электронная
252
печатная A5
365
16+
10 шагов к жизни

Бесплатный фрагмент - 10 шагов к жизни

От зависимости к свободе

Объем:
130 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-5482-1
электронная
от 252
печатная A5
от 365

Часть 1. Клетка

Глава 1. Зависимость

Анна

Анна открыла глаза и попыталась что-то разглядеть в мутной жиже. Она не дышала уже давно — отвыкла. Жила без воздуха. Прислушалась. Тишина… «Что со мной? Что происходит? Да где я вообще?» — вопросы поднимались волной.

Так Анна очнулась на дне болота, где, судя по всему, провела не один год и даже не заметила этого.

Память чуть приоткрыла завесу и испуганно выглянула наружу. Анна вспомнила: на дно её затянул крокодил. Он предварительно лишил её чувствительности вниманием, ухаживаниями, затуманил голову обещаниями. Амнезия подействовала — и жертва приняла охотничьи повадки хищника за проявления любви. Она хотела в это верить и всегда сама была готова слушать, а в ответ дарить внимание и заботу. Считала, что и все остальные способны на это. Анна представить не могла, что человеческое существо может рассматривать ближнего как жертву. Затянуть в свое логово, сломить и обездвижить, а затем использовать в качестве пищи. Эта дикость не укладывалась в голове. Именно отрицание очевидного и мешало оценить опасность, защитить свою жизнь.

А вот он сам: развалился под затухающим солнцем Анны… Лежит. Переваривает её сердце, печень или откушенную ногу. Саму Анну он спрятал под корягу на дне и доводит до нужной кондиции. Разлагает личность. Внушает чувство вины, внимательно следя за самооценкой жертвы, держит её на приемлемо низком уровне. Этим он владеет виртуозно.

Крокодил моментально обесценивает успехи Анны, которых со времени их знакомства становится всё меньше и меньше. Вот последний мелкий бытовой случай: она купила посуду и узнала, что в подарок к набору идет ещё и отличная сковородка. Она так была довольна собой: удачно приобрела для дома нужную утварь и получила совершенно бесплатно замечательную сковородочку! Сразу захотелось поделиться радостью с ним. В ответ услышала, что магазины наживаются именно на таких дурочках, как она. Втюхивают всякий хлам. А она, простушка, ведётся. Дура.

Стало очень обидно. После взлёта радостных чувств — разочарование и ощущение своей никчёмности прибило к земле. И даже ниже. Снова погрузило на дно болота.

Нет, не всегда всё было плохо. Иначе она давно бы сбежала. Он умел пустить пыль в глаза. Другие женщины, которые не были близки с Анной, завидовали ей. А в кругу знакомых все считали его замечательным мужем. Как-то он умел всё плохое «слить» на Анну, а хорошее — присвоить, даже там, где его заслуг не было. Взять хотя бы этот случай с распродажей. Ведь скажет потом, что это он «классно затоварился». Было и хорошее. Он мог оказать внимание, сделать подарок. В такие моменты сердце Анны оттаивало: «Вот, всё же хорошо, он любит меня, что я себе напридумывала?» Но всё равно чувствовала себя овцой. Не в смысле тупой, а в том смысле, что её постоянно стригут и держат про запас. Как еду, как ресурс. Только она оттает, обрадуется чему-нибудь, обрастёт мягкой шёрсткой — он тут как тут и вмиг обреет её догола. Анне казалось, что это с ней что-то не так. Что ещё чуть-чуть, ещё немного, и она станет лучше. А он — оценит, поблагодарит, и всё будет хорошо. Но ей так и не удавалось дотянуться до неведомой планки.

В какой-то момент он перестал быть чутким манипулятором, как говорится, перегнул палку, или её терпение лопнуло. Поэтому сейчас Анна открыла глаза в реальности, которая представилась ей мутным дном. Она сама себе виделась куском мяса, а он — чудовищем. Она вдруг поняла, что такое знакомое лицо — лишь маска, за которой скрывается безликое серое нечто, которое высасывает её силы, жизнь. Она попыталась дышать — в ноздри ударил сладковатый запах гнили, и тогда её вывернуло. Анна оттолкнулась от болотного дна и впервые за многие годы поднялась на поверхность. Вдохнула свежий весенний воздух и услышала звуки мира. Над головой ярко светило солнце. Это было рождение.

Оставим Анну, ей ещё предстоит принять сложное решение, преодолеть внутреннее и внешнее сопротивление.

Теперь мы познакомимся с Кириллом.

Кирилл

Кирюха был огонь-парень. Ай! Можно обжечься. Всем готов прийти на помощь. Манило его всё таинственное и загадочное.

Был примером для пацанов во дворе. Родители спокойно отпускали своих детей на море или в поход с ночёвкой, если знали, что будет Кирилл. «Там же Кирилл, что может случиться?» — так говорили они.

Девчонки на него засматривались. И умницы, и красавицы, и весёлые болтушки-хохотушки. А он не спешил, не привлекали они его. Раз в компании увидел тихоню Таню. Сидела смирно, не веселилась. «Почему эта девушка так грустна и печальна?» — спрашивал он себя. Ему казалось, что окружает Татьяну какая-то тайна.

Разговорились. Кирилл узнал о нелёгкой судьбе девушки. Отец-алкоголик тиранил её и бедняжку мать. Кириллу очень захотелось помочь Тане, развеселить её, показать, как широк и необъятен мир, как он прекрасен и сколько в нём всего интересного.

Завязались отношения, молодые люди стали встречаться. Часто, приходя на свидание, Кирилл заставал Таню в слезах — не отпускала ситуация в доме. Кирилл не знал, как спасти любимую. Таня безнадежно вздыхала. Выхода нет. Тут его озарило — нужно забрать, увезти её из этого ужасного места.

Сделал предложение. Мама Тани помогла всё организовать быстро. Они поженились. Кирюха был счастлив: рядом с ним человек, которому нужна помощь, которому он нужен. Тане тоже было комфортно.

Но постепенно Кирилл с тревогой стал замечать, что Таня так же печальна, как раньше. Приходит с работы, а она сидит грустная у окна. «Что случилось, Танюш, что тебя беспокоит?» — спрашивал он. «Хватит на меня давить. Ты по-другому не можешь, что ли? Я что, на допросе у тебя?» — неожиданно вскинулась жена. «Что же со мной не так? — думал обескураженный Кирилл. — Что я делаю неправильно? Как можно порадовать жену? Наверное, я мало зарабатываю, — рассуждал он. — Конечно, я не могу отвезти Таню на курорт, купить ей шубу и машину. Надо исправиться, я сделаю это». Точно! Она же так восхищалась семьёй подруги Маши и её мужем! Сменил работу, купил Тане и шубу, и машину. А она — всё так же грустна. Он уже был уверен, что всё делает неправильно, что с ним беда, он плохой, не может помочь близкому человеку.

Его фотографии, планы путешествий и продуманные маршруты, все его интересы и мечты давно уже были заперты в металлический шкаф и преданы забвению. Все мысли крутились вокруг любимой:

— Как ещё я могу помочь Танюше?

— Нет, друзья, какие посиделки! Я домой, к своей Тане!

— Да какой там спорт, мне к Тане надо.

— Спасибо за приглашение, я у Тани спрошу, сможет ли она.

А она всё так же грустит. «Надо занять этот пост — вот тогда она порадуется, похвалит меня, скажет, какой я у неё молодец и как она мною гордится». Планки поднимались выше и выше, Кирилл прыгал и прыгал. И никак не мог понять, что происходит.

Дома была такая тяжёлая атмосфера, что не выживали даже комнатные цветы. Татьяна не скрывала недовольства мужем. Знакомых становилось всё меньше. Каким-то образом испортились отношения с родителями Кирилла. Зато тёща теперь появлялась намного чаще. Сначала Кирилл этому радовался (Таня всё время общалась с мамой, что-то обсуждала с ней), пока, копаясь в огороде, случайно не услышал их разговор. Таня с мамой, непринуждённо беседуя, прогуливались по садовой дорожке. «Да этот мой, представляешь, купил сестре телефон в подарок, а я его прошу денег на босоножки дочери — не даёт», — услышал Кирилл. Он опешил: ведь только накануне удалось хорошо заработать, и сразу дал Тане на всякие женские штучки сто тысяч. К тому же деньги всегда лежат в известном месте. И телефон в подарок купил не своей сестре, а Таниной. Он оторвался от грядок и удивлённо произнёс: «Танюш, ты что такое рассказываешь маме? Я ж дал тебе деньги, покупай всё, что нужно». «Что ты, что ты! — замахали обе руками. — Ты всё не так понял, мы вообще о другом говорили».

Кирилл уже не понимал, что происходит. Слышал или не слышал? Было или не было? А что вообще было? Потерялся. Обсудить, проговорить не с кем. Друзья давно ликвидированы, отсечены, Кирилл оказался один. В горле стоял ком.

Стал попивать. К вечеру граммов 200–300 уже стабильно было в нём.

Вот тогда он услышал шелест крыльев стаек летучих обезьян. Это были какие-то знакомые, подружки, ещё кто-то. Соседки. Они появились, словно бы из ниоткуда, и были уверены, что Кирилл алкоголик, бездельник, а Таня всё держит на своих хрупких плечах. Тянет семью. Ещё и мужа на себе несёт. Везде слышался их шёпот и хлопанье крыльев. Везде их осуждающие взгляды. Кирилл был согласен: да, ни на что не годен. Таня с мамой правы, такого мужа надо гнать поганой метлой. Так они всё время говорили. Только алкоголь снимал боль от осознания своей никчёмности.

Так он превратился в алкаша, который тиранил Таню и бедняжку мать.

В отличие от Анны (ей хватило внутренних ресурсов осознать, где она оказалась) Кирилл без посторонней помощи не справится.

Зависимые отношения

«Что за дичь?» — можно подумать, прочитав эти две истории. Словно сценарий дешёвого сериала или плод больной фантазии. Если бы это оказалось выдумкой — было бы прекрасно. Нет. Это то, что творится в душах людей. В семьях. За окнами многоэтажек. Прямо на наших глазах. А может быть, и с нами.

Спросите: «Почему „может быть“? Разве непонятно, какие у нас отношения — здоровые или токсичные?» Вы удивитесь, но это так: даже если отношения напоминают фильм ужасов, понять это бывает сложно.

Потому что мы так привыкли с детства. Видели только такой пример. Или оказались в безвыходной ситуации материальной и физической зависимости. Разберемся, почему безвыходной. Дело в том, что в подобных отношениях царят двойные стандарты, спутанность, туманность, неопределённость. Многое не договаривается, замалчивается, установлены запреты и негласные правила. Потому что мы смогли приучить себя не чувствовать боль, не слышать и не понимать своих эмоций, мы научились отстраняться от самих себя в пользу партнёра.

Мы так привыкли и считаем, что так и надо. Никто не учит нас строить здоровые отношения. Что я знал об отношениях, когда вступал в брак? Моё представление складывалось из детских воспоминаний о скандалах родителей, из страха, вины и стыда, которые я испытывал. Также в комплект моих познаний входили слезливые песни о несчастной любви, рыцарские романы и байки друзей. Вот такой винегрет. Сложно выстроить что-то путное на подобном фундаменте. Примерно такой же набор «сделай отношения сам» имеет почти каждый родившийся в период распада СССР. Потому что в девяностые очень многим взрослым было не до отношений и детей, надо было выживать.

Зато этот набор — хорошая основа для зависимых отношений. В них находится подавляющее большинство нашего окружения. С той или иной тяжестью токсичности. Не хочется в это верить. Особенно если окажется, что сам находишься именно в таких условиях. Да, срабатывает элементарная психологическая защита, которая называется отрицание — «это неправда, это не про меня». Но если бы это было «не про нас», не было бы такого количества разводов. Смотрите данные Росстата: в 2013 г. 54,50% браков закончились разводом, в 2014 г. — 56,58%, в 2016 г. — 61,70%, в 2017 г. — 58,24%. Да, часть этих разводов фиктивна. Так же, как формальна и часть браков — отношения в них давно сведены на нет, но: «куда пойти», «что скажут люди», «что подумают дети» и прочее.

Итак, что такое зависимые отношения? В эти отношения человек «влипает». А из них или «вылетает» сразу, как пробка из бутылки с шампанским, или выползает пережёванным и едва живым. Оставляя за собой шлейф из загубленного здоровья, потерянного имущества, времени и интересов.

В любых отношениях, даже самых здоровых, есть доля зависимости. Например, жена в декрете, занимается воспитанием детей, тогда как её супруг работает. Она зависима от него материально. Но — добровольно и сознательно, для достижения общего блага. Когда мы любим близких и заботимся о них, мы переживаем за них, их чувства важны нам — мы зависимы эмоционально и психологически. Это в пределах нормы. Токсичные зависимые отношения начинаются тогда, когда есть перекос, когда уровень зависимости становится чрезмерным.

Представьте, что между двумя людьми расстояние — ровно двадцать шагов. Каждый делает свои десять навстречу другому. А в токсичных зависимых отношениях так: вы делаете свои десять шагов — никого. Вроде как человек даже дальше стал. Ещё десять, потом ещё пятнадцать. Вот вы уже бежите, перепрыгиваете через препятствия. Кусты, заборы. Яма с водой. Обруч с огнём и кинжалами. Всё бежите и бежите. Вам некогда подумать, осознать в этой скачке, что уже превратились в загнанную лошадь. Вязнете в другом человеке.

В этих отношениях уже давно нет любви. За внешним фасадом всё наполнено тревогой и отчаянием. Вот как описал своё внутреннее состояние человек, чья семья считалась образцово-показательной:

Загнанный зверь оказался в ловушке!

Словно в прицеле вишу я на мушке.

Словно зажатый в берлоге медведь —

От безысходности хочу я реветь.

Весь превратился в слух и чутьё:

Замер и жду, что скажет оно.

Весь изготовился я для прыжка —

Натянут, словно гитары струна.

Голос инстинкта кричит мне: «Беги!

Всюду опасность вокруг — посмотри!»

Птицы тревожно взмыли в полёт,

Всё вокруг смолкло, никто не поёт.

Травы пригнулись, и ветер затих…

Словно в преддверии бури той миг…

Тени смыкаются над головой —

Ждут, когда падёт тот герой!

Как люди доходят до такого? Почему то, что может стать радостью и трамплином для роста, оборачивается темницей с камерой пыток?

Причина любой зависимости (от человека, пищи, алкоголя и прочего) в том, что мы снимаем с себя ответственность за наше внутреннее состояние. В отношениях зависимость возникает, когда наши важнейшие потребности в любви и заботе связываются только с партнёром. Мы начинаем верить в то, что нигде больше не найдём счастья и любви. Поэтому бредём и бредём, отдаём, стараемся быть нужными и хорошими. Но не получаем взамен такого же внимания. В итоге надежды превращаются в отчаяние и разочарование. Безнадёга.

Резюме

1. Зависимость — это выученная форма поведения, когда состояние комфорта связывается только с объектом влечения.

2. Зависимые отношения — это отношения, в которых удовлетворение важнейших потребностей в любви, счастье, благополучии связываются с одним человеком. Такие отношения деструктивны, наносят вред, ограничивают развитие. Характеризуются уходом от реальности.

3. Созависимость — это отношения с человеком, имеющим какую-либо зависимость (жёны алкоголиков, наркоманов, игроманов), когда жизнь в целом здорового человека крутится вокруг пагубного пристрастия партнёра.

Глава 2. Признаки зависимых отношений

1. Нарушение личной ответственности

Именно так мы и влипаем — берём на себя больше, лишая другого его ответственности. Или отдаём свою. В отличие от здоровых отношений, где каждый отвечает за себя и помогает другому.

Женщина возится с алкоголиком-мужем, хотя её жизнь превратилась в ад. Но она считает, что должна это делать. Что этот здоровый кабаняка без неё пропадёт. Он рад включиться в игру и тоже старается — периодически превращаясь в беспомощного младенца со своей вечной бутылочкой. За ним нужен глаз да глаз. Он ребёнок, а она — строгий родитель.

Ещё пример перекоса. Молодая дама убеждена в том, что раз мужчина взял её, то он «должен»: обеспечить её морально, материально, развлечь, накормить и осчастливить. Теперь не она, а этот другой ответственен и за её жизнь, и за её счастье, и за её финансовую и эмоциональную свободу. Неудивительно, что он превращается в тирана, а она — в жертву. А потом наоборот — роли будут меняться постоянно.

Вспомним историю Кирилла. Он пришёл к своей Тане как Спасатель. Спас свою принцессу из ужасного замка, где она была Жертвой, а её отец — Тираном. Очень скоро они сменили роли, Кирилл стал Тираном, а Татьяна — Жертвой, её мама — Спасателем, и — вуаля! — круг замкнулся.

Всё это одна и та же опера. Так называемый треугольник Карпмана, или треугольник судьбы. Три вышеназванные психологические роли партнёров в зависимых отношениях (жертва, преследователь и спасатель) как раз описывает эта модель. Для её включения достаточно кому-то одному взять на себя роль жертвы или преследователя. Остальные персонажи обязательно найдутся. Участники будут играть в пинг-понг, отбивая мяч ответственности друг другу. Могут сменить партнёров, но шоу должно продолжаться — снова всё пойдет по кругу.

Здесь всюду ложь. Театральность. На самом деле жертва не так беспомощна. Спасатель не помогает. А тиран не имеет обоснованных претензий. Каждый стремится получить свои выгоды. Но в этой войне все теряют себя, и личные границы размываются. В итоге проигрывает каждая сторона.

2. Общий негативный фон

Конфликты неизбежны в любых отношениях. Между мужчиной и женщиной, между родителями и детьми, друзьями. Так выстраивают отношения и устанавливают границы. Но! В здоровых отношениях люди испытывают преимущественно позитивные чувства — любовь, нежность, эмпатию. Да, вчера поссорились, зато сегодня каааак помирились! Бывает. Постепенно границы выстраиваются, коммуникация налаживается. Каждый знает, какую черту ему переходить нельзя. Контакт есть.

В зависимых отношениях (вспомним загнанного в ловушку зверя) основной фон негативный. Тревога. Опустошение. Озлобленность.

Смотрите.

Владимир приходит с работы, заранее настраиваясь на очередной акт тихой войны. На работе его считают весёлым и классным. Но перед уходом домой, как он говорит, ему нужно «упаковать весь свой космос» и «быть готовым». На ответственной, сложной работе он отдыхает от дома, от душной атмосферы, царящей в нём.

Как к вечеру готовилась Катя, Владимиру неизвестно, но тревожит его: «Что на этот раз?» Не поджидает ли дома «тяжёлая артиллерия» в лице тёщи. Поэтому он заранее окапывается в глухой обороне и готов встретить натиск врага.

Катя при встрече целует его на пороге, стараясь незаметно обнюхать. Нет ли запаха алкоголя или чего-нибудь ещё. Он замечает это и мысленно презрительно улыбается. «А не глотнуть ли мне в следующий раз для запаха… Может, действительно завести какие-нибудь шашни, чтобы уж было, за что всё это терпеть?» — проносится у него в голове.

— Как дела на работе? — спрашивает Катя.

— Нормально, — отмахивается он, подумав: «Ведёт разведку, ну-ну».

— Это хорошо, — отвечает Катя, а мысленно: «Как я измотана, не припрёшься ли ты пьяным. Откуда мне знать, что ты на работе, а не с какой-нибудь шлюхой. Как меня это всё достало!»

Они оба «прочитали» то, что не было произнесено — давным-давно изучили друг друга. День за днём проходит на волосок от ссоры. Достаточно искры, чтобы взорвать этот пороховой погреб. Но каждый сыт всем этим напряжением по горло.

Поэтому Владимир утыкается в свой компьютер, играет в очередную стрелялку, чтобы уйти от опостылевшей реальности. Катя демонстративно гремит на кухне посудой, чтобы хоть как-то выплеснуть гнев. Но постепенно уходит от той же реальности в рутинные дела. Ведь завтра всё повторится снова.

За маской чинности и благопристойности скрывается тяжёлый негативный фон. Он влияет не только на партнёров, но и на всё окружение. Особенно на детей. Да, в такой обстановке по углам висят топоры. Все эти подавленные, не выраженные отрицательные эмоции считываются бессознательно. Но этого никто из партнёров не желает замечать. Фасад, может, и хорош, внутри же — тихий ужас.


3. Негласные правила и запрет на чувства

В нормальных отношениях каждый на равных правах свободно осознаёт, выражает и проявляет эмоции. Это не означает, что все орут друг на друга матом и бьются головами о стены. Поскольку общий фон отношений положительный, каждый свободно проявляет любовь, благодарность, интерес. Хвалит другого и поддерживает.

У каждого есть личные границы и каждый знает свою ответственность. Поэтому негативные эмоции не замалчиваются, а выражаются преимущественно в бесконфликтной форме. Если один устал и всё его раздражает, ему необходимо временно побыть в одиночестве, чтобы восстановиться, — это спокойно проговаривается. Другой — относится с пониманием. Люди спрашивают и отвечают прямо. Как есть.

— Я устала, меня всё бесит, мне нужно полежать в ванне.

— А, понятно, тогда я тебя не трогаю, отдыхай. Ужин могу разогреть сам.

В зависимых отношениях из-за размытия личных границ, постоянной смены ролей люди перестают осознавать свои эмоции. Или налагается запрет на их проявление: это опасно, вдруг «враг» прознает, что я думаю и чувствую!

Так как общий фон отрицательный, последствия могут обернуться катастрофой. Кроме того, нужно поддерживать видимость благополучия. Это очень энергозатратно.

Эмоции подавляются, вытесняются, скрываются и накапливаются в глубине. Необходимо их выплеснуть — и происходят взрывы. Или эмоции уходят в тело, вызывая болезнь (психосоматика). Да, есть такие ушлые прижимистые мужички, у которых от онкологии умирает уже третья тихоня-жена.

В деструктивных отношениях общение искажено. Партнёры делают не то, что говорят. Говорят не то, что думают и чувствуют. Речь наполнена двойными посланиями и манипуляциями. Упрёками и откровенными провокациями.

Представьте такую картину.

Жена начинает демонстративно ковырять отвёрткой или стучать по стене молотком. Так как на своё замечание, что надо нечто починить, услышала: «Ну щааас…». И только после её демонстрации муж нехотя, со вздохом поднимается с дивана, начинает чинить. Супруги не проговорили важный момент. Для них ключевое слово в диалоге означает не одно и то же. В её понимании «сейчас» — это сейчас в буквальном смысле, то есть сию минуту. А он в это время лежал и планировал день, включая в уже прописанный алгоритм действий ремонт.

Так устроен его мужской мозг. Ему нужно включить действие в определённый момент времени. В его планах было через полчаса пойти выбрасывать мусор и по пути зайти к соседу, чтобы взять нужное для ремонта сверло или перфоратор.

Жена недовольна, что его пришлось опять «пинать». Он недоволен, что приступает к ремонту неподготовленным. Обоим было бы лучше, если бы муж сказал, к примеру: «Дорогая, сейчас я прикидываю, как это сделать надёжнее и качественнее, через полчаса я схожу за нужным инструментом и к 18:00 всё будет сделано. Будешь принимать работу своего мастера».

Из-за нарушения взаимопонимания участникам токсичных отношений приходится подталкивать друг друга к необходимым действиям. А это воспринимается как давление и насилие, вызывает агрессию, бунт или саботаж.

Показателем нарушения коммуникации являются двойные послания, в которых передаются два противоречащих друг другу требования. Поскольку прямо никто ничего не говорит, то большая часть информации подразумевается.

Он: «Коля ходит в спортзал. Это круто» (я тоже хотел бы заниматься спортом, привести себя в форму, тем более, ты сказала, что у меня выросло брюхо — имеет в виду он).

Она: «Ну конечно, у него семьи нет, чем ему ещё заняться» (то есть если ты будешь ходить — значит, тебе плевать на семью).

В итоге он не занимается спортом, обвиняет в этом жену, копит обиду и злость.

Или

Она: «Ты всё время торчишь на своей работе и мало времени проводишь с семьёй». А через пять минут: «Нам вечно не хватает денег, ты должен больше работать». Он в ступоре.

Таким образом, двойные послания содержат противоречие: что бы человек ни сделал (например, стал больше работать), он нарушит вторую часть послания (надо больше времени проводить с семьей). В любом случае будет «плохим», вызовет упрёки и недовольство. Если он скажет жене, что она выдвигает противоречивые требования, это вызовет новый шквал негатива.

4. Изоляция

Лена и Слава поженились вскоре после того как познакомились. На пике романтики. На свадьбе жених ни на минуту не оставлял невесту, не давал даже пошептаться с подружками. «Надо же, как он меня любит!» — удивлялась Лена.

После свадьбы они поехали отдыхать с друзьями. На отдыхе Слава так же не оставлял её ни на минуту. Когда планировались совместные прогулки с друзьями, убеждал её проводить время только вдвоём, остаться в гостинице или пойти гулять в другое место, без друзей.

Лену это немного напрягало, она хотела и с девчонками поболтать, и со всеми вместе повеселиться. Но продолжала себя убеждать, что Слава просто сильно её любит.

По возвращении из свадебного путешествия Лена поделились со Славой мечтой о собственном деле. Её даже удивило, с каким воодушевлением он поддержал идею, более того — предложил переехать в другой город, где бизнес пошёл бы лучше. Лена так была рада и увлечена проектом, что сразу согласилась на переезд.

В другом городе дело пошло. Декрет. Работа позволяла заниматься бизнесом дистанционно. Они всё время были вместе. Новых друзей не появилось. А все близкие остались в родном городе.

После родов у Лены заболела спина. Ей порекомендовали заняться плаванием, поэтому часа на три она стала уходить из дома. Это вызывало тихое недовольство мужа. Он обижался. Показывал своим видом, что ему не нравятся её длительные отлучки. Отыскивал повод придраться, показать, что она «плохая жена». После чего наказывал её длительным молчанием. Делал вид, что Лены нет, не разговаривал с ней. Бойкот мог длиться неделю, это приводило Лену в отчаяние. «Лучше бы уж разругались», — с тоской думала она.

Поделиться проблемой было не с кем. Ещё на первых порах совместной жизни все странички в соцсетях стали у супругов общими: «Слава и Лена». Её друзья никогда не знали, с кем реально в данную минуту общаются. Раньше она это воспринимала как проявление доверия и любви. А сейчас осознала, что оказалась в ловушке.

Ребёнок подрос. Они все вместе выбрались на машине в Европу. Однажды в парке развлечений, куда Лена повела сына на аттракцион, Слава потащил их в другую сторону. Она не выдержала: «Мы ж ребёнка привезли, дай его порадовать!» Муж вдруг вспылил и заявил, что она вообще его ни во что не ставит, поэтому он уезжает. Развернулся и, действительно, уехал на машине. На звонки не отвечал. Её телефон вскоре разрядился.

Лена с сыном весь день гуляли по парку, вечером Слава всё-таки вернулся. По пути до дома молчали. По приезде Слава собрался и улетел к родственникам, оставив Лену одну.

После этого случая тревогу уже забили её родные и прилетели к ней. Когда об этом визите узнал Слава, он был в ярости. Сказал, что оставил Лену в назидание, чтобы подумала над своим поведением. Это было последней каплей.

В зависимых отношениях обсудить и поделиться своими тревогами не с кем. «Нельзя выносить сор из избы». А о некоторых вещах говорить просто стыдно. Постепенно все прежние связи и контакты сводятся к минимуму. Чтобы не вызвать недовольство партнёра, мы перестаём общаться с одними друзьями, других же супруг откровенно критикует или ставит запрет на общение с ними.

Когда хищник охотится, он, выбирая себе жертву, стремится отбить её от стада, чтобы потом настигнуть в одиночестве и уже спокойно насладиться трапезой.

В нормальных, здоровых отношениях жизнь вне семьи сохраняется. Мы общаемся с родственниками, с друзьями, с теми людьми, которые нам интересны.

Наше внутреннее Я — это не изолированная точка, а перекрёсток социальных связей. Самооценка и восприятие себя зависят от отношений со значимыми для нас людьми. Мы реализуемся через наши социальные связи. В прямом смысле являем себя миру через других людей.

В здоровых отношениях мы получаем поддержку и принятие партнёра — значимого близкого человека. И гармонично реализуемся во внешнем мире. Наша личность развивается.

Поэтому отсечение, изоляция наносит прямой урон нашей личности. Калечит наше Я. Единственным значимым человеком становится партнёр, от которого исходит не поддержка, а внушение вины и стыда. Мы оказываемся во власти негативных переживаний, низкой самооценки и чувства одиночества.

5. Страх и безнадёжность

Как бы мы ни обманывали себя, как бы ни уговаривали, что все так живут и всё нормально, мы ощущаем себя плохо. Когда болевой порог превышен, психологическая защита не справляется. Из подсознания до нас просачивается правда о том, что мы в ловушке. Мы чувствуем безысходность, но не делаем ничего, чтобы выйти из негативных обстоятельств и улучшить свою жизнь. Смирились с бессилием.

Эффект выученной беспомощности был открыт в ходе эксперимента с собаками, которых били током под звук сирены. Вместо ожидаемого результата — убежать, несчастные животные ложились и обречённо терпели боль. Они выучились беспомощности после нескольких неудачных попыток избежать боли.

Затем последовал эксперимент в доме престарелых. Но уже без садистских методов, просто разделили стариков на две группы — на тех, кто сам решал, как жить, и тех, за кого делали абсолютно всё. Первой группе экспериментаторы сообщили, что жильцы сами решают, как проводить свой досуг, как будут выглядеть их комнаты, где — стоять мебель. Второй же группе сказали, что персонал намерен делать за стариков всё, окружив их максимальной заботой. Если первой группе предоставили возможность выбирать и контролировать ситуацию по различным жизненным вопросам, то большинство решений, касающихся жизни второй группы, принималось руководством.

Исследование показало, что сохранение контроля благотворно влияет на самочувствие пожилых людей, а также позволило предположить, что в жёстких условиях невозможности выбирать пациенты могут проявлять даже саморазрушительное поведение — отказываться от еды и лекарств, так как это единственное, что они ещё могут выбирать.

При чём тут мы? А вот при чём. Если хотите лишить кого-то жизни, не нужен киллер — заберите его контроль над своей жизнью, и всё. У человека пропадает интерес к жизни, его состояние ухудшается. Это и установил эксперимент в доме престарелых.

Нам может быть страшно оставаться в токсичных отношениях (это как удары током), но и уйти из них — тоже страшно. Словно у нас нет иного выбора, кроме как ложиться на пол и, поскуливая, терпеть разряды. Можем даже планировать побег. «Я уйду, когда дети вырастут». Или «вот будет куда переехать — сразу же». А переехать некуда, дети вырастут только через 10–15 лет. И тогда лучше не думать. Так и держим эти планы под грифом «Совершенно секретно».

Мы можем бояться оставить партнёра. Переживаем, как же он без нас? Жалко. Пропадёт. Себя самих нам не жалко, мы готовы терпеть и дальше и жертвовать собой.

Можем бояться остаться одни. Мы же такие маленькие без нашего партнёра в этом огромном бушующем мире. Точки опоры в нас нет. Вся ответственность передана другому, внешние связи обрублены.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 252
печатная A5
от 365