Чувствовать то, что делаешь: интервью с Аминой Верещагиной

Амина Верещагина — сценарист анимационного сериала «Джинглики», автор книги стихов для детей «Волшебные хроники, или невероятные приключения детей» (вошла в лонглист премии «Лицей-2020») и сборника поэзии для взрослых «Делать простые вещи», режиссер и сценарист короткометражного фильма «Инвайт», автор научного-фантастического сериала «Deadnet» (победитель реалити-шоу «DreamApp»). Публиковалась в журнале «Русский Пионер», альманахах «Пашня», «Нате», «Мю Цефея», сборнике «#поэтызахармса» и других изданиях.

Мы поговорили с Аминой о работе в разных литературных формах, спросе на поэзию, продвижении своего творчества и сборнике «Волшебные хроники».

Амина, вы пишете взрослую и детскую поэзию, фантастическую прозу, сценарии для кино, сериалов и мультфильмов. Как так получилось, что ваше творчество охватывает несколько сфер, хоть и смежных, но таких разных? И какая из этих творческих сфер для вас самая важная, любимая?

— Спасибо большое за вопрос, я сама себе его часто задаю. С точки зрения карьеры гораздо эффективнее было бы работать в одной форме, но у меня как-то исторически сложилось, что, когда мне приходит история, я интуитивно определяю, в каком виде она должна быть оформлена. Бывает, сразу понятно, что в стихах. Тебе пришли строчки, и ты пишешь стихи. А есть истории, которые, как ты чувствуешь, нужно выразить в виде сценария. Это не должен быть рассказ, новелла, повесть, а именно сценарий.

Я одинаково люблю работать во всех формах. Большое удовольствие ты получаешь в момент, когда рождается история, а дальше уже встает вопрос техники, как ее записать.

Когда я записываю историю в стихотворении, мое участие минимальное. Тебе пришла история, ты сел и как стенографист ее записал. И вроде бы твое, и вроде бы ты ничего не сделал. Все автоматически как-то появилось.

В сценарии больше головы, больше тебя. Да, пришла классная концепция, идея, искра зажглась. Но, чтобы финальный продукт, сериал или фильм, сложился, нужно записать эту историю в правильном формате, поработать над структурой, что я тоже очень люблю.

Наверное, самое сложное для меня — это писать прозу. Я не пишу прозу по черновику, как в случае с написанием сценария, когда я заранее делаю разбивку по эпизодам и потом пишу по ней. В прозе я пытаюсь работать, как со стихами — такое больше автоматическое письмо получается. И если стихи — это короткая выжимка, то проза, которая может быть очень длинной, требует больше времени и сил. Нужно каждый день садиться и работать, нужна дисциплина.

Также недавно я редактировала книгу «Время легенд». Это был для меня новый опыт, и я получила колоссальное удовольствие как от процесса, так и от результата. 

Мне вообще нравится любая литературная работа. Просто для каждого формата есть своя история, время. В разные периоды жизни и даже в разные периоды дня тебя наполняет сперва одно, потом — другое. Умение балансировать, слушать себя очень важно. Если у тебя сегодня пишется поэзия, а ты садишься и заставляешь себя писать прозу, будет хуже. Лучше сделать так, как чувствуется. Тогда будет самый классный результат.

Расскажите подробнее о работе над мультсериалом «Джинглики». Как вы работали с материалом — серией книг о джингликах Олега Роя? Сложно было адаптировать такой большой по объему литературный материал для коротких по времени серий?

— Безумно люблю этот сериал. Очень горжусь, что работала над этим проектом. Я была и сценаристом, и креативным продюсером сериала. Мы вложили в него огромное количество любви. Если вы заметили, в конце каждой серии появляется надпись «Нашим детям». Мы всегда думали о нашем главном зрителе, когда писали. Этот проект собрал множество наград по всему миру.

Адаптировать книги было несложно. Когда есть история, переработать ее под формат мультфильма нетрудно. Кроме того, в анимации есть множество возможностей эту историю улучшить. Ты написал сценарий, затем режиссер дает комментарии: здесь поправить, здесь добавить динамики, здесь должно быть повеселее. На каждом этапе ты улучшаешь свою историю, и это замечательно. В других литературных формах такой возможности нет. Финальный вариант, конечно, сильно отличается от литературного исходника. Некоторые истории мы придумывали с нуля и согласовывали их на уровне концепции с Олегом Роей и режиссером Антоном Верещагиным. Если им все нравилось, мы расписывали историю в сценарий. Мне даже сложно назвать работу над «Джингликами» работой, потому что это было одним сплошным удовольствием.


Если говорить о поэзии, есть ли в наше время спрос на поэтическое творчество?

— Есть такая концепция, что если есть спрос на что-то, то нужно делать под него предложение, продукт. Мне хочется думать, что, если есть классный продукт, на него появится спрос. Люди гораздо сложнее, чем сейчас принято о них думать. Сейчас часто обобщают, например, говорят, что «простым» людям интересно только смотреть Tik Tok. Конечно же, нет, люди всегда тянулись к каким-то более сложным формам коммуникации.

Поэзия — это не массовый продукт, но своя аудитория у поэтов есть. Сложность заключается в том, что очень тяжело эту аудиторию находить. Опять-таки, потому что издательства не особо хотят работать с поэтами. Нужно иметь свою аудиторию, чтобы прийти в издательство и сказать: «Сделайте мне книгу». Пока у тебя нет большой аудитории, никто не хочет в тебя вкладываться. И поэзии глобально очень тяжело. Я знаю много талантливейших поэтов, у которых мизерные тиражи, проходят небольшие капустники, им сложно вырваться в публичное поле и уже на широкую аудиторию читать свои стихи. Но это не значит, что этой аудитории нет. Просто до нее сложно достучаться, добраться.

Продвигаете ли вы себя как поэта и писателя? И если да, то как? Какие результаты это дает?

— Хочется думать, что да, но то, что я делаю, недостаточно. Я веду блог в соцсети. Это был мой первый шаг, на который я долго не могла решиться. Я там выкладываю свои стихи, видео. Мне всегда казалось, что писатель должен писать, а все остальное должно приходить само. Так не происходит. Нужно участвовать в конкурсах, поэтических, литературных вечерах, учиться, общаться с людьми. Очень важно вовремя понять, что то, что ты хорошо пишешь, это ничего не значит, пока это никто не читает. Вещь становится вещью, когда у нее появляется читатель. Всё, точка. Мне кажется, в нашем менталитете есть такой пантеон литературных богов, и многие начинающие писатели думают, кто ты вообще такой, чтобы писать, до тебя уже все написано. И тем более продвигать это.   

Мне было очень тяжело переступить себя в этом моменте, но я это сделала. Мой блог небольшой, но даже для того, чтобы вырастить его до этих размеров, мне потребовалось время, регулярный постинг стихов, также я заказывала таргетированную рекламу. И я очень рада, что стала этим заниматься, потому что, как только у меня появились постоянные читатели, я стала гораздо дисциплинированнее как автор. Раньше, когда тебя никто не читал, кроме близкого круга друзей или педагогов, казалось, что не напишешь, ну и ладно. Сейчас ты понимаешь, что у тебя есть аудитория, и ты работаешь для этой аудитории. И ты несешь ответственность перед ней. И это замечательное чувство.

Амина читает свой стих
«У Питера Питер» (vk.com/thatisamina)


Нам очень понравился ваш сборник детских стихов «Волшебные хроники, или невероятные приключения детей». А как дети воспринимают эти стихи?

— Рада, что вам нравятся «Волшебные хроники». Я сама очень люблю этот сборник и часто о нем вспоминаю, перечитываю его. Наверное, он так важен для меня, потому что во многом написан в соавторстве с моими детьми. Младшая на тот момент была в животике, а старшую я забирала каждый день из садика. По дороге домой мы придумывали разные волшебные миры, персонажей. Идея стихотворения «Эльфийские хроники» появилась, например, во время очередного ожидания такси, когда опаздывал водитель.

Детям сборник нравится, и моему внутреннему ребенку он очень нравится, потому что это не просто рифмованные, веселые четверостишия, а целые истории. Ты знакомишься с Пупером Фростом, девочкой в шлеме. Последняя, кстати, тоже появилась из реальной истории. Мы с дочкой были в Пушкинском музее, и она не снимала шлем с головы. Мы очень весело там провели время, познакомились с разными людьми. 

Я безумно счастлива, когда слышу хорошие отзывы о «Волшебных хрониках», иногда мне кажется, что пока это лучшее, что я написала в своей жизни.


В «Волшебных хрониках» чудесные, милые иллюстрации. Как быстро вам удалось найти своего единомышленника в видении прекрасного? И расскажите, пожалуйста, подробнее, как происходит взаимодействие автора и иллюстратора при работе над книгой. 

— Мне нужны были такие иллюстрации, которые бы полностью резонировали с тем, что я написала. Я долго просматривала рисунки разных художников в интернете. Все было не то. Было много талантливых, классных работ, но они не мне откликались. Потом я увидела рисунки своей коллеги, режиссера Майи Туркиной и поняла, что вот тот стиль, который на 100% совпадает с тем, что я хочу видеть на страницах своей книги. Я попросила Майю помочь, и она согласилась.

Мой супруг помог мне придумать визуальную концепцию, то есть, примерно где, что рисовать, какие должны быть герои, что мы должны на этой иллюстрации показать. Такие, больше текстовые, наброски мы дали Майе в работу. Мой муж Антон потом давал ей иногда комментарии, просил что-то поправить, но в целом взаимодействие было легким. Текст был легко написан, иллюстрации легко нарисованы, и, мне кажется, книга сама получилась очень легкой, благодаря этому в том числе. 

Для книги взрослых стихов «Делать простые вещи», которая вышла в сентябре на платформе Rideró, я тоже очень долго выбирала художника. Я искала человека, работающего в технике лайн-арт, мне нужны были элегантные, минималистичные иллюстрации. Художников, работающих в этой технике много, но настоящего элегантного лайн-арта очень мало. 

Однажды в социальной сети я увидела работы южноафриканского художника Герта Раутенбаха и написала ему. Мы познакомились, подружились, он разрешил использовать свои рисунки. У него порядка тысячи работ, и я выбрала из них наиболее подходящие для моей книги. Конечно, они только усилили мои стихи. У меня есть короткие нерифмованные тексты, в них много скрыто между строк, и как раз такие же минималистичные рисунки у Герта, в которых самое главное тоже рассказано между линий. Они очень классно дополнили мои стихи, и получилось по-настоящему здорово.


Интервью выйдет в преддверие Нового года. Что бы вы пожелали авторам Rideró?

Во-первых, всем нам желаю хорошего следующего года, чтобы он был сильно лучше этого. 

Во-вторых, я хочу пожелать вдохновения, чтобы у нас всегда были силы видеть, находить так называемое авторское чувство. У меня был замечательный мастер по прозе Владислав Отрошенко, он как-то сказал, что очень важно читать. Чтение помогает испытывать это авторское чувствование, чувствовать сопричастность к литературе. В дальнейшем такой опыт очень помогает работать. Я желаю, чтобы у нас всегда были силы на то, чтобы быть в этом состоянии наполненности. Чтобы у нас было время читать, видеть, расти внутренне. 

И одно из самых важных пожеланий — это пожелание удачи. Как бы ни старался автор, без доли фортуны очень тяжко. Я всем своим коллегам желаю удачи! Пусть она будет в наступающем году. Пусть будут книги, которые вы запланировали выпустить. Пусть появляются читатели. Пусть будут литературные премии. Пусть будут конкурсы. Лонглисты. Шортлисты. Победы.


Познакомиться с творчеством

Share This:

С этим читают

Александр Пензенский — маркетолог по профессии. С 30 лет он начал задумываться о том, чтобы написать свою книгу — исторический роман, в котором действие будет проходить в дореволюционной России, в ... Читать далее

Дарья Протопопова — основательница Лондонской группы писателей-мультилингвов (London Group of Multilingual Writers), доктор наук Оксфордского университета, выпускница МГУ и UCL (Institute of Education). Публиковалась в Times Literary Supplement, Changing English, ... Читать далее

Художник, иллюстратор и писатель Софья Мироедова этой осенью опубликовала на Rideró свой графический роман «Гипнопедия». Это один из первых комиксов, выполненных в соавторстве с нейросетями. Мы поговорили с Софьей о ... Читать далее

Интервью с генеральным директором Агентства StarDust Татьяной Беличенко и директором по маркетингу издательского сервиса Rideró Екатериной Шляховой Расскажите про конкурс «Экранизация», с чего все началось? Татьяна Беличенко:  Началось все с ... Читать далее

Показать больше записей