«Скамер», Даня Новиков

Рецензия книжного обозревателя Сергея Сызганцева

Максу Белову 21, он учится в московском вузе на экономиста и снимает квартиру с одногруппником. В родном провинциальном Т. у него сердобольная мать, отец умер, когда Макс был подростком. Ещё у Макса есть работа. Прибыльная, но это от случая к случаю. Год назад он устроился в подпольную фирму, звонит доверчивым простакам, представляется сотрудником банка и сообщает им о несуществующем кредите. Что происходит дальше, можно догадаться. Макс — телефонный мошенник и делит людей по финансовому состоянию — мелкие «караси», средненькие «сомы» и весомые «киты». Свежая распечатка номеров утром ждёт его на рабочем столе, в день он совершает по 150-200 звонков и только два-три — успешные. Совести Макс давно сказал, если не обманет он, то обманет кто-то другой. Это его позиция, к тому же — беспроигрышная. До одного момента.

Однажды Макс дозванивается до пожилой учительницы английского Клавдии Павловны из своего родного города, не без трудностей выводит у неё почти миллион и вешает огромный кредит. От украденной суммы Максу полагаются 20%, и несколько сотен тысяч кружат парню голову: желаемая красотка-коллега в этот вечер — его, в каршеринге ждёт «бэха», а клубы манят дорогими коктейлями, о которых в обычной жизни Макс мог только мечтать. На следующий день, разбитый похмельем после ночи в отеле и небольшой аварии, Максу попадается новостная заметка о скончавшейся после звонка мошенников пенсионерке. Парень сразу узнаёт в женщине свою жертву, сглаживает все углы, и отныне жизнь его сплошной проклятый компромисс: хочется и наказания избежать, и искупить вину перед семьёй умершей.

Сюжетов вокруг преступления и наказания множество — от братоубийства Каина с последующим его изгнанием до «Искупления» Иэна Макьюэна, где наказанием за подростковую ложь героини служит необратимость последствий. В телефонных мошенниках, от которых каждый день страдают тысячи, вполне могут скрываться современные Раскольниковы, а в доверчивых старушках — скупые старухи-процентщицы или вполне невинные Лизаветы. Но вот проблема — об этих бытовых преступлениях в современной русскоязычной литературе почти не пишут. В этом смысле триллер выпускника РГГУ Дани Новикова «Скамер» — своевременный и злободневный, с очевидными подмигиваниями Достоевскому, от этого роман неизбежно предсказуем. Но, в отличие от Раскольникова, который к финалу переживет полное перерождение, герой Новикова внутренне так и остаётся убийцей, хоть и косвенным, скармливая окружающим одну версию событий за другой — удобными лично ему.

«Скамер», как качественный триллер, цепляет с первых страниц, предлагая читателю почти пошаговую хронику недели из жизни телефонного мошенника. Вообще, любопытство — главный «движок» этой книги, ну, или первой её половины. Кто-то в разговоре со скамерами сразу кладёт трубку, кто-то отваживается потроллить их в ответ, кто-то всё-таки попадается на удочку, но мало кто оказывается по ту сторону и знаком с изнанкой мошеннического мира. Здесь книга Новикова похожа на производственный роман, где раскрываются преступные схемы и ходы, а телефонные разговоры скамеров болезненно узнаваемы — не только репликами, но и типажами доверчивых абонентов: от охающих старушек до более проницательных молодых людей, которые могут и послать. В моменте, когда бедная Клавдия Павловна всё-таки переводит Максу деньги, едва ли кто-то воздержится от эмоций.

Внутренний конфликт у Новикова получается сильнее внешнего. Макс совершает абсолютное зло — читателю это очевидно, герою — нет, и чтобы он всё осознал, надо пройти полкниги. В отличие от конфликта того же Раскольникова, который убивает старуху вовсе не из-за корысти, а чтобы доказать свою теорию, ситуации Макса не хватает объёма и неоднозначности, тем более, если речь идёт о книге свыше 500 страниц. По ходу сюжета Новиков собирает комбо из самых душещипательных моментов, с которыми даже соревноваться как-то не спортивно: больная раком мать Макса, взрослая дочь умершей Клавдии Павловны — Саша, которая в одиночку воспитывает маленького сына, а мальчику ещё требуется срочная операция на глаза и круглая сумма, заботливо скопленная бабушкой, была, конечно, именно на это дело. К недостаткам книги можно отнести ещё обширные объяснения и постоянные повторы-пересказы — если всё это вырезать и сократить, то книга сократится раза в два.

Но сюжет для «Скамера» не столь важен. Вся история Новикова — это упражнение на сочувствие главному герою, а сочувствовать ему решительно сложно. Поначалу можно попробовать понять — Макс из провинции, вырос в небогатой семье, нежелание отца как-то продвигаться по должности, когда он ещё был жив, окончательно настроили героя против нищеты, потому-то он и сорвался после школы в Москву, а она, как известно, слезам не верит и бывает, довольно, беспощадна. К судьбе типичного «понаехавшего» добавляются понты — Максу хочется показать свой статус и даже в родном городе он передвигается исключительно на такси — будто бы «право имеет». Неизвестно, как именно он вышел на «контору», но она станет для него тем самыми «непыльным дельцем», которое предложит нечто больше слипшихся пельменей, сваренных на забрызганной жиром плите, которую, конечно, никто не хочет оттирать. По крайней мере, Макс на это надеется. И не ошибётся.

В попытке пошагово зафиксировать будни преступника Новиков напоминает ещё одного классика — Альбера Камю с его знаменитым «Посторонним»: в середине книги герой по фамилии Мерсо собственноручно убивает араба, дальше идёт его пребывание в камере смертников и самоанализ. Мерсо и сам не может объяснить, почему убил человека, но, вопреки этому, нам всё равно его жаль. А всё потому, что герой Камю патологически честен — как с окружающими, так и с самим собой. Макс у Новикова, пусть и не сразу, но понимает своё злодеяние, однако вместо того, чтобы во всём сознаться, он идёт дальше — лжёт матери, лжёт Саше, в которую, к тому же, влюблён, лжёт полиции, пока в конце концов не оказывается в тупике без возможности очередного манёвра. Нет в нём ни беспристрастной честности Мерсо, ни смиренной поверженности Раскольникова. И потому в кульминации мы непроизвольно находимся на стороне яростной силы — с её справедливым возмездием. В этом горькая правда «Скамера» — не получится вечно прятаться за удобными версиями правды, как рано или поздно придётся ответить на не самый приятный звонок.