электронная
108
печатная A5
468
16+
Долина Инферин

Бесплатный фрагмент - Долина Инферин

Вихри холода

Объем:
394 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4485-6211-2
электронная
от 108
печатная A5
от 468

Часть I

Притяжение

Пролог

Долина Инферин, 2017 год

Землю трясло. Давление, которое годами копилось в ее недрах, наконец, нашло выход. Раздавались мощные взрывы. Из жерла вулкана летели острые осколки камней. Деревню окутали пары едкого дыма. В воздухе стоял нестерпимый запах гари. Все вокруг было покрыто хлопьями серого вулканического пепла, как будто долину занесло снегом.

Потоки лавы рвались наружу. Те, что не успевали к жерлу вулкана, проливались сквозь скальные трещины. Гора словно покрылась глубокими порезами, из которых сочилась жгучая алая магма. Дома, стоявшие у подножия, первыми попали под стихию. Они молниеносно загорались, как просмоленные факелы, а бушующий ветер подхватывал пламя и разносил его по окрестностям. Горели деревья, строения, полыхали посевы. Огненная лавина, наконец, добралась до реки, и вода в ней закипела, превращаясь в белый горячий пар.

Толпы людей собрались у Золотого Обелиска. Им некуда было бежать. Многие уже погибли — сгорели заживо в своих домах или на пути к главной площади. Выжившие стояли, тесно прижавшись друг к другу: дети и взрослые, старики и молодые. У них оставалась одна надежда — на чудо.

На помосте в центре площади, протянув руки в сторону вулкана, стояла невысокая худая женщина. Глаза ее светились ярким голубым светом. Она собирала в себе все силы и могущество, данные ей предыдущими хранительницами. Видящая чувствовала, как в глубине тела разрастается неимоверная бездна холода. Она закрыла глаза, напряглась, и яркий свет родился на кончиках ее пальцев. Он заполнил ладони, и женщина вскинула их по направлению к вулкану. Снежный вихрь, рожденный магией, устремился к изрыгающей лаву горе, покрывая вершину ледяной коркой. На краткий миг извержение прекратилось. Люди в исступлении пали на колени, восхваляя спасительницу, с благоговением шепча: «Видящая!» Но та чувствовала, что это еще не конец. Она снова и снова взывала к своим силам, надеясь, что на этот раз получится, и направила еще одну внушительную струю ледяного холода в сторону вулкана. При этом, не выдержав напряжения, она в изнеможении упала на колени.

— Что с тобой? — воскликнул человек, который стоял подле нее и держал на руках младенца. — Поднимайся. Этого мало!

И будто бы в ответ на его слова раздался сильнейший взрыв. Новый титанический поток горящих твердых частиц и густого дыма лавиной устремился на деревню.

— Вставай! — кричал мужчина, поднимая женщину свободной рукой.

Но густой жар уже окутал площадь. Видящая вскинула руки вверх, и холодный купол оградил от огня тех, кто успел под ним оказаться. Люди, оставшиеся за его пределами, кричали и плакали. Они тянули к Видящей обожженные огнем руки, и она страдала вместе с ними, чувствуя боль каждого. Женщина понимала, что никто не спасется в этом пекле. Она ощущала, как теряет последние силы. Мужчина с ребенком, не осознавая того, что делает, кинулся к ней и обнял.

­­– Не нужно, — пыталась она оттолкнуть его, — нельзя! Ты мешаешь! Ты согреваешь меня!

Еще один колоссальный взрыв, и земля вздрогнула, как в последний раз. Кромешная стена огня обрушилась на хрупкий ледяной купол, и тот начал таять на глазах, заливая людей потоками кипящей воды. Но у хранительницы не осталось холода внутри, и она ничем не могла помочь им. В последней надежде Видящая бросилась к Обелиску, обвила его руками и взмолилась о пощаде. Горстка спасшихся людей припала к нему вместе с ней, и каждый из них старался дотянуться до тотема рукой. Тот вспыхнул ослепляющим белым светом. Вокруг несчастных образовалась безмолвная тишина, без единого звука, стона или крика.

Их осталось так мало! Но им снова был дан шанс все изменить и исправить…

Эпизод первый. Необычное знакомство

Москва, июнь 2015 года

Часы на панели автомобиля показывали десять утра. Беспокойно стуча пальцами по рулю, я выглядывала в окно и пыталась разглядеть, из-за чего стоим без движения столько времени. Впереди меня ехала фура и полностью заслоняла обзор. Я злилась на нее и на такое неудачное начало дня. Сначала подвел будильник, который по неизвестной причине не прозвонил вовремя, а потом и утренняя пробка, там, где ее отродясь не бывало. Я итак сильно опаздывала на работу, а теперь, судя по всему, и вовсе окажусь там не раньше обеда. Звонок мобильного телефона не предвещал ничего хорошего.

— Ты в курсе, что рабочий день уже начался? — голос моего начальника Вадима Надежнецкого звучал сурово.

— А сегодня рабочий день? — попыталась отшутиться я.

— Давыдова! Если через пять минут ты не будешь в офисе, я за себя не ручаюсь!

Он бросил трубку, а я расстроилась еще больше, потому что выполнить его требование никак не могла — слева, оттесняя в сторону другие машины и снова затормозив движение, продвигалась карета скорой помощи. Завывание ее сирены почему-то встревожило, и чувства опасности и страха тут же накрыли меня с головой.

— Уф, — выдохнула я, понимая, в чем, собственно, дело.

Сегодня ночью мне вновь приснился странный сон. Но из-за того, что я проспала, все мои мысли были заняты только тем, чтоб быстрее собраться, так что на какое-то время я о нем забыла. Теперь же видение всплыло из глубины подсознания, и мне вспомнилась женщина с ярко-голубыми глазами, плюющиеся огнем горы и люди, кричащие от ужаса. Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от этих страшных картинок.

Надо сказать, мне с детства снились сны, в которых удавалось переживать события, полные страстей и приключений. Сейчас так много говорят о перевоплощении душ, что я бы не удивилась, окажись эти сны воспоминаниями из моих прошлых жизней. И пусть не всё, что мне снилось, я запоминала, но и того, что удерживалось в памяти после пробуждения, вполне хватило бы на целый фильм, а может, и на полноценный приключенческий сериал.

Но я не была ни сценаристом, ни режиссером. Я окончила самый обычный университет в Ярославле. По специальности лингвиста устроиться не удалось, поэтому, поработав пару лет в колл-центре небольшой торговой компании, я переехала в Москву в поисках лучшей доли. Знакомых в городе не было, но судьба проявила неожиданную благосклонность — я почти сразу нашла работу секретаря в редакции журнала «Вселенная», который создал покойный отец Вадима Надежнецкого.

Он так любил путешествовать и травить байки о своих странствиях, что близкий друг посоветовал ему обзавестись собственным журналом и рассказывать в нем все, о чём душа пожелает. Григорий Андреевич прислушался к совету и целиком и полностью отдался этому делу. Так Надежнецкий-старший открыл в себе талант не только писателя, но и хорошего дельца. Ему удалось заключить договоры на рекламу с туристическими компаниями, и вскоре к журналу пришел настоящий успех. Начиналось все с тиража в двести экземпляров, а потом спрос вырос до небывалых высот. Однако вечные разъезды и постоянные стрессы подорвали здоровье отца Вадима, в результате чего он скончался, оставив свое дело на сына. Вадим не унаследовал от родителя талант писателя, зато предпринимательская энергия била в нем ключом. Вот так и повезло мне устроиться в перспективную, развивающуюся издательскую компанию с возможностью карьерного роста. И если бы не близкие отношения с Вадимом, которые у нас завязались почти с самого моего появления там, я давно бы уже занимала более высокий пост. Но он не отпускал меня, продолжая держать возле себя, а я и не сопротивлялась, предпочитая в этот период перспективного молодого человека собственному развитию.

Проехав пару кварталов, я поняла, из-за чего образовалась пробка. На нашей стороне дороги произошла авария. Машина перемещалась с одной полосы на другую, и водитель не заметил мотоциклиста, толкнув его боком своей тачки. Видимо, удар был не слишком сильный, потому что молодой человек не пострадал. К сожалению, того же самого нельзя было сказать о его старом байке. Тот после столкновения выглядел весьма плачевно.

В задумчивости я смотрела на место аварии. Недовольный гудок сзади привел меня в чувство и заставил немного продвинуться вперед. Однако любопытство снова взяло верх, и я опять уставилась в окно. Пострадавший переговаривался со сбившим его водителем, который лишь пожимал плечами и что-то мямлил в ответ. Как прикованная я пялилась на белобрысый затылок мотоциклиста. Словно почувствовав мой взгляд, он обернулся и посмотрел прямо на меня. Тотчас я опустила глаза и уставилась на руль. Машина, ехавшая сзади, снова раздраженно загудела.

— Да еду, еду! — крикнула я и дала газу, продолжая рассматривать блондина в зеркало заднего вида так пристально, что чуть не столкнулась с впереди идущей машиной.

Молодой человек как раз, в сердцах махнув рукой на незадачливого водителя и в последний раз взглянув на своего так безвременно павшего «железного коня», пошел вперед пешком по ходу движения. Миновав пару автомобилей, он остановился возле меня и, бесцеремонно облокотившись на дверцу моей машины, заглянул в открытое окно.

— Девушка, подвезите, пожалуйста. Опаздываю на важную встречу.

Его лицо казалось мне таким знакомым, что я как завороженная смотрела в его большие карие глаза. Парень был похож на человека, которого я видела во сне. Или, по крайней мере, мне хотелось так думать. Так как я все еще таращилась на него, он вынужден был пощелкать пальцами у меня перед глазами, добавив при этом:

— Это всего в двух кварталах отсюда. Я могу заплатить!

Я нажала на блокиратор дверей, и молодой человек, недолго думая, обогнул машину и уселся на пассажирское кресло.

— Куда едем? — спросила я, как заправский водила.

В голове моей мелькали сцены самых изощренных казней, которым подвергнет меня Вадим, если я задержусь еще хоть на полчаса.

— Вот там налево, — сказал парень.

Я облегченно вздохнула — пока нам было по пути. Нажала на газ и вдруг обратила внимание на старинный перстень с белесым камнем на его пальце. Довольно странное украшение для мужчины. На миг мне показалось, что камень загорелся голубым, но я списала это на игру света. Молодой человек тоже посмотрел на кольцо, будто видит его впервые, потом снял с руки и поднес к глазам. На лице моего пассажира читались удивление и растерянность. Он смерил меня внимательным взглядом и спросил:

— Как вас зовут?

— Эмилия, — представилась я. — А вас?

— Алексей. Фотограф. Ищу работу, — последовал ответ. — А чем занимаетесь вы?

— О, у меня работа исключительной, даже сказала бы, государственной важности. Я секретарь в издательстве.

— Вот даже как! Случайно не в журнале «Вселенная»?

Я кивнула в знак согласия, а Алексей продолжил:

— Эмилия, это такое приятное совпадение, ведь мне надо как раз туда. У меня назначено собеседование с вашим директором.

— Рада, что нам по пути! — улыбнулась я. — А то так опаздываю, что боюсь, не пришлось бы и мне искать новую работу.

Пробка постепенно рассосалась, и мы в ускоренном темпе добрались до здания, где находился офис. Я припарковала машину на стоянке и вышла. Кабинет Вадима располагался на втором этаже. Подняв глаза, я обнаружила, что шеф, сложив руки на груди, наблюдает за мной через панорамное окно.

— Спасибо, что подбросили, — сказал Алексей, выходя из машины.

Мы вместе поднялись по ступеням, и молодой человек галантно открыл передо мной дверь. Мы вошли в здание, и тут он произнес нечто неожиданное для меня:

— Эмилия, может, вы разрешите мне пригласить вас на чашечку кофе?

Но я не успела ему ответить, так как с лестницы послышался голос Вадима. Надо же, он не поленился спуститься за мной на ресепшен!

— Давыдова, срочно в мой кабинет!

Стараясь не думать о том, что меня ждет, я быстро пошла вслед за начальником, даже не оглянувшись на своего нового знакомого.

— Ты уже в сотый раз опоздала на работу!

Вадим был в бешенстве, а я понимала, что дело вовсе не в моем опоздании, коих на самом деле было не так уж и много. Просто шеф видел, как со мной из машины вышел привлекательный молодой человек. Надежнецкий всем был хорош, но его дикая ревность стала моим настоящим кошмаром. И поэтому за то время, что мы были вместе, мне пришлось научиться отключаться в моменты его агрессий, чтобы не принимать их близко к сердцу. Сейчас я стояла у окна и разглядывала прохожих на улице, ожидая, когда поток словоизвержений Вадима закончится. Потом задумалась над сегодняшней случайной встречей и от души улыбнулась. Мысли мои обратились к Алексею. «Ох, и сложно ему будет сейчас на собеседовании», — подумала я.

— Очень приятно, что ты проигнорировала мой вопрос, — раскатистый баритон Вадима вернул меня к действительности.

— Что? Какой вопрос? — очнулась я. — Прости, что опоздала.

Вадим разозлился еще больше, опустил голову и уперся руками в стол. Я инстинктивно отодвинулась подальше к двери.

— Повторяю еще раз свой вопрос, — тихо и медленно сказал он. — С кем ты приехала?! Кто этот человек?

— Алексей? — глупо спросила я и, увидев, как краснеет лицо начальника, тут же осознала свою ошибку и заторопилась с ответом. — Он никто. То есть для меня никто. Он просто попал в аварию, когда ехал на мотоцикле, как раз на моей дороге, и я согласилась подбросить его. Нам было по пути.

— И как же так выходит, что твоими случайными попутчиками вечно оказываются молодые парни?

— Дедушки на байках не ездят, — пришлось огрызнуться мне. — Да и вообще, ты так говоришь, будто я постоянно приезжаю на работу с какими-то молодчиками. Мне казалось, я никогда не давала тебе повода для лишней ревности. Перестань уже меня изводить этим!

В кабинете зазвонил телефон. Вадим снял трубку, и на том конце провода услышали его грозное: «Да!»

— О, Вадь, да ты не в духе? — раздался звонкий голос нашего менеджера по работе с персоналом.

— Доброе утро, Екатерина Васильевна, — ответил Вадим, сбавляя тон.

— Григорьич, тут к тебе человек подъехал. Помнишь, я про него говорила? Он фотограф от Бога! Ты просто обязан с ним поговорить!

— Давай его сюда, — произнес шеф и положил трубку.

— Что же, тебе повезло, — сказал он, успокаиваясь, — но это не значит, что мы не продолжим этот разговор.

— Боже, Вадим! Ну чего ты завелся? Я всего лишь помогла человеку. И все. Весь разговор. Посмотри на себя! Ты красивый, интересный мужчина! Директор собственного журнала! Подумай, разве могу я смотреть на кого-то, кроме тебя?

После моих слов Надежнецкий даже в плечах сделался шире. Как, оказывается, мало надо мужчине, чтобы он снова поверил в себя! Всего пара ласковых слов, полных грубой неприкрытой лести. А еще говорят, что это женщины любят ушами.

— Прости, дорогая, — сказал Вадим. — Настроение сегодня ни к черту. Да и не могу я спокойно смотреть, как вокруг тебя отираются другие мужики. Прости.

Пока мы с Вадимом примирялись, осыпая друг друга поцелуями, в кабинет без стука ворвался ураган по имени Катрина. Название это было как раз под стать характеру нашего менеджера по персоналу. Бойкая и активная, она сметала все на своем пути и создавала хаос везде, где бы ни появлялась. Однажды я не удержалась и назвала ее именем смерча в большой компании сотрудников. Прозвище всем понравилось и спустя несколько дней разошлось по отделам, намертво приклеившись к девушке. С тех пор Екатерина Васильевна Поливаева стала для всех просто Катриной. К слову сказать, она нисколько не возражала, а где-то даже и рада была своему слегка видоизмененному имени.

— О, прошу прощенья! — воскликнула она, влетев в кабинет.

Уж кто-кто, а я прекрасно знала — ей ни капельки не стыдно. Катрина стала моей подругой почти сразу. Именно она приняла меня в издательство и поддерживала, пока я не освоилась в новой для себя профессии. Она была оптимисткой по жизни, нередко поднимала мне настроение и помогала добрым советом. Тем не менее, я частенько замечала за ней привычки типичной московской барышни, привыкшей жить в достатке и удовольствиях. Катрина любила себя, и в свои тридцать лет до сих пор ни с кем официально не встречалась, предпочитая разгульное одиночество. Хотя в глубине души, мне кажется, она искала своего единственного и неповторимого, высматривая его, правда, исключительно среди умных и перспективных молодых людей.

— Вадим Григорьевич, он уже здесь, — сказала она шепотом, делая мне знак головой, чтобы я удалилась.

— Не напрягайтесь так, Екатерина Васильевна, уже ухожу.

Я демонстративно чмокнула Вадима в щеку и увидела в дверях своего нового знакомца. Он улыбнулся мне, кивнул, а я мысленно пожелала ему удачи.

Катрина молча, но экспрессивно теснила меня к выходу, а я следила за тем, как парень подходил к Вадиму и пожимал ему руку. Тот, конечно, узнал в Алексее человека, который приехал со мной, и немедленно напрягся. Мне не хотелось, чтобы Надежнецкий принимал решение, руководствуясь негативными эмоциями. Поэтому я вернулась в свой кабинет и на скорую руку набросала записку: «Вадим! Прошу тебя, будь благоразумен! Не теряй ценные кадры из-за своей ревности! Я тебя люблю!»

— Вадим Григорьевич, — сказала я, беспардонно врываясь в уже закрытую за мной дверь, — вот тот номер телефона, который вы просили.

Тот недоуменно принял у меня записку, прочитал и отбросил в сторону. По его лицу не было понятно, принял он во внимание мою просьбу или нет. Он только сухо поблагодарил меня и попросил выйти. Через какое-то время Катрина выпорхнула из кабинета начальника и направилась ко мне.

— Ты что, знаешь Пешехонова? — спросила она, усаживаясь в кресло напротив.

— Ты про этого… э-э-э фотографа? — я медлила с ответом, откинувшись на спинку стула и глядя поверх головы подруги.

Через стеклянную стену моего кабинета можно было наблюдать за жизнью редакции. Сотрудники разговаривали по телефону, занимались версткой очередного номера или просто лениво потягивали кофе, беззаботно раскачиваясь на стульях и обсуждая личные вопросы.

— Ну? — поторопила меня Катрина.

— Что, он и правда — фотограф от Бога? — спросила я.

— О да! Сейчас показывает Вадиму свои работы.

— Не заметила я что-то у него в руках никаких работ.

— А ты думала, он принесет пару пожелтевших фото в старой дерматиновой папке? Деревня! Ты хоть знаешь о таких «необычных» и «малоизвестных» вещах, как флешки? — засмеялась подруга.

— Сама деревня, — огрызнулась я. — Думаешь, Вадим возьмет его?

— О! Даже не сомневаюсь. Такими идейными парнями грех разбрасываться, — уверила меня подруга.

— Да ты, я смотрю, фанатка? — насмешливо фыркнула я. — Может, еще и автограф его хранишь где-нибудь у сердца?

Катрина показала мне язык и, кинув фразу: «А ты сегодня чудная какая-то», поднялась к себе. Сразу после ее ухода раздался звонок. Это был Роман Искандеров — наш главный редактор.

— Привет! Как тебе этот фотограф? Босс вызвал к себе познакомиться. Вот думаю, идти или ну его?

— Ром, я не видела его работы, поэтому прости, но судить о его талантах не берусь. Катрина говорит, он гений.

— У нее гении на каждом шагу, — хмыкнул редактор, и я тоже усмехнулась в трубку.

— Поверь мне, уж что-что, а талант она разглядит издалека и без применения телескопа, — возразила я. — Раз босс вызывает, иди «на ковер». И кстати, он с утра был не в духе, так что замолви там за новенького словечко, если он, конечно, того стоит.

— Договорились, если ты мне окажешь услугу за услугу. Нужно вычитать пару статей к следующему выпуску. Будь другом, посмотри их свежим взглядом.

— Без проблем, — согласилась я и положила трубку.

Роман частенько обращался ко мне с такими просьбами. А я с удовольствием ему помогала, мне это было даже интересно. Мы писали для всех и обо всем. Редактировать такие статьи и читать их раньше других было весьма любопытно и познавательно. А над особо удачными заметками можно было засидеться допоздна, не замечая ничего вокруг.

Через некоторое время вбежал Искандеров, размахивая руками, словно птица крыльями. Он сунул мне листы с напечатанным на них текстом и, не задерживаясь, прошел к Вадиму. Примерно через полчаса оттуда вышел Алексей. Один.

— Эмилия, ты второй раз за день спасаешь меня, — улыбнулся он и сел в то же кресло, в котором до этого сидела Катрина. — Я случайно заметил твою записку Надежнецкому. Похоже, вас связывают более серьезные отношения, чем работа?

— Всегда рада помочь, — сказала я, пропуская мимо ушей вопрос о наших с Вадимом личных делах.

— Значит, кофе отменяется? — не унимался Алексей.

— Значит, отменяется, — согласилась я.

К чему скрывать — он был мне симпатичен. Даже скажу больше, типаж его внешности соответствовал моему идеалу. Может, потому он и показался мне похожим на парня из сна? Раньше я всегда грезила о кареглазом блондине. Однажды услышала от кого-то, что это очень породисто, и уже не смогла забыть. Алексей приятный парень, девушки редко отказывают подобным ему. Но у меня был Вадим, а с его ревностью такая встреча могла бы привести к непредсказуемым последствиям.

— Понятно… — расстроенно протянул молодой человек.

Он встал, намереваясь уйти, но взглянул на свой перстень, передумал и сел обратно.

— Ты знаешь, это так странно, но мне как будто знакомо твое лицо. Такое чувство, что видел тебя где-то. Скажи, у тебя нет таких же ощущений по отношению ко мне?

— Это что — такой грубый подкат? — уточнила я.

— Слушай, а давай начистоту, — вдруг перешел он на шепот. — Скажи, что ты знаешь о Долине?

— Чего?! — опешила я.

Дверь кабинета шефа открылась, и оттуда вышли Роман и Вадим.

— Ну что же, Алексей, пройдемте ко мне, — пригласил Искандеров. — Поищем для вас какое-нибудь задание. Выполните хорошо, считайте, вы один из нас. Нет — тогда уж не обессудьте.

— Отлично, — сказал Алексей, поднимаясь со стула и направляясь вслед за редактором.

Я ждала, что вот сейчас за ним захлопнется дверь, но молодой человек придержал ее, развернулся и кинул мне:

— Эмилия, я не прощаюсь. Поговорим с тобой позже.

Он ушел, а Вадим с укоризной уставился на меня. Мой взгляд заметался по сторонам и наткнулся на статьи, которые принес мне Роман. Я подняла один из листочков и робко протянула его Надежнецкому.

— Ты знаешь, Вадь, мы тут с твоим фотографом не сошлись во мнениях по поводу последней статьи четы Кулагиных. Мне кажется, она уж слишком фантастична. Может, глянешь? — попросила я, не зная, как спрятать лицо, чтобы он не заметил моей наглой лжи.

Надежнецкий покачал головой и, ни слова не говоря, скрылся в кабинете.

Эпизод второй. Ультиматум

Москва, июль 2015 года

На следующий день я проснулась точно по будильнику. Всю ночь спасалась, бежала и пряталась. От кого или от чего, так и не поняла. Совершенно точно помню только одно — все это время со мной был Алексей Пешехонов собственной персоной. Вот ведь задурил мне голову! Весь такой со странностями, загадочный. Все утро думала о нем. На работу ехать не хотелось — боялась встретиться с ним. Плохой симптом! Не хватало еще втюриться по уши… Как назло, сегодня добралась до офиса быстрее обычного. Хоть бы какая-нибудь крошечная пробочка! Так ведь нет! Пришлось торчать в холле, чтобы не подниматься наверх. Поговорила с охранником, с коллегами и даже умудрилась зацепить совсем незнакомую мне даму и проболтать с ней еще несколько минут. Когда поняла, что идти наверх все равно придется, обреченно вздохнула, посмотрела на лестницу и подошла к внутреннему телефону.

— Катрина, — произнесла я, когда подруга подняла трубку, — скажи, твой Пешехонов уже здесь?

— С чего вдруг такой интерес, и где ты? — уточнила она.

— А ты не можешь мне ответить, не задавая лишних вопросов?

— Он здесь, с утра дожидается тебя в кабинете, — ответила она.

Я напряглась. Катрина услышала мой тяжелый вздох и добавила:

— Лежит обнаженный на твоем столе и плачет, мол, когда ж моя Эмилия вернется.

На том конце провода раздался громкий хохот.

— Сейчас буду у тебя, — процедила я сквозь зубы, понимая, что меня надули.

Кабинет Катрины находился на третьем этаже. Там сидели бухгалтеры и менеджеры по персоналу. То есть все те, кто не имел никакого отношения к написанию статей и оформлению журнала. Кабинет подруги был украшен фотографиями разных стран мира, необычными сувенирами и замысловатыми письменами. Я зашла внутрь и закрыла за собой дверь.

— Какие люди к нам пожаловали! — подруга оторвалась от монитора и жестом пригласила присесть. На лице ее все еще играла веселая улыбка. — Приступ загадочности прошел?

— Катрина, а что ты знаешь про этого Алексея Пешехонова? — с ходу перешла я к существу дела.

— Значит, все-таки уже распространил на тебя свои чары?

Подруга смерила меня мрачным взглядом.

— Странный он какой-то, — покачала головой я.

— Главное, что ты должна знать — он не твоего поля ягода, — решительно заявила она.

— Это еще почему?

— Во-первых, потому что у тебя есть Вадим. А во-вторых, такие, как он, только и делают, что пользуются своим шармом, меняя девушек как перчатки!

— Так ты давно его знаешь? — задала я очередной интересующий меня вопрос, не обращая внимания на ее инсинуации.

— А, — отмахнулась подруга, — мы знакомы уже лет сто. Слушай, Эми, прошу тебя, внемли голосу разума в моем лице и выброси Пешехонова из головы.

Катрина отвлеклась на монитор, но я не отставала.

— Ты слышала про Долину?

Я решила, что, раз они так близки, то подруга может что-то знать.

— Он спросил меня про какую-то Долину.

— Долину? — рассеянно нахмурилась она. — Название знакомое, может, клуб какой-то? Он что, тебя приглашал?

— Приглашал на кофе. А ты знаешь, где он живет?

— Да, — ответила Катрина, уже не скрывая своего раздражения, — да, знаю, и поверь мне, там, где живет он, мы жить никогда не будем. Ну, пожалуй, если только не выиграем в лотерею, или ты в ближайшее время не выйдешь замуж за своего начальника. Уж он точно сможет себе позволить такое жилье.

Она назвала адрес, и я впечатлилась. Алексей жил в элитном районе Подмосковья, и это стало неожиданностью для меня. Судя по его старому мотоциклу трудно было предположить, что он богат. До чего же таинственный тип этот господин Пешехонов! Не желая больше мучить Катрину вопросами, я отправилась к себе.

— Что бы он ни говорил тебе, дели надвое, — крикнула мне вслед подруга, а я помахала ей рукой, мол, сама разберусь.

В кабинете мне сразу бросилась в глаза большая желтая гербера на столе, а под ней записка.

— Очень странно, — произнесла я и развернула послание. На листе бумаги аккуратным мужским почерком было написано:


«Эмилия, огромное спасибо тебе за участие в моей судьбе.

Премного благодарен. И раз уж не могу угостить тебя кофе, разреши преподнести этот прекрасный солнечный цветок. Мне о многом надо поговорить с тобой, но Роман Эдуардович отправил меня на задание, поэтому оставляю наш разговор до лучших времен. Все оказалось сложнее, чем я думал. Даже не подозревал, что ты ни о чем не знаешь. Когда я решу, как лучше преподнести тебе эту информацию, то найду тебя. Пока меня нет, просто подумай о том, кто ты и каково твое истинное предназначение.

Алексей»

Я перечитала записку несколько раз, но так и не поняла, чего, собственно, этот Пешехонов от меня хотел. Так со мной еще никто не заигрывал. И нужно отдать ему должное, его тактика действовала. Я была заинтригована.

— Ого, уже на работе? — Вадим вошел в офис и искренне удивился, увидев меня за столом.

Я попыталась изобразить улыбку на лице. Вадим чмокнул меня в щеку, и взгляд его упал на цветок.

— Это становится невыносимым, — нахмурился он, — от кого цветы?

— Ох, Вадь, я прошу тебя, не начинай снова, — устало проговорила я, выбрасывая цветок в урну и одновременно пряча записку в ящик.

Босс задумался, прошелся из стороны в сторону по кабинету. Затем глубоко вздохнул и сказал:

— Эмилия, мне самому не нравится то, что я постоянно ревную тебя. Но, кажется, ты значишь для меня больше, чем я думал.

— Вадим, я все понимаю. Не тревожься без причины. У нас все хорошо.

— Вот и славно, — ответил он. — Я только что решил… меня сегодня не будет. Есть кое-какие дела. Отмени все мои встречи.

Вадим достал из кармана ключи от машины, помахал мне рукой и, не прояснив сказанное, ушел. В этот день он так и не вернулся. В течение нескольких следующих я стала замечать в шефе странные перемены. Он старался быть особенно ласковым и терпеливым. По вечерам мы ходили в бильярд, кино и рестораны, то есть проводили время интересно и приятно. А от Алексея Пешехонова, так внезапно появившегося и вновь исчезнувшего, ничего не было слышно. Катрина не говорила мне про него ни слова, а сама я спрашивать не решалась. В итоге почти забыла и о нем, и о нашей случайной встрече. Как-то Рома вызвал меня в свой кабинет и, когда я вошла, сразу развернул в мою сторону монитор компьютера.

— Посмотри, Эмилия, это же верх профессионализма! — искренне восхищался главный редактор, показывая мне фото, подготовленные для верстки.

Картинки и вправду были замечательными: красочные, выразительные и запоминающиеся. На них были изображены холмистые равнины, живописные речные берега, кишащие утками, и мокрый смешной бобер, который сидел на пригорке и держал в лапках сочную зеленую ветку.

— Где это, и кто фотограф? — спросила я.

— Рекламная статья по Карелии, — ответил Роман, — картинки Пешехонов подготовил.

— Вот как, — удивилась я, — он что же, вернулся?

— Давно! Уже тратит свой первый гонорар, — рассмеялся Искандеров.

Я насупилась, сказала Роману, что рада за него и его нового фотографа, и, сославшись на кучу дел, ушла к себе. Меня задело, что Алексей приехал и даже ни разу не зашел ко мне. Хотел ли он просто подогреть мой интерес или же действительно имел ко мне важный разговор, но мне думалось, что в любом случае по возвращении он сразу найдет меня. Оказалось — ничего подобного. Он в Москве, уже точно принят на работу, а я об этом и слыхом не слыхивала. Катрина была права — он бабник. В редакции столько незамужних женщин, что, видимо, ко мне его интерес и вовсе пропал. Теперь я и рада была бы забыть о его существовании, но постоянно слышала от кого-то в офисе фамилию Пешехонов. И, как правило, все говорили о нем с восхищением. Мужчины поражались его таланту и умению развлечь компанию, женщины — великолепным внешним данным. Даже Вадим отзывался о нем с уважением и часто вслух выражал ему благодарность за какое-то быстро провернутое дело. В чем именно Алексей так ему помог, он не распространялся, а мне и неинтересно было. Одно я поняла точно — они подружились. И когда только успели! Хотя Вадим так часто стал пропадать из офиса на долгие часы, что все было возможно.

Однажды в коммерческом отделе я случайно услышала разговор девочек-финансисток.

— Он строил мне глазки! — пищала одна из них.

— Тебе постоянно кажется, что кто-то строит тебе глазки, — с явной неприязнью в голосе ответила другая.

— Что обсуждаем, девочки? — спросила я, кидая на стол счета.

— Обсуждаем героя дня — Алексея Пешехонова, — поведали мне.

— Прямо-таки героя? — усмехнулась я. — Смотрите, не попадите под обаяние его «рокового взгляда».

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 468