ефросинья Астафьева. Она являлась родной матерью Данилы Алексеевича. Внуки души не чаяли в своей бабушке. Не успеет еще к калитке подойти, а розовощекие карапузы-поготки, уже бегут ей на встречу. «Баба Фрося идет!» Облепят со всех сторон добрую старушку и наперебой рассказывают ей, о своих очень важных делах. «У нас сегодня, Мурка родила пятерых котят! Представляешь, бабуля!» Визжала от восторга, старшая Валя. «Не родила, а окотилась». С искренней улыбкой, отвечала бабушка. «Почему окотилась?» Нахмурившись, спросила упрямица-внучка. И серьезно так, по детски, начала рассуждать: «Люди ведь рожают… и к тому же, баба Фросичка: у мамы — нас пятеро и у Мурки — пятеро котят. Поэтому вот… и родила. Бабушка поцеловала рассудительную внучку и больше ничего ей не сказала. Только глаза у нее, улыбались и светились от счастья. Никитка, как подобает маленькому джентльмену, не перебивал сестер, позволив высказаться обеим. Младшей Аленке, было присуще обидеться на кого-нибудь и пожаловаться взрослым. Не теряя возможности и на этот раз, она причитала: «Баба Фося, а вот старшие — Алка с Дашкой, дразнят меня, что я кохтавлю слова. Еще и маленькой называют!» С обидой, надула губки Аленка и погрозила пальчиком. «А мне уже тхи года, я в школу скохо пойду и тоже ученой стану!» «Конечно, станешь, Аленушка». Подзадоривала бабушка Фося. «Главное, внучата мои, не то, как люди говорят, а что они говорят и какие поступки совершают. Мне важно, чтобы вы людьми хорошими выросли». Поучала своих внучат, Ефросинья Астафьева. И конечно, любили пить чай с малиновым вареньем всей дружной семьей, вместе с бабушкой. Старшие, Алла с Дашей, сами бегали к бабушке Ефросинье, которая любила двойняшек как родных. И домой отправляла, всегда с гостинцами. Уехав учиться в Пермь, Алка часто тосковала о родительском доме и о близких людях. Судорожно напрягала она память, чтобы вспомнить что- то очень важное из своего детства. Лица тех троих мелких — Вали, Никитки и Аленушки, просто не возможно было забыть. Как они радовались, играли, обижались. И конечно то, как часто они с Дашкой, чудили над малышней. А еще, вот: когда папка приставку домой принес, в подарок детям. Эти игровые приставки — только, только появились в продаже. И конечно, на деревне — в их семье, она была первой. «Ты уже два часа играешь, Алка, имей совесть!» Не унималась Дашка. «А ты, вчера — три часа, запускала игры с Марио, пока я в школе была. Специально, наверное, «закосила» от учебы, мол, зуб у нее разболелся». «Ничего я не косила!» Возразила Дашка. «Вот и жди спокойно своей очереди, без истерик». Оставляла за собой, последнее слово Алка. Она всегда занимала лидерскую позицию и Даша, не выдерживая напора — уступала сестре. Да и мелкие туда же — все время мешались под ногами. В ушах звучала, словно одна и та же пластинка: «Дай поиграть». Главным оружием у них было: «Я маме скажу». Отличный способ манипуляций, во все времена. И нехотя так, вразвалочку, сестры — двойняшки уходили гулять, процедив сквозь зубы: «Мелюзга настырная, чуть что — Сразу мамкой прикрываются». А вообще, любили они младших, хоть и часто думая, что те — им досаждают.

Ах, детство мое —

В той родимой сторонке.

Вернуть бы назад,

Хоть на краткий бы миг.

Тебя — где братишка один

и сестренки.

Привычное слуху —

Мычанье коров.

И маминых глаз —

Что светились от счастья.

Нет, нет, — не забыть,

Тех счастливейших лет.

Где реки шумят.

И, конечно же, помнят:

Свиданья, улыбки,

В Уральских местах!

Автор

Но все хорошее — когда нибудь кончается. То ли добрая сказка, вечной не бывает. То ли людей завистливых много, которые языком своим злым, изурочили да испортили все. В один из страшных, роковых дней, рухнули все представления о счастье. И жизнь, в которой так беззаботно, ни в чем, не нуждаясь, привыкли находиться дети — показалась сущим адом. Алке, с ее сестрой — двойняшкой было по четырнадцать лет, когда не стало отца. Данил Алексеевич, в последнее время, много болел. После затянувшегося, простудного заболевания, у него обнаружили пневмонию, от чего в последствии он и скончался. Убитая горем вдова, как бы ни замечала вокруг никого в этот день. И уже, похоронив мужа, устраивали поминки, накрывая на стол. Дети, понимая мамино состояние, не трогали ее и не докучали ей. Казалось, Марья Ивановна, все делала машинально, ее ничто не отвлекало и больше не заботило. Даже бешенное, непрерывное мычание Зорьки, которая была не доена второй день, не возвращала в реальность молодую вдову. И конечно, никто не знал, что это мамино состояние, продлится на долгие годы, вдобавок, с затянувшимся алкоголизмом.

Тот голос вдовы,

Как из бездны звучал.

И руки ее, распростертые к небу.

Верните того —

Что судьбою мне дан.

Ведь смысла теперь,

В моей жизни, уж нету.

И эхом откликнулся,

Спящий Полюд.

И прокатился по Чердыни гулко.

От всех девяти… колоколов.

Как скорби печать,

Так волнительно, долго.

Автор.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 423