Искусство как побег от мира — о книге «Аквариум» Алисы Ханцис

О повести «Аквариум» Алисы Ханцис рассказывает книжный обозреватель Сергей Сызганцев.

Стихийный Тео — молодой музыкант, выпускник консерватории и просто душа компании; он берётся за несколько проектов одновременно, рассуждает об искусстве и частенько устраивает вечеринки в своей квартирке. Его неврастеничный  младший брат Мик — режиссёр музыкальных клипов, хотя он давно мечтает снять полнометражный фильм; музыка Тео встречается почти во всех его работах, как и сам брат вместе с остальными музыкантами. Впечатлительная Тина — сестра Тео и Мика; она занимается мультипликацией и вдохновляется странноватыми рассказами сетевой писательницы.

Много лет назад трагическая смерть родителей сильнее связала между собой братьев и сестру, и уже во взрослой жизни Тео, Мик и Тина не могут жить друг без друга, всё больше впадая в зависимость — от самих себя и искусства.

Первая ассоциация, которая приходит на ум после прочтения повести Алисы Ханцис «Аквариум» — это укороченная и во многом щадящая версия «Маленькой жизни». Неспособность героев отделиться друг от друга, их привязанность к искусству и сильным эмоциям, подкреплённая несколькими травмирующими эпизодами юности, и, наконец, непростая история взросления сквозь безликие, ничем толком не обозначенные десятилетия позволяет поставить «Аквариум» на одну полку с бестселлером Ханья Янагихары и другими книгами о травме и травматичных отношениях.

Но Ханцис, в отличие от Янагихары, хочет показать не саму боль и её последствия, а, скорее, обманчиво целительную, во многом эскапистскую силу искусства, с помощью которой герои убегают от страшного реального мира в свой собственный, «аквариумный», где есть место и любимым занятиям, и пространным разговорам о великом, и выдуманным детским интервью, и любимой игре в «Комнату», когда одному завязывают глаза, пускают в помещение и предлагают на ощупь и под музыку узнать, кто или что стоит перед ним.

В каком-то смысле повесть Ханцис похожа на этот самый аквариум. На протяжении всего плавания по тексту читатель будто бы смотрит на происходящее через мутноватую воду, в которой вместе с различными водорослями проплывают значимые детали, описания и сюжетные коллизии. Тут и там всплывают аллюзии на произведения искусства и зашифрованные названия картин (например, в джентльмене в костюме с зелёным яблоком вместо головы угадывается знаменитая картина Рене Магритт «Сын человеческий»), а из временных обозначений — только празднование нового века, из чего можно понять, что действие повести разворачивается в конце девяностых и начале нулевых. Поэтому при чтении стоит быть очень внимательным — важные события в жизни героев переданы гладко, почти бесшовно.

Однако под конец книги Ханцис некоторые аквариумные очертания становятся различимыми. Три рассказа, упоминаемые героями, размещены после самой повести, а два других можно считать уже самостоятельными текстами. «Ветки и линии» рассказывают о мужчине, одержимым метро; «Руки Эшера» — о молодой писательнице, ищущей своей стиль письма; «Подражание Вирджинии Вулф» — поток сознания пассажирки метро; «Письма (пунктиром)» — небольшая переписка влюблённых из Праги и Петербурга; «Свадебное путешествие» — короткая история одной несостоявшейся поездки в Австралию (где сейчас живёт сама Ханцис).

В отличие от той же Янагихары, Ханцис не стремится шокировать читателя и хорошенько его встряхнуть. «Аквариум» — вещь несюжетная, эфемерная и пластичная. Однако кажущаяся музыкальность и лёгкость оборачивается умеренно трагичным финалом, который показывает последствия любой зависимости. Но и здесь Ханцис воздерживается от какой-либо определённости и оценочности, предлагая читателю во всём разобраться самому. Пожалуй, в этом и скрывается тихое очарование этой истории.