электронная
143
печатная A5
472
18+
Янтарный чародей

Бесплатный фрагмент - Янтарный чародей

Проза

Объем:
318 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-4201-5
электронная
от 143
печатная A5
от 472

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1

Родион, находясь на морском побережье, познакомился с некой Полиной. Молодая женщина выяснила у Родиона, что он невинный как младенец. Она со смехом предложила ему снять на одну ночь самый дорогой номер отеля. Он не стал возражать. Посчитав в уме, он снял номер на сутки. Стоил он!.. Когда Родион увидел знакомый янтарь в узорах шкафа, он понял, что за это отдал целое состояние, и заскулил как раненый зверь.

Сапожник купил свои сапоги, но Полине об этом он ничего не сказал. А она сказала, что придет к нему на пару часов вечером. Родион в душе весь перевернулся: за два часа отдать столько денег! Снять на сутки! Он взял себя в руки и заказал в номер романтический ужин, за который он бы полмесяца ел!

Родион побрился, постригся в местной парикмахерской и понял, что утром надо уносить ноги из отеля, пока у него есть деньги на дорогу. Потом он решил, что это будет его дебют в любви, а он стоит денег!

Полина явилась в девять часов вечера в черно-белом платье, в черно-белых босоножках на шпильках. В руках у нее ничего не было. Волосы у нее были уложены в длинные спиральки и сверху схвачены черно-белой заколкой.

— Вот это номер! Класс! Хоть посмотрю, за что люди деньги платят!

Она присела на стул, закинула ногу на ногу, нижняя часть платья упала вниз, верхняя осталась по центру ног, и ноги во всей своей красе предстали перед Родионом.

— Отлично, мальчик, но мои два часа для тебя обойдутся…

Родион готов был зажать уши, чтобы не слышать новой денежной цифры, но он ее услышал. В голове появилась мысль: собрать остатки денег, отдать этой всеядной женщине и больше ее никогда не видеть! Но нет, он решил с детством распрощаться сегодня, поэтому достал деньги и отдал Полине.

Ужин уже стоял на столе в столовой: шампанское в серебряном ведре, второе на тарелках под колпаками, фрукты в многоярусной вазе. Родион Полину уже не хотел, он ничего не хотел, у него отшибло все желания, он не привык много тратить денег, он считал финансовые потери и не смотрел на красивую женщину. Полина открыла окно, выглянула на улицу и стала смотреть на море.

А у Родиона появилось желание скинуть ее подальше, чтобы никогда больше не видеть это жадное, по его меркам, создание. Любви в его душе не было, а было вселенское негодование от своей непролазной бедности, можно сказать, нищеты, правильно она его определила при знакомстве.

Он посмотрел на шкаф и улыбнулся шкафу — и… ничего не произошло, шкаф стал богатым, респектабельным и шутить не хотел. Родион посмотрел на часы, но те гордо двигали стрелки и не реагировали на Родиона.

— Полина, садитесь к столу, — выдавил Родион из себя первую любезность.

Она села за стол, подняла металлический колпак с тарелки и стала медленно перебирать столовые приборы. Он открыл неумело шампанское, налил его в фужеры. Она пить отказалась:

— Прости, но я шампанское не пью.

Он опять на нее рассердился, пока еще мысленно, и залпом выпил свой фужер. Она съела виноградинку и подошла к нему, обхватила его сзади двумя руками. Он сквозь злость не ощущал радость от ее прикосновения и просто ел, жевал. Она поцеловала его в щеку. Он непроизвольно дернулся всем телом.

— Что ты ко мне пристаешь?! — закричал Родион неожиданно для себя и для нее.

Она оттолкнула его от себя. Он лег лицом на тарелку. Она вышла из номера, бросив деньги в комнату через свое плечо. Купюры взлетели и упали. Он вздохнул облегченно, собрал деньги, сунул их в карман и решил никогда сюда больше не приезжать. Оставаться в номере ему не хотелось, у него и так был его маленький номер.

Родион вышел на улицу и пошел к морю. Он дошел до скалы и стал смотреть на море. К берегу подплыла обычная шлюпка, в ней сидела обычная девушка с небольшим хвостиком светлых волос. Она затащила шлюпку на песок и подошла к Родиону:

— Парень, ты чего такой скучный, словно пристукнутый? Смотри: звезды, море, скалы. — И она раскрыла руки всему свету.

— Девочка, а ты почему вечером и одна? Не страшно?

— Здесь кто-то есть? Я не вижу! Ты не считаешься. Ты — галлюцинация собственной бездны! Тебя нет!

— Не обижай! Я вот он, весь здесь. Я — нормальный, можешь потрогать.

— Правда, что ли? — она коснулась его руки. — Ты смотри, человек! — Она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку.

— У вас здесь принято в щеку целовать? Девушки подходят и целуют!

— Ты такой белый и пушистый, тебя и целуют, как игрушку.

— Мне много лет. Я взрослый!

— Да? А по тебе не скажешь!

Она тряхнула хвостиком и пошла к отелю.

Он оторвался от скалы и пошел за ней следом. Она остановилась, запрыгала на одной ножке, сказала, что острый камень уколол подошву. Он стал искать острый камень, который уколол ее подошву ног. Она, воспользовавшись моментом, залезла ему на плечи:

— Если ты взрослый, то вези меня до отеля, у меня там дело есть, — она крепко ухватилась руками за его подбородок.

— Почему вы, бабы, такие наглые?! — крикнул он. — Как бы мне отсюда скорей уехать!

— На мне поедешь? — спросила девушка и необыкновенно проворно оказалась лежащей на песке.

— Я понял: ты из цирка шапито! Лазишь по мне туда-сюда! Лягу рядом и никуда не пойду, чтобы тебя на себе не тащить!

Он лег на песок и стал смотреть на море. Она легла на него и стала смотреть в небо.

— Ты ведь не хочешь, чтобы я простудилась, лежа на песке? На тебе теплее.

От возмущения Родион молчал. Она перевернулась на нем и поцеловала в губы:

— Вкусный какой! Можно я еще поцелую не в щеку? — И она впилась в его губы своими губами.

Он осознал, что ему ее наглость нравится, и денег она не просила, он ответил на ее поцелуй неумело, но чувственно.

— Ты смотри! А ты еще и целуешься! — воскликнула девушка. — Пошутили и пошли.

— Требую продолжения поцелуев! — крикнул дурашливо Родион.

— Ты чего? Того? Мне некогда! — И она бегом побежала к боковому входу в гостиницу.

Он побрел в свой маленький номер. Через десять минут к нему постучали.

На пороге стояла Полина.

— Простите, так нехорошо получилось…

— Ничего, все нормально. — И он закрыл перед ее лицом дверь.

Через минуту к нему вновь постучали. Он сделал недовольное лицо и распахнул дверь настежь. На пороге стояла девушка с хвостиком.

— О, я вас нашла! Можно я к вам зайду на минутку? Руки помою и уйду.

— Хоть вся мойтесь.

Она пошла в ванную комнату. Шум воды его убаюкал, он прикрыл глаза, лежа на одноместной постели. Он задремал, а проснулся от того, что на нем кто-то переворачивался.

— Ой, как неудобно на вас спать! — услышал он женский голос.

Он окончательно проснулся, а светлый хвостик волос гладил его лицо. Она на нем лежала. Он резко дернулся в сторону. Она оказалась рядом с ним. Он лежал на боку и держал ее за талию, чтобы она не упала, потом через себя перекинул ее ближе к стене.

— Я вам мячик? Что вы меня пасуете? — спросил удивленный голос.

— Какая же ты наглая!

— Я не наглая, а бедная.

До него стало доходить.

— Циркачка, у меня за сутки оплачен номер, иди за мной. Сможешь в него незаметно проникнуть?

— Без проблем. Сотрудники гостиницы меня не видят, я им примелькалась. Ты не думай, я не такая, я тут работаю, а проще говоря, я мусор выношу.

— Ладно, идем.

Они пришли в номер. Она тут же допила и доела все, что было на столе. Огромная кровать стояла по центру спальни. Он предложил ей лечь на эту кровать, а о себе сказал, что ляжет на диване.

Она легла на роскошное лежбище и уснула почти мгновенно. Он стоял и смотрел на нее, потом лег на диван, не раскрывая его, и уснул.

Он проснулся от свежего потока воздуха. Она стояла у раскрытого окна и смотрела на море. Он замерз и медленно потянул на себя одеяло. Она заметила его движение и легла на него сверху.

Он нисколько не удивился. Уверенный поцелуй скрепил их временный союз. В дверь постучали.

Раздался голос Полины:

— Родион, открой дверь, я к тебе пройду. Тебя нет в своем номере, значит, ты здесь.

— Чего ей тут надо? — зашептала девушка с хвостиком. — Скажи, что ты занят.

— Я ей просто не отвечу, — прошептал Родион.

Полина постояла у дверей и ушла.

— Вот ты какой! По тебе женщины сохнут! — сказала девушка и сбросила одеяло на пол, потом потянула его на лежбище.

Он пошел за ней на постель. Шарики слабо мерцали на спинках кровати. Он лег. Она стала крутиться вокруг него, как волчок, потом положила свой хвостик волос на его грудь и притихла. Он стал медленно гладить ее руками, зарываясь все глубже под ее одежду.

— У меня еще никого не было, — прошептала девушка с хвостиком.

— И у меня никого не было, — прошептал Родион.

Они были первыми и проснулись в обед. Родиону пора было уезжать домой. Они перешли в маленький номер. Он собрал вещи. Она поцеловала его в щеку на прощание и сказала:

— Оставь свой адрес, а то ребенок получится, а его отец об этом не узнает.

Он важно достал свою визитку и отдал девушке. Она выпорхнула из комнаты, потом вернулась и сказала в приоткрытую дверь:

— Меня Раиса зовут.

— А меня Родион.

Она тут же закрыла дверь с той стороны. Он услышал ее шаги по коридору, вскоре они затихли.

Раиса работала на самом плохом месте в гостинице: собирала мусор и выносила его. И именно она после одной ночи в этом номере вышла замуж за столичного парня, у которого она была первой женщиной.

Парень на ней женился, у них родились мальчик и девочка одновременно. У нее семья была очень бедная, а теперь она живет как принцесса. Эта сказка ходила из уст в уста, и люди стояли в очередь, чтобы хоть сутки пожить в мистическом янтарном интерьере, приносящем такую редкую удачу.

На самом деле неважные дела складывались у Раисы: она не могла дозвониться до Родиона. Дома его постоянно не было, а работу он сменил. Его визитка морально устарела. Три месяца беременность развивалась в скрытом варианте, потом стала такой, что ничем нельзя было живот спрятать.

А Родион молчал. Раису дома не то чтобы ругали, а презирали. Хуже было другое: финансовых средств в ее доме хронически не было, деньги ее дом стороной обходили. В гостинице, где Родион жил, она узнала его домашний адрес, на последние деньги купила билет на поезд. Раиса приехала к его дому, чтобы ждать его, пока не появится.

Родион пришел поздно. На скамейке у его подъезда сидела Раиса с большим животом. Он ее с трудом узнал. Да и она его узнала только потому, что впивалась глазами в каждого мужчину, заходящего в подъезд. Код замка она не знала и в подъезд пройти не могла. Родион привел ее к себе домой. Срок у Раисы был серьезный, а живот такой огромный, что Родион его с первой минуты испугался.

Раисе было немного плохо после переезда. Она сразу легла на диван. Теперь уже пришлось бегать Родиону и ухаживать за Раисой. Он не отрицал своего участия в образовании этого гигантского живота. После работы он теперь шел домой. Она и не спрашивала его ни о чем. Был — хорошо, нет — тоже хорошо.

Родион и Раиса были вынуждены расписаться, потому что Раисе требовалось наблюдение врачей, она даже приехала со своей медицинской картой. Родила Рая ближе к лету мальчика и девочку. Весь временный лоск Родиона слетел. Деньги уходили на детей и Раису.

У Родиона двое детей — для его бывшей дамы этот фактор стал определяющим. Они больше не встречались на личном фронте.

На душу Платона, друга Родиона, давил старый грех. Однажды он пришел к Родиону, а увидел у него в доме Раису с двумя детьми. Платон помнил Раису спокойной молодой девушкой без любовного прошлого. Невзрачная внешне, умная в техническом плане, она была для отдыхающих на море своим парнем. Или казалась для всех такой. Она выросла на самом синем море, где отдыхающие расслабляли молодых местных девочек.

Раиса не была исключением. Подвижная, живая девчонка влюбилась в приезжего отдыхающего. Роман был непродолжительным, но крайне опасным для школьницы. В 15 лет она попала в материнские проблемы, после диких слез и трех уколов этой участи она избежала. После пережитого она подошла к зеркалу и попыталась сделать из себя некрасивую девушку. Раиса делала все, чтобы мужчинам не нравиться, но при этом заставила себя хорошо учиться, как бы наперекор судьбе.

После школы Раиса училась в техническом колледже среди парней и не одному не позволила собой увлечься, как будто в ней был противовес всем любовным увлечениям, а летом подрабатывала в гостинице на самой грязной работе.

Так что Платон был у нее первым, а Родион был последним. Она окончила технический колледж и родила пару детей — и вот встретила своего первого мужчину в доме последнего своего мужчины. Вечером на новенькой отремонтированной кухне сидели два затравленных прошлым человека: Платон и Раиса. Они словно впервые увидели друг друга, да они случайно встретились.

— Платон, что произошло? Почему ты так со мной поступил?

— Раиса, я был глупец! Я испугался, что тебе не было 18 лет, и уехал, я боялся, что ты подашь на меня в суд! Я скрывался от себя и от тебя!

— Ты умный!

— Ты так думаешь?

— Я всегда о тебе думала хорошо.

— Я плохой человек!

— Не занимайся самоуничтожением, вредно.

— Не буду, но я чуть тебя и себя не убил! Из-за одной неудачной любви.

— И почему? Бредишь. Иди спать.

— Раиса, ты права. А знаешь, ты сегодня очень красивая!

— В кои-то веки заметил меня! А я давно здесь живу, и до этого училась.

— Прости, но я тебя в этом городе не видел, конечно, я тебя знаю, но не присматривался к тебе, боялся думать о тебе.

— Да и я тебя особо не вспоминала.

— Выпьем за знакомство!

— Нормально! Давно знакомые, а теперь выпьем за знакомство! Выпьем! — сказала Раиса, достала из холодильника начатую бутылку вина и сняла фужеры с полки. — Чем закусим?

— Чем бог послал. У меня есть коробка конфет и кусок сыра в дипломате.

— Годится, а завтра я приготовлю банкет на троих, если не возражаешь.

— Готовь, если Родион не возмутится.

Два человека сидели на кухне — пили вино. Родиона не было дома. Платон протянул руку к Раисе, но она свою руку стремительно убрала.

— Платон, банкет завтра, а сейчас иди спать домой, — сказала она и закрыла дверь за гостем.

Платон пошел домой спать и уснул, как провалился.

На следующий день к Раисе опять приехал Платон. На банкете сидели два человека с различной совестью. Платон приехал к Раисе за прощанием, а для большей убедительности он оставил деньги для малышей. Она взяла деньги и поехала в универмаг посмотреть для себя новый магнит для мужчин — в чем он будет выражаться, она еще не осознавала.

Ряд зеркальных прилавков с косметикой притягивал ее, она прошла взглядом по косметике, дошла до последнего прилавка — здесь цены были значительно ниже, чем на первом. Раиса взяла полный комплект косметики для лица, для ногтей, немного успокоилась.

В большом торговом зале народу было сравнительно немного, народ предпочитал ходить на рынок, но зимним вечером путь есть один — магазин, теплый, освещенный.

Сумочки, сапожки, костюмчики…

Раиса осмотрела все, что есть, но одежда была для нее дорогая. Взгляд ее упал на вход в полуподвальный этаж универмага. Она спустилась по новым мраморным ступенькам. Огромный зал необыкновенной красоты сиял перед ее глазами. На дорогих столах стояла дорогая посуда, из пустой посуды ели дорогие, упитанные стулья. Раиса как заколдованная шла внутрь помещения.

Внушительные широкие кровати притягивали к себе дорогим постельным бельем, цены для нее были запредельные. Она повернулась к выходу. Перед ней стоял упитанный мужчина, небрежно одетый.

Мужчина усмехнулся, глядя на робкую девушку, и уверенно взял в руки дорогое покрывало. Раиса пошла быстро к выходу, но задержалась у витрины с мочалками, даже они здесь были необыкновенно хорошие и дорогие. Она выбрала зубную щетку по бешеной цене. Мимо нее уверенно прошел упитанный мужчина с двумя хорошо упакованными пакетами. Раиса выписала зубную щетку. В это время у кассы на выходе произошла заминка, прозвучал резкий крик, топот ног.

Она увидела, что кассир, держась за голову, упала за свой стол за кассой. Мужчина с двумя пакетами убегал по мраморным лестницам. К кассе подбежала продавщица из зала, она нажала на кнопку тревоги. Раисе продавщица сказала, чтобы она не уходила. Мужчина убежал из магазина. Раиса посмотрела на орудие нападения: это была подставка для какого-то экрана. Она и раньше их видела, такие подставки с экраном, стоят в дорогих магазинах, а для чего, она не знала.

Прибыла группа милиционеров, Раису опросили как свидетельницу, она запомнила того, кто был в штатском и назвался Мусиным. Симпатичный такой мужчина. Его визитка легла в ее ладошку вместе с чеком на зубную щетку. Раиса и детектив Мусин познакомились.

Мусин всегда работал там, где была работа. Раиса стала его временным партнером. Он по ее описанию составил портрет некоего мужчины, но его не нашли по горячим следам, а та кассирша выздоровела. Мужчина ударил ее вскользь, не смертельно.

Раиса и Родион оказались в квартире, в которой царили заросли травянистых растений. Цветущих растений не было, но все пространство было обвито зеленой листвой.

— Ничего себе! — вскричал удивленный Родион. — А здесь кровать есть?

— А надо? — усмехнулась Раиса. — Сюда, кроме меня, никто не приходит.

— Радует, — усмехнулся Родион, наклоняясь под вездесущей листвой, пытаясь обойти квартиру. Он нашел лежбище одинокой женщины, размеры лежанки были так малы, что Родиону они не подходили ни вдоль, ни поперек.

— Слушай, как ты на этом спишь? Здесь можно только сидеть! — возмутился Родион.

— Купи, — смиренно сказала Раиса, уходя в спасательную кухню.

Родион хотел пройти за женщиной на кухню, но запутался в лианах, опутывающих все пространство под потолком.

— Раиса, у людей потолки натяжные, а у тебя травяные! Можно я оборву листву? Пройти невозможно!

Он сел на пол, но неудачно — на полу стоял поддон с маленькими кактусами.

Дикий рев разнесся по квартире.

Раиса включила вентилятор, и все скопление растений зашевелилось и задвигалось.

— Я понял, у тебя растения — твои охранники! — прокричал Родион, снимая джинсы с иголками от мелких кактусов.

— Прекрасно, что ты понял, можешь идти домой после того, как джинсы наденешь.

А что останется для Платона? Он пришел к ним в гости.

— Родион, у тебя талант! Отдай деньги Раисе. Няньку найми да попробуй найти еще что-нибудь такое, сам знаешь что, — сказал ему отец детей.

— Мне надо отдохнуть, с детьми посидеть, потом поеду. Привык я к своим карапузикам.

Глава 2

Поздняя осень радовала простором, который появился благодаря отсутствующей листве на деревьях. Стволы деревьев темнели на фоне земли, покрытой жухлой листвой. Рядом с домами листву благополучно собирали и увозили. Но в лесу листва оставалась лежать там, где упала. Анфиса посмотрела за окно и ничего, кроме серого неба, не увидела. В это время в офис зашла женщина по имени Анна Андреевна и предложила путевки в Янтарную страну.

— Отлично. Я поеду, — сказала Анфиса распространительнице путевок в зарубежье.

— А я не поеду, — медленно проговорил красавец Родион.

Анфиса онемела от негодования. Она хотела ехать с ним! Она уже отпросилась с работы, а он ее подставил! Но она промолчала и отошла в сторону. Родион пошел и сел на свое рабочее место, в сторону нее он не смотрел.

В комнату заглянула девушка по имени Полина, она посмотрела в сторону стола начальника и спросила:

— А где Родион?

— Многие стремились к нему, — ответил ей умудренный жизнью Степан Степанович, вертя в руках желтый карандаш НВ.

— Как Вас понимать? — возмущенно спросила девушка.

— А так и понимайте, молодая леди, к нему всегда стоит очередь из женщин. Он Вас слышит, но не видит, — ответил он девушке и медленно повернул голову в сторону Родиона. — Родион, ты что, не слышишь? К тебе дама пришла, очередная твоя поклонница.

— Слышу, но я занят.

— Труженик ты наш. Девушка, Вы слышали ответ? Тот, кто занят, тот Вас не ждет.

— Я поняла. Вероятно, я ошиблась комнатой.

— Бывает, — проворчал Степан Степанович и уткнулся в чертеж, который проверял без всякого удовольствия, но с большим знанием дела. Он был очень способным человеком.

На обед в кафе Анфиса пошла одна, в сторону Родиона она не смотрела.

Он сам подошел к ней с подносом в руках:

— Анфиса, я не могу с тобой поехать! Понимаешь, не могу!

— Не можешь — так не можешь, а я поеду. Я никогда не была на берегу Янтарного моря. Меня Степан Степанович уже отпустил.

— Прости, но ты поедешь без меня, — сказал Родион и удалился, унося свой обед на другой стол.

В вагоне поезда сидела группа туристов, ехавшая на экскурсию к Янтарному морю. В группе было 28 женщин и два мужчины. Один мужчина ехал с женой, второй мужчина был свободен. Анфиса посмотрела на контингент и спокойно достала книгу. Единственный свободный мужчина из 28 женщин безошибочно выбрал ее! Он просто сел рядом с девушкой, читающей в вагоне книгу, в то время как остальные представительницы туристической группы тихо переговаривались между собой.

Анфиса посмотрела на мужчину невидящим взглядом, словно смотрела сквозь него, перед ее глазами была диадема из янтаря. Кому чего, а ей хотелось золотистую диадему, пронизанную солнцем сквозь янтарь.

— Девушка, можно я сяду рядом с Вами? — спросил молодой человек.

Она мельком взглянула на очень короткие волосы над молодым лицом и пододвинулась к окну. До окна оставалось одно посадочное место. Минут через пять рядом проехал грузовой состав, из которого вылетел камень. Этот камень на большой скорости врезался в окно рядом с Анфисой. Стекло рассыпалось на мелкое крошево и осыпало ее с ног до головы. Она встала, и с ее головы посыпался стеклянный дождь.

Люди заохали.

— Получила я стеклянную диадему, — сказала Анфиса, ни к кому не обращаясь.

— Простите, я не хотел Вас подвигать к окну, все случайно получилось, — быстро проговорил молодой человек.

Плацкартный вагон как единый зал, в нем всем все интересно. Анфиса быстро стала личностью номер один, оказывается, и без конкурса красоты можно достичь некой популярности. Стекло с пола вымела проводница обычным веником. Остатки стекла оставались в деревянной раме вагона. Свежий ветер гулял по вагону. Проводница принесла липкую пленку и залепила отверстие в стекле, пробитое куском твердой породы.

Молодой человек, увенчанный короткой стрижкой, сказал, что его зовут Самсон. Имя заинтриговало. Анфиса перестала на него сердиться, словно он был виноват в том, что стекло разбилось. И только тут она заметила галстук на его шее, на котором был изображен конь. Галстук ему подходил во всех отношениях: Самсон был весь холеный и лоснящийся, как породистый конь. От него исходил отличный запах мужского одеколона, очень тонкого, излучающего свежесть своих компонентов.

Анфиса не думала о том, в каком вагоне ее повезут в Янтарную столицу со старого голубоватого вокзала с башенками. Она почти всегда ездила в купе, а тут собрался веселый табор экскурсантов в плацкартном вагоне. Самсон создал вокруг Анфисы свое поле, которое опекал. С ним было уютно и вкусно. Он угощал ее теми продуктами, которые взял себе в дорогу. У нее ничего, кроме бутербродов из белого нарезного батона с маслом и сыром, не было — это сухой дорожный паек.

Проводница принесла чай в стеклянных стаканах с подстаканниками времен далеких, рядом положила сахар в маленьких брикетах. Дома Анфиса чай с сахаром никогда не пила, но в вагоне вкус менялся, здесь хотелось того, чего нельзя. Мягкие нежные руки молодого человека порхали рядом, они словно клеились к девушке своими клеточками, и это ей начинало нравиться. Вскоре он ушел и пришел в симпатичном спортивном костюме, держа в руках плитку шоколада с орешками. Она ему улыбнулась и отложила в сторону книгу.

За окном темнело. Новая парочка вышла в тамбур — единственное место в вагоне без глаз и ушей. Хотя какие у них могли быть секреты от окружающих? Как оказалось, на данный момент времени они оба были свободными людьми, не обремененными семьями.

Анфиса была девушкой среднего мужского роста, со светлыми волосами, с серыми глазами. Самсон был чуть выше ростом, он обладал правильными чертами лица, большими карими глазами. Он казался стеснительным молодым человеком и очень даже обаятельным. Нет, она никогда не мечтала о таком поклоннике, хотя понимала, что годы идут. Анфиса хотела окончить институт и окончила его. Конечно, она еще была свободной девушкой, если не считать романтической связи с Родионом, который везде успевал: и дома, и на работе. Он был такой человек, на которого никто не обижался и все считали за счастье общаться с ним — любимцем дам всех модификаций.

Янтарная столица пленила экскурсантов маленькими улочками, очень известными по фильмам и поэтому до боли знакомыми. Янтарь был во многих магазинах, Анфиса смотрела на него, но не понимала, что ей нужно от этого янтаря. Понятно, что янтарную диадему, но какую? Бусы из янтаря лежали на прилавках магазинов солнечной россыпью, они были мило обработаны и подобраны по величине.

На автобусе экскурсантов повезли в менее известный город с маленькими историческими домами и одним анекдотом, что семья в стране состоит из трех личностей: он, она и собака. Такой состав семьи вполне устраивал Самсона, он и рассказал этот анекдот. Странное чувство стадности в покупках довело Анфису до того, что денег на янтарь не осталось. Но о своем желании Самсону она не рассказывала, янтарная диадема — ее мысленная мечта.

В музее моряков и рыбаков удивили тем, что моряки больше получали денег от привоза товаров в виде интересных бутылок с портвейном, чем от ловли рыбы. А дома у рыбаков были вполне приличные, между прочим. Янтарное море произвело на всех должное впечатление своим прохладным дыханием. Самсон так и ходил рядом с Анфисой, они простились только на вокзале…

Вместо янтарной диадемы она привезла домой портвейн в красивой бутылке, которая ей нравилась больше содержимого. Почему Самсона нельзя считать янтарной диадемой? То и другое достается победителю. И, наконец, у Анфисы появился друг по путешествию.

Отец Самсона, Антон Сидорович, с некоторых пор работал директором фирмы «Мистические обстоятельства». Раньше Анфиса директора видела только издалека, а теперь она попала в обеспеченную среду обитания. Матерью Самсона оказалась прекрасная женщина с огромным конским хвостом собственных волос, Анна Андреевна. Тактичная женщина обволокла Анфису природным обаянием.

Анфиса почувствовала, что попала в крепкие сети и ей просто так не вырваться из их новой среды. Ее поймали, словно рыбу в море. Да и вырываться из мягких, вкрадчивых объятий Самсона не хотелось.

Сотрудники спокойно выслушали рассказ Анфисы о поездке и женихе.

— А я что говорил?! — спросил или сказал Степан Степанович.

— Нам надо было поспорить на их свадьбу, — отозвался Родион.

— Вы о чем? — спросила Анфиса.

— О тебе, — ответил Родион.

— Так, подробнее, если можно.

— А чего говорить? Экскурсовод выполняла задачу платной свахи. Тебя, Анфиса, высчитали и решили, что ты подойдешь сыну нового директора фирмы. Ты теперь работаешь в фирме отца своего жениха. С новым директором ты не знакомилась, по штату тебе это не положено. А директор про тебя узнал, спросил у нас грешных, да и послал со своим сыном на экскурсию, — объяснил Родион обстоятельства дела.

— Отлично, а кто в меня камень запустил?

— Случайность, — грустно отозвался Родион.

Анфиса жила в однокомнатной квартире в панельном доме. У Самсона была четырехкомнатная квартира в дворянском гнезде — так называли группу кирпичных башен. Самсон и Анфиса купили маленького щенка, создав прообраз семьи из его любимого анекдота.

Квартиру родителей Самсона разменяли на две двухкомнатные квартиры, но… Самсон отказался прописывать Анфису в квартире. К его родителям дорога ей была закрыта. Она вернулась в однокомнатную квартиру и вышла на работу, с которой ее еще не увольняли. Мимолетное гражданское замужество Анфисы было выгодно одному человеку — Самсону. Он под предлогом женитьбы отхватил двухкомнатную квартиру у родителей. Хорошо, что они так и не расписались официально!

Родион и Степан Степанович радостными криками встретили Анфису и промолчали в ответ на ее рассказ о последнем переселении, это уже не их ума дело. Они — люди тактичные.

Полина, кузина Анфисы, узнав о промахе в замужестве Анфисы, пришла в квартиру Самсона. Он одиноко сидел на кожаном черном диване, перед ним стоял черный столик, и смотрел он в черный телевизор. Самсон был в своей черной стихии предметов, ей ли этого не знать!

— Привет, Самсон! Со свободой тебя! — воскликнула Полина, снимая норковую шубку.

— Привет, Полина! Я рад видеть тебя в моих пенатах, — ответил Самсон. — О, мой любимый мех появился!

— А почему ты не купил шубу невесте?

— Незачем баловать Анфису и выращивать из нее баловня судьбы.

— Держишь Анфису в ежовых рукавицах.

— Не твоя ее судьба, а мою совесть ты не потревожишь.

— Понятно, без тебя не обошлось в жизни Анфисы. На вид ты такой мягкий да ласковый, как эта норковая шуба, да не тобою она куплена!

В своей квартире Анна Андреевна взяла в руки издававший трели сотовый телефон:

— Степан Степанович, это ты опять? Просила тебя к нам домой не звонить!

— Анна Андреевна, объясни, почему вы Анфису домой отправили?

— Не лезь в наши дела, это не нашего с тобой ума дело.

— Политика такая у твоего благоверного?

— Не сыпь соль на рану, и так больно и тревожно. Меня в это дело не пускают, сама по Анфисе и Самсону скучаю.

— Анна Андреевна, я скучаю без тебя. Встретимся?

— Зачем? Все быльем поросло.

— На работу бы вышла, чего дома сидишь?

— С несостоявшейся невесткой в одном подразделении работать?

— А что такого?

— Ладно, без меня обойдетесь.

Антон Сидорович вызвал Полину к себе в кабинет.

— Полина, ты зачем к Самсону ходила?

— А Вам уже сообщили? Я только хотела ему сказать, что он сурово обошелся с Анфисой.

— Ты куда лезешь не в свое дело? Зашла бы в кабинет Самсона на работе, а ты к нему домой пришла. А насчет их жизни — не лезь ты к ним с советами. Все под контролем.

— Суровый у Вас контроль.

— А теперь по делу… Ты хорошо знаешь английский язык? Насколько мне известно, ты занималась на курсах английского языка.

— Давно это было.

— Недавно. Есть предложение нам с тобой поехать в Морскую страну.

— А как на это Ваша жена, Анна Андреевна, прореагирует?

— Ты поедешь в командировку со мной, и это называется работа, — назидательно ответил Антон Сидорович.

— Понятно, работа есть работа, я поеду, — покорно согласилась Полина.

Морская страна находилась в двадцати минутах езды от фирмы и оказалась обычным санаторием, где Полина и Антон Сидорович прожили неделю своей командировки. Через неделю в тот же санаторий приехали Степан Степанович и Анна Андреевна.

Две пары встретились на обеде за одним столом. Тактичность высшей степени проявили все четверо, никто никому не сказал ни слова упрека, после обеда разошлись в том составе, в каком приехали, по своим номерам.

К ужину Полина и Антон Сидорович покинули санаторий.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 143
печатная A5
от 472