электронная
100
печатная A5
538
16+
Бубен из кожи дракона

Бесплатный фрагмент - Бубен из кожи дракона

Фантастические приключения

Объем:
400 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4490-6269-7
электронная
от 100
печатная A5
от 538

НЕ ХОДИ НА ПЛОХИЕ БОЛОТА В ПОЛНОЛУНИЕ, ИНАЧЕ ВМЕСТО РЫБАЛКИ ТЫ МОЖЕШЬ ПОПАСТЬ ТУДА, ГДЕ ДОБЫЧЕЙ БУДЕШЬ ТЫ САМ. И ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ МНОГО УБЕГАТЬ И ПРЯТАТЬСЯ — ОТ ЧУДОВИЩНЫХ ХИЩНИКОВ, ОТ ДРЕВНИХ РОБОТОВ, ОТ РАЗУМНЫХ НАСЕКОМЫХ-ТЕЛЕПАТОВ. НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО, ЕСЛИ НЕ ЖАЖДЕШЬ НОВЫХ ОТКРЫТИЙ И ПРИКЛЮЧЕНИЙ. А ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ НОВИЗНЫ — МИЛОСТИ ПРОСИМ И ТОГДА ТЕБЕ ГАРАНТИРОВАННЫ НЕОЖИДАННЫЕ ПОВОРОТЫ СУДЬБЫ, И МНОЖЕСТВО НЕ ВСЕГДА ПРИЯТНЫХ СЮРПРИЗОВ…

Глава №1

Северная легенда

Его звали Геонка Григорий. Был он коренным жителем, но половина коренного северного народа имело русские имена, а иногда и фамилии. Был он смуглокожий, лицо вытянутое, волосы на голове черные и курчавые.

Гриша шел по пыльной дороге, стояло жаркое лето, воздух колыхался над прогретой землей. Но не лето и жара сейчас занимала его голову…

Мыслями он был далеко, в своем диком, необузданном и необыкновенно счастливом детстве. Тогда сказки были в шаге от него, леший жил в лесу, в реках плескались русалки, а в небе парил огнедышащий дракон. Тогда-то, в один из морозных дней он, вместе со стайкой своих закадычных друзей прибежал к шаману Орхойону, чтобы послушать его рассказы о древней легенде, которая позднее станет явью, кардинально изменив его жизнь и его же место в ней.

Свирепо выла метель. Недавно выпавший снег пуржит в тайге, закрывая небо. Трудно путнику и зверю в такой день. Снег залепляет нос, лезет в глаза, глушит крик. Тогда одно спасение — снеговое жилище иглу, только оно может спасти жизнь путника.

Голос старика-шамана то срывался на крик, то переходил на шепот. Дети и взрослые, чуть дыша, слушали древнее предание о том, как удачливый охотник Белый Волк подранил диковинного зверя и идя по его кровавому следу нашел страну демонов, страну вечного лета и ужасных тайн. Вернулся оттуда Белый Волк совсем седой, оттуда и его прозвище. Но лицом он почернел от загара, как будто не зимний месяц январь был на дворе, а лето красное. Принес он с собой чудесные лекарственные растения, голову и крыло летающего демона, закопченные дымом костра, громадные яйца неведомых птиц, а так же плоды и ягоды, грибы.

— Зимой?! Где это видано, чтобы среди зимы собирали грибы и ягоды? А еще привез на нартах и шкуру демона, которая была похожа на кожу змеи, но много толще и в крупной чешуе и много других загадочных и таинственных вещей.

В ту пору шаманом был Большой Морж, человек хитрый и жадный. Не смог он пережить того, что простой охотник сходил и вернулся оттуда, где не всякий шаман бывал. Почувствовал он угрозу охлаждения интереса к своей персоне. Запряг собак в нарты и уехал по следам Белого Волка, в ту сторону, где солнце садится за сопки. Пробрался в страну демонов, да демоны не дали ему даров и самого не отпустили. Так и остался жадный Большой Морж на земле демонов, а Белый Волк стал новым шаманом, мудрым и справедливым.

А когда пришла пора шаману переходить к предкам, передал он свои тайны своему преемнику, новому шаману и так его тайна сохранялась из поколения в поколение.

Глаза детей горели от восторга, как осколки ледника под луной, лица стариков светились мудростью и грустью, тоской по тому времени, когда все было лучше: солнце светило ярче, мясо было вкуснее, а олени были крупнее. И только глаза молодежи блестели весельем и радостью к жизни. Мало кто из них верил в эти старые сказки, новая жизнь радовала их больше, со своими новыми технологиями и возможностями, веселыми развлечениями. Не олени в упряжке были пределом их мечтаний, а мощный снегоход, летящий быстрее птицы по снежной равнине. Не охота капканами, петлями и ловушками на зверя интересовала их, а охота с оптической винтовкой считалась престижней всего.

Руки шамана, перевитые жгутами вен, взяли бубен, ударили по нему раз, другой и он запел:

Свирепо дул в ночи буран, скрывая зверя след

И плелся по снегу баран, за ним охотник вслед.

Откуда взялся этот зверь, крученые рога,

Большая грудь, копытный след, усталые глаза.

В боку стрела, пятнает снег кровавая слеза.

Откуда взялся этот зверь, узнаем ли когда?

Но след теряется в реке, смывает кровь вода.

Река — зимой? Туман стеной! И дождь летит в глаза.

Собаки дальше не идут, пришлось оставить здесь,

А сам пошел ему вослед, казалось это бред.

Но лес стоит вокруг стеной, в траве лежит баран,

Над ним стоит дракон большой, погиб баран от ран.

Метнул в него свое копье и расчехлил свой нож,

И глядя прямо на врага, уняв в коленях дрожь,

Пошел он прямо на него, пронзив дракону бронь.

Хоть ты дракон, но не свое когтями ты не тронь!

Был бой, дракон сражен, и дивится боец:

Живут иные звери тут, тут не живет песец,

Оленей нет, не видно сов, драконы тут живут.

Трава, деревья и тепло, но птицы не поют!

Нашел заветную страну, и весть своим несет

Кому понравится жить тут, тот пусть здесь и живет!

Привез чудесные дары, поднялся шум и гам.

Шаманом стал, и каждый знал,

что Белый Волк был там.

Но не нашлось средь нас отчаянных голов,

Кто жить и биться был с драконами готов.

И так со временем забылся, тот путь в страну легенд.

Скажу одно, что говорят, открыться путь готов

Ищите дети этот мир, и тот, кто вход найдет

В легендах наших, его имя, вечно пусть живет!

Голос его был старческий, сухой и надтреснутый, но пел он так, что даже глаза молодых скептиков загорелись интересом. В его голосе слышался свист ветра, шорох и скрип деревьев, пение птиц и крик зверя. Только слов песен различали не многие, т.к. язык предков, на котором они разговаривали со своими богами, был знаком только старикам, а молодежь уже мало интересовалась обычаями своих предков.

Забыли они и своих богов, которые с немым укором взирали на своих детей, непонятно по какой причине покинувших их. Но все еще сильны были боги, они смогли закрыть своим неразумным детям путь в загадочную страну, а ключ от нее забросили в вязкие топи, чтобы никому не было до нее ходу. А кто в силах противиться воле богов?

Глава №2

Лучший друг

Вот уже третьи сутки гудел дом у молодого шамана Гришки. Все политические, глобальные вопросы уже прояснены. Причины потепления выяснены, а птичий грипп вылечен. Гости потихоньку расходились, кряхтя и постанывая, только один не торопился уходить. Крупноголовый, коренастый, он совсем распалился от спора. До хрипоты посадив голос, Федор Шлепков отстаивал свое мнение. Ни на минуту не прекращая болтать, он закрутил из газеты трубку длиной сантиметров двадцать пять, основательно набив ее табаком. Спор шел о легендарной стране демонов, о ее реальном существовании. Гриша убеждал что она существует, приводя в доказательство то, что в болоте у Лысой горы водились гигантские змеи, а охотник Васька видел зверя, похожего на крупного крокодила.

— Да твой Васька, — парировал Федор, — как напьется своего самогона, так ему и бабка-ежка с лешим привидится. Я трезвым его только в детстве видел, да и то наверное показалось.

— А древний бубен из кожи чудовища, весь в крупной, кожистой чешуе, похожий на очень толстую кожу змеи, — пытался доказать свою правоту Гриша, я сам лично видел его у старого шамана Варушты, да много кто видел!

Федор достал зажигалку, раскурил свою сигару и пустил дым на Гришку.

— А где твой бубен? Покажи, может, и я поверю! Ты мне еще про грибы и ягоды расскажи, как будто, в погребе, во льду нельзя сохранить. Я так в холодильнике делаю, а ведь ты знаешь, что раньше лед в погребах укладывали, вот тебе и холодильник! Собрал летом, положил в ледник, а зимой принес: нате вам чудо! И вот еще что, раз есть проход в другой мир, пространство или время, то почему прошло, допустим, пара-тройка крупных зверей — змеи, крокодилы. А где разная мелочь, рыба древних форм, насекомые, растения. А ведь насекомых там должно быть множество, а где прошел один крупный зверь, там мелочь пролезет тысячами, а где она? Покажи мне живого трилобита или гигантскую стрекозу — меганевру, и я поверю. Я же геолог, Гриша, и историю земли знаю назубок! Нет никакого прохода в прошлое. Легенды, сказки, предания старины глубокой. Такой глубокой, что из ее темных глубин, выглядывают только чумазые лица твоих жуликоватых родственников-шаманов, которые обманывали свою родню, зарабатывая на кусок мяса.

Наклонив широкий лоб, вперив пьяный взгляд в лицо Гриши, он решил окончательно добить своего оппонента:

— Правильно я говорю — «шаман» Гришка? Да какой ты шаман?

Слышал я, что прогнал тебя старый шаман за твое пьянство, обман или там еще за что-то. Может ты его бубен пропил, старый пройдоха? Все знают, что и твое лечение — одно издевательство! Как ты старую Марфу лечил от кашля настоем из лягушек, ее бедную так пронесло, что она и кашлянуть боялась. А потом хихикал еще, вот де здорово от кашля излечил и не кашляет вовсе.

Да и все твое лечение — одно шарлатанство. Так что, запросто может, что и крокодилом ты был, прицепил что-то сзади, надел чемодан на голову и выл там, в болоте, ночами напролет. Нету тебе веры и доверия! Так что, как там в песне поется: «даром преподаватели, время со мною тратили, даром со мною мучился самый искусный маг».

Допеть веселую песенку, Федьке, великий маг и волшебник не дал, пытаясь заткнуть вредную песню, прямо в месте ее возникновения, т.е. в горле ее пьяного исполнителя. С протяжным шипением Гришка выдохнул через зубы и кинулся на противника. Федька, уворачиваясь от него, продолжал свою песню, давясь от хохота. Схватившись за грудки, поединщики повалились на землю. Уворачиваясь от худых, длинных рук шамана, Федька умудрялся противным голосом петь песню, в промежутках громко хихикая.

Поняв всю горечь своего поражения, Гришка резко оторвался от своего противника, встал, выпрямившись во весь рост. Губы его обиженно кривились, козлиная бороденка гордо вздернутая, мелко подергивалась.

— Все, хватит гулять, по домам Федян! Спать я пошел! — и развернувшись, пошел в спальню.

Да, день удался, — думал Федька. — И выпить удалось, и над Гришкой посмеяться. И все-таки, немного жаль этого пройдоху. И повернувшись к его спальне, громко сказал:

— Ты это, Гриша, не обижайся, пошутил я.

В принципе, на него было наплевать, переживет, но вот завтра похмеляться опять куда? Опять к нему, родимому, так что не будем горячиться и рубить курицу, несущую золотые яйца.

— Пока, Гриша.

Выйдя на улицу, Федор пошел до дома, скользя по грязи короткими ногами. Непонятно как, на автопилоте добрался до своего двора, и не слушая ворчания жены, упал на кровать прямо в одежде и сразу же отключился.

Глава №3

ПОТЕРЯ БУБНА

Проснулся он поздно, жена уже ушла на работу, детей в доме не было. Наверное, на улице играют, подумал он. Сильно болела голова и, превозмогая боль, попытался заснуть снова, но какой-то шум вырвал его из исцеляющих объятий морфея. Кто-то кричал, стучал в дверь, пиная ее ногами.

Федор еле разлепил глаза. Волосы на его голове, все до единого стояли дыбом, глаза красные, усы растрепались как веники, во рту сухость, а запах…

Запах сплетен и новостей, пробурчал себе под нос Федька, вспомнив назойливую рекламу. Голова болела, тупо отдавая в затылок и в виски, в животе что-то бурчало, просясь наружу. Да, ничего погулял, побрал бы черт эту водку! До сих пор в ушах стоит крик Гриньки, всю ночь зараза снился, спать мешал.

Снилось что пошел он рыбачить на плохие болота, вдруг как вынырнет из воды анаконда и за ним. И ползет сволочь, а потом как заорет Гришкиным голосом — «отдай мой бубен»! — Вот паразит привязался!

А крик все также стоял в ушах, голос его требовал бубен, кричал, стучал, умолял.

А может анаконда не приснилась? Осторожно спустив ноги на холодный пол, быстро дошлепал до окна. С опаской отодвинув край цветастой занавески, и выглянул в уголок окошка. Там стоял его друг и собутыльник Гришаня, в белой майке, порванной вчера на пузе, сквозь которую выглядывал шаманский пупок, в спортивках с коленями пузырями, и в шлепках. Внешний вид и техническое состояние здоровья Гриши было на том же уровне, что и у него. Развернувшись спиной к двери, он начал с остервенением лягать дверь ногой, завывая страшным голосом: «отдай, отдай бубен».

Подожди, сейчас открою, получишь ты в свой бубен, закричал Федор. Открыв засов, он отошел вбок, пропустив гостя. На того было страшно глядеть, глаза красные и опухшие бегали с место на место, оглядывая всю комнату.

— Где, где я спрашиваю, ты его прячешь, сволочь? Я к тебе как к другу, пригласил, напоил — накормил, а ты отблагодарил, еще и бубен украл. Вор!

— Какой бубен? Ты что, Гришаня! Зачем мне твои игрушки — погремушки!

— Ты взял! Бубен, мой бубен, тот, древний. Мне его шаман перед смертью дал. Отдай, я тебе водки, денег дам. Верни! Отдай, пожалуйста. Он и правда тебе не нужен. А мне… Я без него не могу. Нужен он мне очень сильно. А хочешь ружье мое отдам, я знаю, оно тебе нравится, и патронов дам. Отдай Федька бубен.

На Гришу было жалко смотреть, слезы текли по его худому лицу, даже козлиная бородка и та намокла.

Давненько я его таким не видел, подумал Федька. В другое время мог бы он и поиздеваться, помучить друга, но сейчас не тот случай. Тут деликатность нужна, а то, так всех друзей порастерять можно. И так из-за моего веселого нрава и любви к шуткам, мало их у меня осталось, а новые что- то не появляются. Видать с возрастом труднее друзей находить. Товарищей по пьянке, — сколько угодно, а вот друзей — нет.

— Не брал я Гришаня, правда, не брал. И ружье мне твое не нужно, я тебе и так помогу. Давай сначала у тебя дома поищем? Да и про какой ты старый бубен говоришь, я его и в глаза не видел. Неужели он и вправду существует, бубен из чешуистой кожи чудовища. Тогда в двойне интересно его увидеть, подожди, сейчас я оденусь.

Быстро накинув одежду, хозяин дома вышел к гостю.

— Извини, Гриша, выпить нечего, жена недавно последнюю заначку в помойное ведро вылила.

Гриша носился по дому, выбрасывая вещи из ящиков, вываливая одежду из шкафа и комода.

— Да ты что друган, не веришь? Ищи, ищи, вот от тебя я не ожидал такого, еще друг называется!

— Да? А бинокль отцовский помнишь? Как ты его лихо спер, никто тогда и не заметил. И годов то тебе было всего четыре, а какие способности, прямо талант! Если бы ты на обмен не купился — на паровозик с вагонами да машинку, так не видать моему отцу бинокля, а мне ушей. А ты бы на мой безухий калган смотрел бы в бинокль и радовался, рожа твоя воровская! Тебя и с геологов за что поперли — за воровство. Ты ушлепок, умудрился оттуда тащить все, что не приварено сваркой.

— Э, да ты Гришка-паразит! Зачем за живое — то? С твоим биноклем — ладно, виноват, малый был, уже даже и не помню. Да и обманул ты меня тогда, дал какие-то вагончики без колес. Ребенка обманул — тебе то тогда уже 8 лет стукнуло. А про мои глупости на работе, это вообще не твоего ума дело. Я тогда сам больше всех пострадал, работы хорошей лишился. Да и самогон, вырученный за продажу, мы тогда еще вместе пили. Забыл? Давай так, кто старое помянет, тому и глаз вон! Сколько дружим, я у тебя что — то воровал после того случая? Нет!

Да уж, подумал Гриша, под эти шутки ты многие дела провернул, да и нож мой охотничий наверняка он увел. Но не пойман, не вор, эту истину он усвоил крепко, когда не смог доказать свою правоту и получил за свой язык.

— Да нет, не воровал, пробурчал он себе под нос, — но дом все равно осмотрю, упрямо добавил он.

Свое занятие он продолжил уже с меньшем рвением, аккуратно открывая ящики и передвигая вещи. Выброшенную ранее одежду он комом затолкал обратно в шкаф.

— Ищи, ищи, тренируйся, может в менты возьмут! Там теперь только одних шаманов и не хватает!

Стоя рядом, Федька спокойно наблюдал за происходящим, а когда поиск закончился и Гриша подавленно сел на краешек кровати, присел рядом с ним и сказал с нажимом:

— Ну что, друг, пойдем у тебя посмотрим, может потеря и не терялась даже!

Дойдя до покосившегося дома шамана, вокруг которого не было даже захудалого штакетника, друзья переглянулись. Дверь дома широко распахнутая, сиротливо скрипела на ржавых петлях.

— Если до этого что-то и оставалось, то теперь точно сперли, — сказал Федька.

— Да нет, это я запереть забыл. Бубна нет, ружье в сейфе, а больше у меня ничего и ценного нет.

— Ну, тогда с богом!

После короткого, но очень интенсивного обыска, стало ясно, что бубна нет. Вернее нет ТОГО бубна. Два других сиротливо выглядывали из-за угла шкафа.

Гриша горестным взором окинул свое скромное жилище. По нему как будто прошел Мамай, да еще взявшись за руки с Тохтамышем, Чингисханом, Темирланом и со всем их войском. В его доме в принципе разбрасывать было нечего, т.к. костюмов и шуб у него не было, да и жил он один. Но тут постарался Шлепков, утолив свою обиду и жажду мести посредством наведения «порядка». Даже на люстре, просвечивая насквозь, сиротливо висел драный носок.

Да, похоже Федька не врал, он когда напакостит всегда очень вежлив, культурен и аккуратен. Прямо ангел, а не человек. А тут он явно отомстил не только за беспорядок в своем доме, но и за обиду, нанесенную своим другом. Значит нужно мириться.

— Слышь, Федор, а давай посидим, похмелимся, да и подумаем что дальше делать.

— Выпить то можно, чего не выпить. Но вот я что думаю, а может, приснился тебе бубен? Мне вот тоже ты всю ночь снился в своем истинном обличье!

— Да нет, был бубен, не показывал я его только. Слишком он ценный, чтобы его всем показывать. Не в цене дело, даже не в шкуре, которой он был обтянут. Силой он обладал самого старого шамана, душа Варушты спала в нем. Тебе и не понять всего.

На столе как по волшебству появился самогон, посуда, закуска. Только друзья выпили по рюмке, как за дверью раздался стук. Пришли вчерашние гости — вдова Пелагея и электрик Санька.

— Ну вот и подозреваемые, сказал Федька, и состряпал суровое лицо. Сейчас расследование и проведем! Но пока о пропаже не говори! Я сам рулить буду, а ты молчи, слушай и водку подливай.

Глава №4

Расследование

Гости уже выпили бутылку и начали вторую. Состояние похмелья начало отступать, всем полегчало, на синих носах начали проступать красные пятна. Ну, теперь пора, подумал Федор:

— А что Санька, говорят ты в шаманы хочешь податься?

Оба гостя сразу оторвались от закуски.

— А это ты с чего взял? — спросил электрик.

— Говорят ты вчера музицировал всю ночь, бубном стучал.

— Кто говорит, Марфа старая? У нее от старости и от нехватки мозгов давно в голове стучит. Слушай больше старых маразматиков, — улыбнулся Санька.

Давай лучше за хозяина выпьем, вот уж кто шаман так шаман!

— Ты обожди тему то менять, перебил его Федор. Говорят ты вчерась с бубном каким-то по поселку нарезал, было дело?

— Да кто тебе чушь разную задвигает? Ну я с этой бабкой поговорю! Мне зачем шаманить, у меня работа есть. Может ты для себя узнаешь, хочешь у Гриньки хлеб его отбить, так ты сразу и скажи, а то развел тут допрос.

— Подожди Санька, — вставил слово Гриша. А помнишь, когда старый шаман меня прогнал, ты к нему в ученики набивался. Мы еще тогда над тобой посмеялись.

— Было дело, молодой был, глупый, но теперь у меня работа, жена, детишек двое, не до глупостей уже. Да и что вы привязались? Пойду я домой, беседа что-то не идет, а дома работы, — непочатый край!

— Никуда ты отсюда не уйдешь, пока бубен уворованный, не отдашь!

— А вот ты куда гнешь, так бы сразу и сказал, а то все вокруг да около! Не брал я твой бубен — вон они оба за шкафом торчат. Глаза разуй! Пить вам мужики нельзя, и так полудурки, а так совсем дураками стали.

— Хватит, Федька, пусть идет, не он это, — сказал шаман. Другая мысль у меня есть.

Санька ушел, за ним встала со стола и Пелагея.

— И я пойду, делов — пропасть, корову доить, кур кормить, пойду я.

— И откуда у нее корова, — подумал вслух Федор, уже месяц как продала. Стой, — заорали оба в один голос, — стой Пелагея!

Пожилая женщина бодрой рысью понеслась по тропинке. Толстые ноги в калошах так и мелькали. Но легкий занос на повороте, скользкие калоши и грязь решили итог забега не в ее пользу. Ломая и сминая заросли сорной травы, мощный болид остановился лишь около мусорной кучи, тормозной путь составлял метров пять. Подняв Пелагею, участливо осведомившись не ушиблась ли она, приятели не стали крутить, а спросили прямо:

— Тебе зачем Пелагея бубен, верни и дело с концом.

— Да не брала я, и в глаза его не видела.

— А что рванула-то?

— Да вспомнила, чайник забыла выключить, вот и побежала.

— Ну вот, пойдем вместе и выключим, а то может уже и пожар начался, тогда и тушить поможем.

— Ну пойдем, неуверенно пробурчала Пелагея.

До дома было не далеко, добрались быстро, дома было все в порядке, чайник был выключен. Двое друзей молча смотрели на Пелагею, молчала и она.

Такую взглядами не проймешь, к совести тоже взывать бесполезно. Значит будем пугать, подумал Гриша.

— Я что про бубен то скажу, ценности в нем никакой, вещь старая и неисправная. Но вещь колдовская, и в доме у непосвященного человека может принести вред. Душа старого шамана Варушты живет в ней. Ночами выходит из него, ходит по дому, воет, жалуется. Только шаманским колдовским обрядом могу я его успокоить и в бубен вернуть. А у непосвященного человека его душа почует свободу и может начать буйствовать, крушить дом, чинить возгорание. А может и просто ночью придушить, что с него с мертвого взять?

Пелагея ахала, охала, но по видимому ее все это мало трогало. Как же так, баба она суеверная, трусливая. Значит, отдала кому-то, рассуждал Гринька. Бубен этот в принципе никому не нужен, кроме знающего шамана. Да и никто не помнил про него. Никто, кроме…. Кроме учителя истории! Вот где бубен, вот куда отнесла старая дура! Этот учитель прекрасно знал историю своего края, знал он и легенду о стране демонов. Это он несколько раз просил показать ему бубен, или крыло, или череп летающего демона. Но из древностей остался один бубен, да и тот не для глаз непосвященных. Тогда стал предлагать деньги, и большие, — долларов тысячу и больше, но получил отказ. Знать на деньги Пелагея и купилась, т.к. ничего общего между ними и быть не могло. Значит теперь его бубен в школьном музее, но сначала его домыслы нужно проверить!

— Да знаю я, Пелагеюшка, где бубен тот. Сам старый шаман мне рассказал.

— И где же, с ехидцей в голосе переспросила она, где?

— У учителя истории, Семена Алексеевича. И даже сумму он мне назвал, за которую его ты продала, за тысячу зеленых, плюс- минус сто баксов.

Глаза у Пелагеи воровато забегали, но сразу сдаваться она не собиралась.

— Врешь ты все Гришка, нету у тебя силы шаманской, все ты сам придумал.

— Да, может и придумал, но вот что я тебе скажу, даже если бубен и у него, душа Варушты все равно у тебя дома осталась. Ведь воровство на твоей совести, зол на тебя дух старого шамана, а сегодня полнолуние, злые духи в эти дни огромную силу имеют. Пошли Федор домой, страшно мне тут, да и без бубна я все равно ничем помочь не могу. Как бы самим не досталось. Про полтергейст кино видел? Вот это сейчас и начнется, пошли быстрее отсюда.

— Стой Гришка, все скажу, не уходи только. Купилась я на деньги, дура старая, думала, зачем Гриньке третий бубен, ведь и так из него шаман хреновый. А деньги я уже истратила, как быть то?

— Врешь старая, месяц назад корову сдала, вот с них и доложишь недостачу. Верни деньги, а бубен мне возврати, а то сама понимаешь что будет.

— Да сейчас я, сейчас, выйдите на минутку, я заначку достану. Гости вышли на крыльцо, закурили. Пелагея с опаской выглянула в окошко. Темнело. Из-за горизонта показала пузатый край огромная, багровая луна. Ох ты, господи, мелко закрестилась Пелагея, и начала с усердием рвать шов в углу матраса. Торопливо перекладывала в холщевую сумку, и тихо вышла на крыльцо.

— Ну что, пошли?

Суровые гости, обступив с боков Пелагею, важно двинулись к дому учителя.

Ворота двора были заперты на засов изнутри, но хозяин был дома, — свет за окном горел. Услышав стук и возню около ворот, на крыльцо вышел сам хозяин.

— Здравствуйте Семен Алексеевич, мы к вам по делу.

— Да, слушаю вас, ответил он.

— Эта женщина случайно отдала вам мой бубен. Деньги вам она вернет, а если вам нужно для школьного музея, то я вам дам другой, новый, и совершенно бесплатно.

— Но послушайте, уважаемый Григорий, буквально месяц назад вы утверждали что никакого старого бубна Варушты у вас нет и не было, все это сказки старой бабушки. Как же вы быстро поменяли свое мнение. Тем более, Пелагея Андреевна утверждала, что нашла его в дупле дерева, во время сбора ягод. Так дело было, Пелагея Андреевна? А бубен этот будет в лучшей сохранности в школьном музее. От сырости он и так весь плесенью покрылся, так глядишь за три года весь бы и рассыпался.

— Ну ты, учительница первая моя, деньги бери, бубен отдай! — Встрял в разговор Федор.

— Подожди Федя, я сам, остановил его Гриша.

Хоть и зол он был на учителя, но человек тот был солидный, уважаемый всем селом. Может и правда он не знал что бубен ворованный. Ладно, значит на это и попробуем надавить.

— Семен Алексеевич, не понимаю я вас, вы человек интеллигентный, солидный, уважаемый, а на ворованную вещь позарились, а это называется скупка краденного.

— Да не твоя это вещь, а Варушты. Шаманом ты настоящим не стал, вот и остался он у него до самой смерти. А перед смертью он сам в дупло и положил и не надо тут фантазировать больше. Так Пелагея Андреевна?

— Нет, Семен Алексеевич, наврала я вам. Услышала от кого-то, что вы тот бубен разыскиваете, и деньги за него большие предлагаете, вот и позарилась, дура старая. Видела я его у Гриши в погребке, помогала раз морошку в бочку укладывать, увидела на стене и сразу поняла, — тот бубен. Кожа его сразу выдает, блестящая, чешуистая. Вот пока они водку глушили вчера, я и попросила варенья, да сама и вызвалась достать. Ну все остальное вы знаете.

— Да вот это дела, — встрял в разговор Федор. Он наконец- то понял стратегию воздействия на учителя, его слабое место, и решил добить его окончательно.

— Как же это так, Семен Алексеевич, а вдруг ученики узнают что бубен ворованный, что они о вас подумают? Ваш авторитет будет подорван! У нас на севере никогда не жаловали ни воров, ни скупщиков краденного.

— Ну если вещь краденная, чужая, я конечно отдам. Прошу в дом, по чашке чая.

— Да нет, спасибо, я домой, корову нужно доить, сказала Пелагея, и, отдав деньги, быстрым шагом направилась в обратную сторону от дома. Дома она сегодня ночевать боялась, поэтому направилась к своей младшей сестре Наталье. Душить может никто и не будет, но перенервничала. Может и присниться старый колдун. Так что успокоюсь, и дома ночевать буду завтра.

А Гришка с Федькой отказываться не стали, молча переступив порог. Не говоря ни слова. Хозяин на секунду вышел и вернулся с бубном. Бубен переливался, отражая свет натертыми боками. Видать почистил, да еще и лаком покрыл, приготовил его для длительного хранения. Не знал он что магические вещи можно сохранить только используя их магическую силу. Чтобы они работали, выполняя свое предназначение.

— Ну здравствуй мой дружок. Его руки ласково провели по шершавой коже бубна.

— А ну- ка, дай поглядеть! Федор бесцеремонно забрал бубен из рук Гришки. И впрямь из кожи крупной рептилии. Да, редкость страшная. Ну ты и конспиратор Гришаня, иметь такую вещь, и никому ее не показать. Твоя стойкость достойна уважения, но достаточно бессмысленная. Его ведь продать можно и не за штуку, а гораздо больше! Да ладно, не ершись, пошутил я. Я ведь вот о чем подумал, если есть бубен, то может быть страна демонов — это правда. Дорога в параллельный мир или существует, или существовал.

Тут зашел в комнату хозяин дома, держа в руках две горячие чашки с чаем. Его жена уже заставляла стол едой и печеньем к чаю.

— И верно Гриша, расскажи нам про бубен и таинственную страну. Расскажи правду, что знаешь сам. Часть правды мы уже знаем, а если это секрет, то пусть он останется между нами. Чем ценен этот бубен, говорят он открывает проход между параллельными мирами, это правда?

— Да, бубен, это ключ к проходу между мирами. Конечно — же, не душа Варушты живет в нем, но дух погибшего чудища, которое вышло за Белым Волком из того мира, и гналось, пока не сдохло от отравленной стрелы охотника. Вот из его шкуры и был сделан бубен. Стоит постучать в этот бубен в определенной фазе луны и откроется новый мир. Раньше он открывался сам, но наши древние боги закрыли его. Шаман Варушта, самый сильный из шаманов нашего рода три раза ходил в тот мир, но ничего оттуда не принес чтобы не возбуждать ненужный ажиотаж. Этот путь не зря закрыт богами и не нам противиться их воле, иначе они могут наказать нас за своеволие, навсегда оставив нас в стране демонов.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 100
печатная A5
от 538