электронная
52
печатная A5
263
12+
Чрезвычайные истории — 1

Бесплатный фрагмент - Чрезвычайные истории — 1

Объем:
44 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0051-3299-4
электронная
от 52
печатная A5
от 263

Уехать, чтобы вернуться
Вместо пролога

Он ждет тебя, прощая измены и снисходительно смотря на попытки оправдания. Его любовь не знает границ, его душа открыта каждому. Он со всеми одинаковый, но для каждого разный. Для одних он будет громким и суетящимся, призывающим объять его всего. Для других предстанет робким молодым человеком, пытающимся понравиться. Но, несмотря на изменчивость, он остается верным себе. И тебе он сбережет ту тайну, в которую все влюбляются и безуспешно пытаются разгадать, возвращаясь каждый год к нему. Он молод, он непредсказуем, он один такой. Город, которому больше 300 лет. Город 812.

Она виделась с ним много лет назад, ее тянуло к нему, хотя у них не было никаких связей. Вернувшись, она поняла, что эта любовь останется навсегда в ее сердце, но надо двигаться дальше. Все началось так давно.

1

Решив изменить свою жизнь, она поняла, что, прежде надо попрощаться со старой: вспомнить все хорошее, отпустить обиды и высказать недосказанное. Это возможно, только вновь возвратившись в нему. Она понимала, он всегда ее ждал с момента их первой встречи, и будет ждать. Ему проще, он один такой. А ей будет трудно, потому что придется примириться со своей сущностью, с которой она была в разладе.

Но все же она решилась на это, ведь она хотела идти дальше.

Вдыхая запах любимого города, она наслаждалась тем, как он изменился. Тогда, на первой встрече, он был для нее неприступным, слишком большим и непонятным. Однако она все равно влюбилась в этого сурового северного мужчину.

Он и сейчас был для нее тем неприступным красавцем, но стал более дружелюбным. «Возможно, все-таки жизненный опыт дает о себе знать», — усмехнулась она сама себе.

Наблюдая за прохожими из окна кафе, она подумала: куда все бегут? Знать бы, тоже убежала, чтобы не задумываться ни о чем. В течение многих лет она только и делала, что бежала, редко задумываясь о сути и смысле этого бега, и в конце концов потеряла его.

Теперь, когда она вернулась, чтобы попрощаться, он уже не был для нее таким неприступным. Да, его величие неоспоримо, но в этот раз он словно понимал, что тоже, как и она, потеряет частичку себя. И это словно осадило его.

Спускающиеся сумерки всегда заставляют задуматься о прожитом дне. «Но что мне день, если надо решиться разобраться со всей жизнью», — думала она, наслаждаясь свежесваренным кофе.

Несмотря на то, что она всегда избегала толпу, девушка решилась погулять. Выйдя на Невский и свернув через пару минут на Садовую, она поняла, что к толпе придется привыкнуть. «Зато лето и нет дождя», — повторяла она себе. На приближение к Дворцовой набережной указал легкий ветерок, он взъерошил ей волосы и попытался утянуть за собой. Она этого ждала. Ждала бесконечными ночами, когда засыпала на мокрой от слез подушке. Ждала, когда не было больше сил улыбаться. Ждала, когда невыносимо было ждать. Ей надо было почувствовать этот ветер, пронизывающий, несмотря на лето, но вместе с тем мягкий, чтобы вновь обрести себя. Она до конца не осознавала, почему ей так важно было попасть именно сюда, чтобы разобраться со своим бардаком в голове.

2

— Вы очень задумчивы, — она повернулась и увидела молодого человека, идущего рядом. — Я уже минут десять иду рядом, а вы не замечаете.

— Это противозаконно?

— Нет, это к слову. Еще у вас очень печальный взгляд. Как будто вы прощаетесь с чем-то.

— Возможно.

— Надеюсь, это сделает вас сильнее, и на вашем лице вскоре появится улыбка. Не против, если я составлю вам компанию?

— Если вас не смущает отсутствие постоянного диалога со спутником, то не против.

— В течение того времени, что я с вами иду, мне не хотелось говорить. Я лишь наслаждался вашим присутствием.

— Можно попросить только об одном? Давайте без имен. Я уезжаю завтра вечером. Не вижу смысла в знакомстве, потому что у него не будет продолжения ни в каком виде.

— Согласен. Предлагаю свои услуги гида в родном городе.

Они в полной тишине дошли до Петропавловской крепости. Девушка поняла, что и он влюблен в этот город. От молодого человека веяло спокойствием и уверенностью, чего ей сейчас не хватало. Вечерний город становился все загадочнее: часть домов и скверов скрылась в темноте, дворцы засверкали бриллиантами огней, Нева не сдавалась, проявляя себя отблесками фонарей.

Обогнув Заячий остров и пройдя вдоль Кронверского пролива, они двинулись в сторону Малой Невки.

— На Невский мы всегда успеем вернуться: он никогда не останавливается и не засыпает.

— Скажи, Питер твой родной город?

— Да. Надолго покидал его только во время учебы в Москве. Предлагали даже работу там, как закончил, но долго не протянул: Питер позвал к себе. Я не смог ему отказать.

— Согласна. Этот город или отторгает тебя, или влюбляет в себя на всю оставшуюся жизнь. Иногда даже думаю, что он это делает выборочно. Он как мужчина: завоевывает вначале, а потом ведет себя отстраненно, демонстрируя все свои недостатки в виде сквозняков, дождей и переменчивой погоды.

— Но согласись, что он ведет себя как порядочный человек, — спутник улыбнулся, — не скрывает своих недостатков. Мне нравится его переменчивый характер, в этом есть элемент неожиданности и своего рода приключения: никогда не стоит верить солнцу за окном. Скажи, твои глаза полны слез из-за него?

— В какой-то мере. Он стал для меня важной страницей в жизни, которую я завтра переверну. Несмотря на то, что он был со мной иногда жесток, неприветлив и холоден, я благодарна, он всегда останется в моей жизни.

— Ты любишь его?

— А что такое любовь? Я не знаю. Какое-то время думала, что я когда-то любила, но потом оказалось, что это было заблуждением. Если любовь — это самопожертвование, то я устала делать это в одну сторону, не видя отдачи. Да, какое-то время от принимал меня, окружал лаской и теплом, но временами от него веяло леденящим ветром, который преследовал повсюду.

— Любовь — это умение принимать человека таким, какой он есть.

— Но должна же быть отдача. Зачем вытягивать и продолжать отношения, если они нужны только одному? Зачем идти рядом с человеком, которому ты безразличен, даже если он не безразличен тебе? Зачем врать себе?

— Ты приехала попрощаться?

— Да.

— Стань честной с собой и признайся, что все кончено. Только надо сделать это спокойно, вспоминая лишь самое лучшее и светлое. Смотри, даже Петр указывает, что надо смотреть вдаль, но никак не назад.

Она и не заметила, как они вновь вернулись на Невский. Белые ночи не давали темноте окутать город. Александровский сад встретил их легким шелестом листьев. Она вдыхала ночной воздух, который, несмотря на непрекращающееся движение, все же посвежел.

«Город великого Петра», — думала она, — «почему ты иногда такой надменный и меняешь настроение словно перчатки».

— Ему не надо ничего доказывать, — словно прочитав ее мысли, сказал спутник. — Он сам решает кому быть с ним. Я считаю в этом его загадка. И это надо принять.

Невский уходил вдаль, неспешные прохожие наслаждались прохладой ночи.

— Мы пришли. Отсюда завтра я уеду и навсегда распрощаюсь с ним.

— Не получится. Проходили. Ему нельзя сказать «прощай», ему можно сказать лишь «до свидания», а вот как скоро это произойдет — уже не важно. Отпусти его и он отпустит тебя, навсегда заняв место где-то в глубине твоего сердца. Помни, время не лечит, оно лишь притупляет раны, которые мы тщетно пытаемся скрыть, излечить, не замечать. Но все же эти раны останутся в наших душах навсегда, и надо учиться с ними жить. Нельзя забывать опыт, пусть он и дал трещину в нашей душе. Он поможет быть чуть осторожнее в будущем.

Ночной город. Шуршание шин по мостовой. Отблески остатков дня в темной шумной воде. Еле доносящиеся голоса редких прохожих. Ветер, доносящий звук города. Город, притягивающий и отталкивающий, величественный и «свой», в котором можно потеряться, но не чувствовать себя одиноким, потому что все вокруг одиноки. Город, питающий тебя своей историей, величием, и подпитывающийся от тебя. Принимая его таким как есть, ты становишься его частичкой, но бесконечно важной для него.

Он взял ее ладонь и притянул к своим губам. Затем обнял ее и поцеловал.

— Прощальный поцелуй города, — улыбнулся он. — Никогда тебя не забуду. Спасибо за прекрасный вечер.

— Спасибо, — улыбнулась она сквозь слезы. — Ты навсегда останешься в моем сердце.

— Удачи. Только помни, что я не прощаюсь.

3

Идя к стойке регистрации в аэропорту, у нее не было никаких сомнений. Девушка переворачивала страницу своей жизни. Она надеялась, что эта страница будет такой же насыщенной и интересной. Нет, она и не думала, что в ней не будет разочарований, слез, бессонных ночей, разорванного в клочья сердца. Она лишь хотела немного отдохнуть от всего этого.

В ее глазах не было слез. И она не могла точно сказать, были ли они вчера. Может это он развлекался, пуская по широким проспектам ветер, который не только вызывает озноб, но и проникает глубоко в душу.

Она не прощалась. Она когда-нибудь вернется к этой странице своей жизни, чтобы вспомнить еще раз все приятное, что было с ним.

Между Стамбулом и Венецией

1 «Море»

Ему не надоедало гулять по узким улочкам Стамбула, натыкаясь каждый раз на очередной рынок. Потому что они рано или поздно приводили к Босфору, практически всегда неспокойному: словно он зовет, чтобы ты пришел и успокоил его.

Обычно его утро начиналось с крепкого кофе и только что испеченной гёзлеме, обычно с творогом или овощами. Он не привык есть дома: его распорядок дня, вернее жизни, не позволял держать продукты «про запас». Работа его заключалась в продвижении турецкой продукции, а именно чая, кофе и сладостей.

Ему не нравилось говорить о своей работе, но делал он ее с удовольствием. Прежде всего, потому, что она позволяла ездить по Турции, другим странам, знакомиться с новыми людьми. Однако больше всего Денизу нравилась дорога домой — еще в самолете он готовился к очередной встрече, очередному возвращению в Стамбул, в котором прожил всю свою жизнь.

Этот город напоминал ему дедушку: тот всегда мог найти слова поддержки в любой ситуации. Когда Денизу было тоскливо и грустно, он отправлялся на берега Босфора. Тот, в зависимости от настроения, либо подбодрял мужчину, либо высказывал все, что о нем думает. Но и в этом случае Босфор был сердечным другом, который всегда находит нужные слова.

Позавтракав, Дениз вернулся домой: надо было поработать с бумагами. Эта часть работы всегда его утомляла и к обеду его сморил сон.

Она сидела в кафе и смотрела на синеву моря. Карие глаза, четкие черты лица, мечтательный взгляд. Ветер заигрывал с ее черными волосами, теребил рукав блузки, словно пытался вытянуть на прогулку.

Он понимал, что смотрит на нее, не отрывая глаз, и что это неправильно. Но ничего не мог поделать: что-то в ней притягивало. Девушка не была красавицей с обложки, но ее наивный и открытый взгляд, задержавшаяся на губах улыбка приворожили его.

Он подошел ближе и присел за соседний столик. Дениз считал себя смелым и всегда знакомился с девушкой, если хотел. Но тут что-то удерживало, возможно, он хотел как можно дальше оттянуть тот миг, когда чары неведения развеются, и он будет знать кто она и откуда. В этом было что-то мистическое и загадочное. Незнакомка не вписывалась в пейзаж: он был для нее слишком обыденным: вот пролетела чайка, официант подошел и спросил, что она будет заказывать, рядом двое бизнесменов обсуждают сделку. Она же, по его мнению, заслуживала сказки.

Девушка повернулась к нему и улыбнулась.

— Вы так на меня смотрите, будто я эльф.

— Извините, просто вы слишком красивы для этого места.

— А где мы?

Он огляделся. И правда, где они? «Но это точно не Босфор», — подумал он.

— Возможно, в наших мечтах, — сказала она, улыбнувшись. — Давно хотела узнать, как там.

— Жаль, если это только наше воображение. Я бы хотел видеть вас чаще, и не только в своих грезах. Если не против, могу я сесть за ваш столик?

— Пожалуйста, — она сделала жест руками. — От вас пахнет домашним уютом.

— Кофе и сладости, — сказал Дениз. — Я торгую ими. И у меня есть немного с собой, если хотите.

— Только кофе, пожалуйста, — она склонила голову чуть на бок и улыбнулась.

Он не понимал, что именно привлекает в ней: непосредственность, открытый искренний взгляд, или же иногда чуть детские движения.

— Тебе нравится море? — спросила она и с любопытством уставилась на него.

Первый раз девушка задает вопрос и ждет на него ответ, — подумал Дениз. — Он привык, что девушкам надо лишь задать его, а ответ их не интересует. Если молодой человек задумывался хотя бы на пару секунд, они теряли к нему интерес.

— Да, мне кажется, море дано нам для успокоения души. Мы все рано или поздно становимся каплей, которая становится вскоре его частицей. И очень важной частицей. И таким образом море оберегает нас. И успокаивает наши безнадежно погрязшие в алчности и лицемерии души. И ему, морю, все равно: оно великодушно принимает всех заблудших, которые только в конце своего пути осознают, как они жили.

— Ты тоже станешь каплей?

— Обязательно. По крайней мере, я так хочу. Чтобы до конца дней наслаждаться морем.

Доносившиеся с моря звуки становились все отчетливее и громче. Дениз понял, что это звонок мобильного. Он открыл глаза и вновь очутился в своей маленькой квартирке в центре Стамбула. Голос в трубке сказал, что через два дня ему надо лететь в Венецию на очередную встречу с потенциальным покупателем.

2 «Капля»

Она понимала, что некоторым людям не нравится в Венеции: сырость, запах, гуляющие ветра. Но именно это ее саму так притягивало к вечно двигающемуся городу.

Постоянно гуляющий между узкими улочками ветер, всегда волнующаяся вода в каналах, толпы прохожих создавали ощущение, что город постоянно куда-то движется, спешит. Она же никогда в нем не спешила: каждый раз гуляя, открывала для себя что-то новое, заходила в тупики, которые раньше каким-то образом обходила. Девушке нравилось играть с городом: он направлял ее, запутывал и заставлял отыскивать самые потаенные его места. А ей приходилось потом находить дорогу домой.

Эти бесконечные извивающиеся улочки, разговоры соседей из высунувшихся окон, развешанное белье на веревках между домами показывали ей настоящую самобытную Италию.

Она жила в Венеции около года. И пока не собиралась куда-либо уезжать, разве что на день-два погулять по Флоренции или Риму. Работать дизайнером она могла откуда угодно, чем и воспользовалась, перебравшись в любимое место.

Стояла весна. Переменчивая погода решила осчастливить всех дождем, который начался еще с ночи. Решив отложить прогулку, она забралась в кресло и взяла в руки книгу. Через час книга выпала из рук.

Море всегда притягивало своей сдержанной открытостью. Оно было для нее книгой, смысл которой постигаешь постепенно, наслаждаясь каждой страницей, каждой волной. Они, словно лапы тигра, хватались за песок и пытались выкарабкаться из пучины.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 52
печатная A5
от 263